Канарейка в клетке (СИ)
Смотря в испуганные глаза, я понимал, что хочу сделать что-то безумное, то, что обещал себе не делать никогда. Резко рванул замешкавшуюся Карину на себя, перенимая из разжатых пальцев осколок. Прижал к себе сильнее, и поцеловал, не в силах сдерживать чувства внутри…
Мой поступок выведет ее из состояния безумия, сейчас она ударит меня и придет в себя, прошепчет, что я такая же тварь, как Арман, и, кутаясь в одеяло, добавит парочку выражений. Но Карина будет жить - это главное! Честно признаться, это не единственный мой мотив, я хотел этого поцелуя, я желал эти губы, мечтал прикоснуться к прекрасному телу…
Ну же, Карина! Оттолкни, ударь, кричи, зови на помощь! Я – тварь, пытающаяся переложить ответственность за свои действия на хрупкие плечи девушки. Шептал ей на ухо просьбы остановить меня, а в тайне желал, что бы она просила продолжить.
Чувства сменяли друг друга молниеносно, я схожу с ума…В соседней комнате спит тот, кто с легкостью казнит меня на глазах у бойцов, а я до одури хочу его женщину…
- Я хочу большего, Лука – прошептала Карина, обнимая мое лицо ладонями.
Все. Это конец. Финальная сцена моего безоговорочного подчинения дону и превью чувствам вопреки…
Мои поцелуи стали настойчивыми, от сумасшедшего желания ныло тело, и рвалась на куски душа.
Я прервался на несколько секунд, чтобы заглянуть в голубые глаза, пытался отыскать намек на страх, но там была только нежность и океан страсти.
Медленно прошелся пальцами по щекам Карины, стирая следы от соленых дорожек, она чуть отстранилась и сбросила с себя футболку, затем протянула руки к моей рубашке, но я перехватил ее ладони.
- Не нужно, увидев мое тело – не сможешь спокойно спать несколько дней, от страха…
- Я хочу посмотреть на тебя, Лука – шепнула Карина в ответ, расстегивая пуговицы.
Ее горячие пальцы заскользили по коже, очерчивая узоры вокруг каждого шрама, она смотрела, но не так, как другие. В ее взгляде не было презрение или брезгливости, там была боль…
Я смущенно закрывался руками, пытаясь спрятать свое тело, но она прикоснулась губами к моей груди, заставляя сердце биться чаще, и прошептала:
- Как же ты страдал, Лука…
Не могу больше, не хочу. Подхватил Карину на руки и усадил на тумбу, я целовал неистово, каждый сантиметр ее нежного тела, периодически возвращаясь к губам. Выпивал ее воздух, а она вдыхала мой, ловил ее стоны, двигался в унисон с ее телом. С каждым толчком увеличивал темп, доводя до пика выгибающееся в моих руках тело и до сумасшествия свое сознание.
Наши руки сплелись, казалось, воздух в этой тесной комнатушке кончался со скоростью света, но я готов был задохнуться и умереть в объятиях той, которую уже не смогу отпустить. Никогда…
Мы пришли к разрядке одновременно, Карина шумно вздыхая, прижалась к моей груди и молчала.
Я обнял ее хрупкие плечи и прижался губами к макушке, я ставлю точку на безнадежности и начинаю новую историю, у которой будет счастливый финал. Я сделаю все, чтобы моя девочка была счастлива!
- Что с нами будет, Лука?
- Не знаю, милая. Я не могу обещать тебе, что все будет просто и радужно. В нашем мире так не бывает. Но я обещаю одно, я стану твоей защитой, стеной и крепостью. Разорву руками любого, кто посмеет причинить тебе вред.
- Не сможешь, Лука. Не сможешь пойти против Армандо. Я это знаю.
- Пока я все еще его друг, буду использовать это, чтобы оградить тебя от опасности. Но прямо пойти против него – не смогу, ты права. Это будет равноценно смерти, твоей и моей. Уверен, утром он пожалеет о сделанном, и это нам будет на руку. Помни, все то, что случилось в этой комнате, должно остаться здесь, ради твоей безопасности. Но еще, оно навсегда останется вот тут – я приложил ее ладони к своей груди.
- И здесь – ответила Карина, повторив движение с моей ладонью.
- Знай, я рядом, даже если меня не видно за закрытыми дверями. А сейчас умывайся и ложись в постель. Я пришлю Саманту, чтобы она помогла обработать твою рану. И прошу, сделай самое грустное лицо, которое только сможешь, не говори с ней, твой голос выдаст все чувства.
Карина молча кивнула, я нежно поцеловал ее губы и вышел из комнаты. Впереди остаток ночи, который я проведу в размышлениях. Но впервые я буду думать о прекрасном…
Глава 15
Карина
После ухода Саманты из комнаты я зарылась лицом в подушку и набросила сверху одеяло.
В голове было пусто и тихо, словно в каменных коридорах заброшенной башни. Ни единой мысли, ни одного воспоминания из прошлого, ни-че-го. Наверное, тараканы в моей голове все еще не оправились от шока и притихли, молча оценивая произошедшее в ванной комнате каких-то несколько минут назад.
Я резко села и перевела взгляд на соседнюю комнату, на вычурных часах в массивной золотой оправе стрелки показывали два часа ночи, но сон не шел, как и мысли.
Тихо поднялась и выскользнула из постели, принялась мерить нервными шагами комнату и прислушиваться к звукам за дверью. Ничего. Тишина.
Наверное смена обстановки вернула мозгу способность думать, потому что сознание вдруг наполнилось идиотскими вопросами, на которое я и сама хотела бы получить ответ.
Наконец села на стул, нащупав его в полумраке, и отдалась на растерзание мыслям.
Зачем я это сделала? Для чего поддалась порыву и ответила на ласки? Понятия не имею… Проверяла Луку? Вранье! Использовала его? Больше похоже на правду.
Но мне совершенно не хотелось примерять на себя роль расчетливой стервы, я поежилась, по плечам пробежались стайки мурашек. Я не должна превращаться в монстра, играть чувствами людей, используя их искренность в своих корыстных целях.
Неужели ты не хотела близости, Карина? Хотела! Только вот зачем? Каков мотив? Получить разрядку? Найти союзника? Получить защиту?
Я проверяла себя! Хотела узнать, смогу ли я еще подпустить к себе кого-то так близко, хотела понять, те ли это руки, которым я готова отдаться без лишних заморочек. Не просто бросить свое тело в объятия, а душу вырвать и уложить на ладони… Протянуть свое умирающее сердце и почувствовать, что оно снова оживает в сильных, надежных руках.
Я чувствую, в этот раз все иначе. Усмехнувшись, бросила голову на сложенные руки, сколько раз я уже говорила эти слова? Как минимум – два. Я больна. Я сломана. Но я жива. И все еще готова любить. Безумие. К чему приведет эта опасная любовь? К смерти, и только. Арман не даст нам быть счастливыми, никогда не позволит. Прошлое Луки будет тянуться за ним черным следом, а отголоски того, что он сделал, за всю свою жизнь осядут угольной копотью и пеплом на стенках его души.
Он не сможет стать обычным, как и я. И что? Что ждет разбитых и искалеченных людей в завтра? Страдания и боль.
Возможно ли стать счастливым, когда ты стоишь на руинах привычной тебе реальности? Не думаю, проще расставить руки в стороны, имитируя последний полет свободной птицы и шагнуть вниз, оставляя ужасы прошлого в памяти, но уже не нашей, а сырой земли, что примет измученные тела с распростертыми объятиями.
Или все-таки попытаться? В борьбе есть смысл, если есть шанс на победу. А есть ли он у нас? Есть ли вообще «мы»? Есть! Есть!! Я видела его глаза, впервые смогла рассмотреть там нечто родное и по-настоящему живое, ледяная пелена спала, обнажая взору бескрайние просторы разгулявшейся во взгляде нежности.
Такие глаза не могут врать. Не могут ведь? Весь вид Луки говорил о его непоколебимости, о том, что внутри него стальной стержень, несгибаемый металл, но я видела его другого, я смотрела не на оболочку, я ощущала душу, его боль. Он – монстр, но откуда у чудовища совесть и способность любить?
Разве такое возможно? Я очень хочу, чтобы стало возможным. Меня тянет к нему с необъяснимой силой, я попала в капкан изумрудных глаз и голоса, пробивающего мое тело сотнями мурашек. Я хочу его, изнываю от желания снова провести рукой по израненной коже, чтобы попытаться облегчить его боль.