Мрак. Сотня смертей (СИ)

— Развяжешь его? — от любопытства глаза призрака полыхали голубым пламенем.
В таком виде Каспер выглядел даже немного страшновато.
— Конечно, нет, — соврал я и тут же сдернул дурацкий бант.
Свиток оказался на удивление длинным. Когда я его размотал, край почти касался моих колен. А внутри была схема арки… или врат. И много-много мелких букв неведомого языка.
Я с трудом сдержался, чтобы не порвать свиток на мелкие кусочки, вспоминая, с каким трудом мне пришлось сюда добираться, перебирая в памяти каждую смерть, каждую рану.
— Что там? — спросил Каспер. — Так что там? — повторил призрак.
Я перевернул манускрипт, позволив сгорающему от любопытства привидению пробежать его глазами.
— Какая-то тарабарщина, — буркнул я, нервно скручивая свиток. — Даже не знаю, что теперь делать с таким сокровищем.
— Надо обязательно показать его алхимику.
— Думаешь, это хорошая идея?
Я посмотрел на Каспера. Он кивнул — довольно уверенно, как мне показалось. Было ли это его собственное предложение или скрытая игровая подсказка, определить наверняка было нельзя. В любом случае, иного выбора Гремука пока мне не предоставляла.
Манускрипт исчез в бездонной сумке, а Каспер вновь поплыл во мраке, оставляя после себя путеводную нить.
— Ты куда? — спросил я.
— Один из рычагов. Он совсем рядом. Иди за мной.
То ли из-за сокрушительной усталости, то ли из-за далеко не впечатляющего содержимого шкатулки я совсем забыл, что проделал весь этот путь не только ради того, чтобы заглянуть в тайник за стеной и найти клочок пожелтевшей бумаги. Но и затем, чтобы дернуть один из двух рычагов.
Впрочем, место, куда меня привел Каспер действительно оказалось неподалеку. Мы минут пять поплутали по тихим тоннелям и очутились в еще одном тупике, где из пола торчал огромный деревянный рычаг, оплетенный паутиной снизу доверху.
Я смахнул ее, положил ладонь на поблескивающий набалдашник рычага, и в воздухе повис очередной титр:
Один из двух рычагов, открывающий путь к Пепельному древу. 
Могли бы и не пояснять. С этой мыслью я дернул рычаг, слушая жуткий скрежет, зловеще разбегающийся во тьме подземелья.
 Глава 20. Там, где боль 
 
Заполучив таинственный манускрипт, я вернулся в главный зал и по совету призрака посетил безумного алхимика.
В лаборатории будто клубился туман — скручивался в замысловатые спирали, стелился по полу и плавал облаками под потолком. Резкие неизвестные запахи вышибали слезы из глаз.
Меньше всего сейчас хотелось обращаться за помощью к алхимику, который положил глаз на мой фонарь и желал разобрать его на части, чтобы познать магию Агни. Но иного выбора, к сожалению, не было. Кто еще в Нвалии мог расшифровать древний свиток?.. А по Игвакоте сразу видно, что он в таких делах стаю собак съел.
Алхимик смешивал жидкости, с тихим шорохом вспыхивающие в пробирках разноцветным салютом, и, как обычно, делал вид, что не замечает усталого гостя.
— Я тут нашел кое-что. Похоже, по твоей части.
Игвакота с подозрением оглядел меня, словно видел в первый раз, и ожидаемо опустил разгорающийся взгляд на мой пояс, где висел фонарь с флэймингом. Чтобы не терзать ни себя, ни алхимика, я вытащил свиток и помахал им, словно сахарной косточкой перед голодным псом.
— У-мм, — протянул Игвакота.
Впервые на моей памяти, алхимика заинтересовало что-то, кроме фонаря с флэймингом.Игвакота оживился так, будто его в жаркий душный день окатили ведром ледяной воды. Длинные пальцы нервно зашелестели манускриптом, внимательные глаза забегали по тексту.
— Ты присаживайся, присаживайся, — пробормотал алхимик, прилипнув взглядом к развернутому манускрипту.
Я огляделся, не представляя, куда тут сесть. И сесть так, чтобы ничего не разбить и не пролить. Повсюду громоздились склянки с жидкостями неопределенного цвета и предметы, среди которых я опознал только весы и песочные часы.
Сперва я решил, что немного расчищу место на койке. Однако при виде высокой горы хлама понял, что на разбор этого грандиозного бардака придется потратить прорву времени. И поэтому потревожил склянки с маринованными мозгами и клетку с крысой, освобождая кресло, находящееся неподалеку от двери.
 
Даже это кресло, с облезлыми подлокотниками и просиженное сто лет назад, начало стремительно забирать усталость. Я откинулся, ощущая, как измученное бесконечными смертями тело покидает тяжесть. Казалось, с того момента, как я вошел в Ирейское подземелье, в его восточную часть, минула вечность. И если бы над ухом неустанно не булькала жидкость в пробирках… Я зевнул.
— Ну что там? Сможешь прочесть?
— У-мм, — опять заинтересованно протянул Игвакота, околдованный манускриптом.
На глазах алхимика блестели круглые и толстые… Язык не поворачивался назвать это очками. Одна линза была огромной, другая — поменьше. Но обе находились внутри ободков, которые раздвигались, подобно подзорной трубе.
— Скажи мне, что я нашел что-то по-настоящему ценное.
— У-мм… Без сомнения, — пробурчал Игвакота, уткнув свои телескопы в свиток.
Я положил фонарь на живот, чувствуя его теплоту даже сквозь темное оперение, и на мгновение прикрыл усталые глаза, слушая, как шуршит манускрипт и бурлит душистая жидкость в пробирке.
— Ты понял, что в нем написано? — спросил я.
— О, да-а, — ответил алхимик с таким нездоровым блеском во взгляде, что мне стало не по себе. — Я перевел текст и знаю, что нам необходимо и где это найти, чтобы построить… портал.
— Портал? И куда он ведет?
— К Сердцу Пустоты.
— И что, по-твоему, это означает?
— Не знаю. Тут что-то еще говорится про ключ.
— Сердце Пустоты — это ключ?
— Наверное.
— А это не тот ключ, который отпирает двери, ведущие к Пепельному дереву?
— Очень может быть.
— Ты сможешь построить этот портал?
— Безусловно.
— И что требуется конкретно от меня?
— Два куска хрусталита. Три обсидиановых ножа. И четыре линзы тьмы.
— Это все?
— Другие необходимые материалы у меня есть. Думаю, я быстро управлюсь с основой для портала, — уверенно изрек Игвакота и бросил на меня прогоняющий взгляд.
— Знаешь, где достать весь этот хлам?
— Нет. Но призрак должен знать.
Я вышел в главный зал и направился в сторону Каспера, который скучал у фонтана. Сперва призрак указал путь к спрятанной шкатулке, в шкатулке оказался древний свиток, в свитке — инструкция по сборке портала, и вот я вновь топал к призраку, чтобы узнать, где достать материалы, необходимые для постройки портала, совсем забыв… прикупить пару склянок с успокоительной настойкой. Да и фиг с ними.
— Игвакоте удалось прочесть текст в свитке? — с любопытством спросил Каспер.
— Ага, — ответил я, перебирая журчащие струйки фонтана, словно струны.
— И что там?
Ох, только и подумал я. К чему тебе знать содержание древнего манускрипта? Ты же все равно непись, как и Игвакота, как и Инвил, как и Акпати. Кто-то просто наделил тебя любопытством, вложил этот вопрос в твой цифровой разум и заставил его задать. И ты, сам не зная того, выполнил чужую команду, как покорный раб по приказу незримого господина.
Я с сочувствием посмотрел на призрака. По сути Каспер тоже был пленником Нвалии. С той лишь разницей, что, в отличие от меня, он не мог покинуть стены своей темницы. Никогда. Мне не хотелось его огорчать, и я решил ответить честно. Хотя бы в благодарность за то, что именно он указал мне путь к тайнику и посоветовал отнести свиток алхимику.
— Схема портала. Теперь мне нужно собрать всякий хлам, чтобы его построить и достать Сердце Пустоты, которое вроде как открывает дверь к Пепельному древу. Алхимик сказал, что ты знаешь, где найти хрусталит, обсидиановые ножи и линзы тьмы.
— Западное подземелье, — ответил Каспер. — Хочешь, чтобы я указал тебе путь?
— Это все находится в очередном тайном месте, как шкатулка Млита?