Оракул с Уолл-стрит 4 (СИ)
Лучиано кивнул, не перебивая.
— Я предлагаю создать систему инвестирования этих средств на фондовом рынке через сеть легальных фасадных компаний. С использованием определенных информационных преимуществ, которыми мы обладаем, можно обеспечить стабильную доходность в двадцать-тридцать процентов ежемесячно.
Седовласый мужчина рядом с Лучиано, вероятно, его финансовый советник, подался вперед:
— Это нереалистично. Никто не может гарантировать такую доходность.
— Не на обычных операциях, — согласился я. — Но с использованием арбитража между разными биржами, опережающей информации о слияниях и поглощениях, а также краткосрочных направленных спекуляций… — я достал из портфеля папку. — Вот отчет о наших операциях за последние три месяца. Средняя доходность — двадцать семь и четыре десятых процента ежемесячно.
Я передал папку советнику Лучиано, который начал немедленно изучать цифры, его глаза быстро бегали по столбцам.
— Мои люди уже получили первые выплаты, — спокойно добавил Мэдден. — Суммы соответствуют обещанным. Чистые, легальные средства, которые невозможно отследить до первоисточника.
Лучиано вопросительно посмотрел на своего советника, который неохотно кивнул, подтверждая реалистичность цифр.
— Что вы предлагаете конкретно? — спросил Лучиано, обращаясь ко мне.
— Создание инвестиционного пула под моим управлением. Мистер Мэдден уже участвует в подобной схеме, — я кивнул на него. — Вы вносите определенную сумму через подставные компании, я инвестирую их с учетом… специальной информации, которой обладаю. Мы делим прибыль, шестьдесят пять процентов вам, тридцать пять процентов мне.
— Семьдесят пять на двадцать пять, — немедленно парировал советник Лучиано.
— Шестьдесят на сорок, — я улыбнулся. — И минимальный порог входа — один миллион долларов.
Лучиано обменялся быстрыми взглядами с советником, затем повернулся к Мэддену:
— Операция надежна? Вы уже получаете прибыль?
— Третий месяц, — подтвердил Мэдден. — В среднем двадцать пять процентов ежемесячно. Абсолютно чистые деньги, проходящие через легальные каналы.
Лучиано кивнул и вновь посмотрел на меня:
— Я ценю ваше предложение, мистер Стерлинг. Но почему вы делаете его? Какую выгоду, кроме комиссионных, вы получаете от сотрудничества с нами?
Отличный вопрос. Лучиано действительно проницателен.
— Доступ к информации, — честно ответил я. — В вашем бизнесе многое узнают раньше других. Слияния компаний, новые контракты, смена руководства корпораций… Для финансиста эта информация — золото. Кроме того, — я сделал паузу, — я верю, что наше сотрудничество может быть выгодно всем.
— Я согласен, — наконец произнес Лучиано. — На все условия. Разделение территорий, совместные операции и инвестиционный пул.
— Я предлагаю начать с первого транша в полтора миллиона, — сказал Мэдден деловито. — Передача может быть организована в течение трех дней через систему курьеров. Никаких банков.
— Приемлемо, — кивнул Лучиано. — Фредди, — он обратился к седовласому советнику, — организуй передачу денег. — Затем вновь посмотрел на Мэддена. — При условии, что наше соглашение будет строго соблюдаться обеими сторонами.
— Безусловно, — Мэдден спокойно встретил его взгляд. — В нашем бизнесе слово ценится дороже любых письменных контрактов.
— Истинно так, — Лучиано позволил себе тонкую улыбку. — Я предпочитаю думать, что мы начинаем новую эру сотрудничества, а не просто прекращаем войну.
Он поднял бокал с водой:
— За новые возможности и взаимовыгодное партнерство.
Мы чокнулись, скрепляя необычный союз. Две империи, легальная и нелегальная, объединялись под моим финансовым руководством. А я получал не только комиссионные, но и бесценный доступ к инсайдерской информации из криминального мира, которая могла дать мне еще большее преимущество на бирже.
Остаток ужина прошел в обсуждении технических деталей соглашения. Мы согласовали точные границы территорий, механизмы разрешения возможных конфликтов, схемы совместных поставок и даже план на случай усиления полицейских рейдов.
Когда мы прощались, Лучиано задержал мою руку:
— Мистер Стерлинг, я наблюдал за вашим восхождением с большим интересом. Для человека вашего возраста вы проявляете удивительную дальновидность. — Он посмотрел мне прямо в глаза. — Надеюсь, наше сотрудничество будет продуктивным для обеих сторон.
— Уверен, что так и будет, мистер Лучиано, — я встретил его взгляд. — Особенно если мы будем придерживаться принципа прозрачности в наших деловых отношениях.
— Прозрачности, — он повторил слово с легкой иронией. — Термин, не часто употребляемый в нашем бизнесе. Но я ценю новые подходы. До встречи, мистер Стерлинг.
После выхода из ресторана Мэдден предложил прогуляться по соседней тихой улице, отпустив автомобили. О’Мэлли и его лейтенанты следовали в нескольких шагах позади, обеспечивая нам приватность разговора.
— Что думаешь? — спросил Мэдден, закуривая сигару.
— Он умен, — ответил я. — И, в отличие от Сальтиса, мыслит стратегически. Соглашение выгодно для всех сторон, но нам нужно быть настороже.
— Доверяешь ему? — Мэдден выпустил струю дыма в вечерний воздух.
— Настолько, насколько можно доверять человеку его типа, — я пожал плечами. — Пока наш союз приносит ему деньги и безопасность, он будет соблюдать условия.
Мэдден кивнул, затем остановился и повернулся ко мне:
— Послушай, Стерлинг, я должен знать. Теперь, когда Лучиано на борту, мои интересы остаются в приоритете?
Я встретил его взгляд:
— Безусловно. Наш с вами союз возник первым, и я не забываю об этом. Лучиано выгодный партнер, но не замена. Ваша организация продолжит получать преимущественный доступ к лучшим финансовым возможностям.
— Хорошо, — Мэдден, казалось, был удовлетворен ответом. — Потому что я ценю наше сотрудничество, Стерлинг. Ты не похож на других финансистов, слишком много понимаешь в нашем бизнесе. И мне бы не хотелось терять такого партнера.
— Не потеряете, — я позволил себе легкую улыбку. — На самом деле, я уже рассматриваю возможности использования вашей обновленной дистрибьюторской сети для создания легальной торговой компании. После отмены Сухого закона она может превратиться в законный бизнес практически без изменений.
Глаза Мэддена блеснули интересом:
— Ты действительно считаешь, что Сухой закон отменят?
— Уверен в этом, — твердо сказал я. — И те, кто будет готов к этому моменту, получат огромное преимущество. Но об этом поговорим в другой раз. Сейчас важно правильно настроить инвестиционный механизм для денег Лучиано.
Мэдден кивнул, и мы продолжили прогулку в задумчивом молчании. Союз с Лучиано открывал новые горизонты, но и создавал новые риски. Баланс сил, сформировавшийся сегодня, был хрупким, и требовал постоянного внимания для поддержания.
Этаж, занимаемый «Стерлинг, Харрисон и Партнеры» был почти пуст, когда я вернулся в офис. Лишь в нескольких кабинетах еще горел свет. Аналитики дорабатывали отчеты, запоздавшие клерки заканчивали расчеты.
Я прошел в свой кабинет, снял пиджак и повесил его на стойку. Затем подошел к окну, глядя на вечерний Манхэттен. Огни небоскребов, сияющие витрины магазинов, нескончаемый поток автомобилей.
Город пульсировал энергией, живой и жадный до денег, власти, успеха.
О’Мэлли вошел без стука, молча поставил на стол стакан скотча и сел в кресло напротив.
— Что думаешь, Патрик? — спросил я, не оборачиваясь.
— О Лучиано? — О’Мэлли помедлил. — Опасный человек. Умный. Расчетливый. Не горячится, как Сальтис, думает на несколько ходов вперед. — Он хмыкнул. — Чем-то напоминает вас, босс.
Я улыбнулся, отражение этой улыбки скользнуло по стеклу:
— Лестное сравнение. Хотя и тревожное.
— Думаете, ему можно доверять? — О’Мэлли подался вперед.
Я отвернулся от окна, взял стакан и сделал глоток. Виски обжег горло приятным теплом.
— Настолько, насколько можно доверять человеку его типа. Лучиано прагматик. Пока наш союз выгоден ему, он будет соблюдать условия. Но при первом признаке опасности или более выгодной альтернативы…