Моя сумасшедшая леди (СИ)

Иногда я замираю, прислушиваюсь, ухожу в себя, теряя связь с реальностью. Видя такое, не грех про меня подумать, что я странная. А первое время, когда я сама не могла понять, что со мной произошло, я пыталась отвечать на голоса… Из уст раздавались невнятные, устрашающие моих служанок звуки. Слухи обо мне быстро распространились. И все посчитали меня умалишенной.
Когда я впервые переступила порог этого гигантского особняка, даже не думала, что все так обернется.
Несколько лет назад я вошла сюда женой лорда Ротенгард и на следующий день стала вдовой. Никто не знает, что брак так и не был консумирован. А мне и не выгодно, что бы знали.
Кто ж виноват, что мой новоиспеченный муженек, заведя меня в спальню, пробормотал, что сегодня полнолуние и это замечательное время для еще одного эксперимента с феритом и он никак не может упустить момент.
Как сейчас помню, он схватил меня за руки, взгляд светился предвкушением.
— Я заставлю его поменять полярность! Он будет работать наоборот. Понимаешь?
Муж исчез, больше ничего не сказав. Хлопнула дверь напротив спальни. А я, растерянная, полночи ходила по комнате и вообще ничего не поняла.
Да! Ферит в моем поместье отдельная тема, с одной стороны, мешающая жить, а с другой стороны, ограждающая меня от новоявленных женихов, желающих оттяпать кусок моего теперешнего состояния. Ферита в моих землях немного, но он расположен максимально близко к поверхности по сравнению с другими территориями страны.
Этот минерал значительно удешевляет землю и создает проблемы. Например, слугам. Почивший супруг платил втрое больше, чтобы они согласились работать в таких условиях. Магия сбоит и многие вещи, как допустим полив, приходится настраивать вручную. Я сама уже привыкла, мне с моей слабенькой магией и не чувствительна ее потеря. Девочки вообще не чувствуют проблем, ведь у них не магия, а их личный дар, который не заблокировать. Они другие. Вместе мы неплохо справляемся, главное есть еда и крыша над головой. А слугам мне давно нечем платить, да и не нужны они нам. Девушки в основном живут в лесу, но и ко мне любят заглядывать.
Не могу сказать, что испытывала теплые чувства к мужу. Это был брак по приказу, я осталось сиротой и меня просто пристроили в свободные руки. Но я и не успела узнать этого взбалмошного экспериментатора, который предпочел уйти с головой в свое дело, вместо брачной ночи.
Я нашла его уже утром в изолированной лаборатории напротив спальни, зрелище было не для слабонервных. Не знаю, что он пытался сделать, но обнаружила я его в прямом смысле слова по отдельным частям. Я тогда сорвала голос от испуга. Помню суету вокруг меня. Сколько времени прошло час или неделя, не понимала, я была в шоке. Они все ходили и ходили, задавали вопросы. А потом наступила тишина и в этом состоянии безмолвия я начала слышать. Не так как обычно, это другое чувство. Слышать в тишине, как такое возможно? Но тем не менее. Когда пришла более менее в себя, практически все слуги разбежались, прихватив ценности в качестве жалования. А я в народе прослыла сумасшедшей Мари. Но мужа я вспоминаю с благодарностью. Только благодаря ему у меня есть крыша над головой, статус в обществе и его лаборатория с необычными вещами. С каких пор я стала такой бесчувственной и расчетливой?
Глава 2
Первое время было тяжело, но я никогда не была белоручкой. Я с любовью и горечью по утраченному вспоминаю детство, родителей и родной край. Мама научила меня вести хозяйство. Мы жили на берегу моря под лазурным небом Ираты. В детстве я не знала проблем, несмотря на то что принадлежала к обедневшему роду. Мы были счастливы, и довольствовались, тем что было.
Как родовитую меня учили этикету, танцам, красоте слова, а также, как обычную девочку — умению себя обслужить самостоятельно. Наш род стоял на нижней ступени, “ноль пять магсилы” значилось в документах. Но отец все равно учил меня магической теории, пусть и на практике ноль пять были во многих случаях бесполезны. А мама учила работать руками: я могла сделать из отреза ткани вполне себе приличное платье, не на выход, конечно, а так, пройтись до рынка, например. Мы были уважаемой семьей. У меня были друзья и любящие родители.
 
Все закончилось в один миг, на наш край напал мор, непонятная хворь, поражающая магов. И наш великий Правящий не посчитал нужным направить к нам больше лекарей и снадобий в помощь. Мои родители угасли у меня на глазах, сумев выбить из меня обещание не горевать по ним. Они ушли с улыбкой на устах и держа друг друга за руку.
— Мы верим в тебя, дочь. Будь счастлива! — потрескавшимися губами, еле слышно просипел отец, отправившись на круг перерождения в чертоги Наимудрейшего.
Родители оставили меня на попечение своим давним друзьям. А те в свою очередь, желая только лучшего, нашли для меня самую выгодную по их меркам партию. Ну, тут действительно соглашусь, граф Ротенгард был знатен и не слишком стар. Тетушка Жоли из кожи вон вылезла, сватая меня. А я? А что я… Я из тех, кто плывет по течению, я была благодарна опекунам и просто обязана исполнить их волю. А свои мечты и желания я оставила в прошлом, в беззаботном детстве.
Потрясла головой, стараясь избавиться от нахлынувших воспоминаний, и еще раз взглянула на своих подопечных. Только они смогли вытащить меня из привычного образа жизни. Я помогаю, чем могу, но я не смогу их спасти. Пойти против системы. Легализовать их и подарить право на жизнь. Я честна с ними. Они знают, что рано или поздно меня опять выдадут замуж, скорее всего за такого же вдовца, причем не выше меня по положению. Для других женихов я уже не представляю выгодную партию.
Я оттягиваю этот момент как могу. Но что дальше? Есть безумная идея — попытаться замаскировать беглянок под обычных девушек. В лаборатории графа я нашла много амулетов и эликсиров, пока мы еще недостаточно разобрались в их свойствах и предназначении, но шанс есть. Ведь помимо вещей там еще много записей, мы каждый вечер систематизируем и изучаем беспорядочно разбросанные листы и блокноты. Особенно все, что связано с маскировкой и защитой. Но я понимаю, что счастливая жизнь девочкам все равно не грозит. Вечный страх быть узнанным, прятки с судьбой. Одиночество. Я совершенно не боец и корю себя за это.
Сбоку раздалось характерное чавканье. Я резким движением наклонилась к дивану и потянула на себя покрывало, который начал зажевывать самый странный артефакт из всех, что были в лаборатории графа. Съесть бы он плед не съел, но непрозрачно намекнул, что мы про него забыли.
Сначала я испугалась, когда обнаружила зубастое нечто и наверняка бы сделала все, чтобы избавиться от такого соседства, если бы не услышала жалобный просящий кушать писк. Мое сердце дрогнуло, а рука автоматически, со страху, не иначе, уже запустила в сумку с зубами первый попавшийся под руку предмет. Пузырек с эликсиром тотчас исчез в недрах артефакта, и последний заснул на месте, издавая не слабый такой храп.
И вот теперь каждый день я скармливаю Хруму что-то не очень нужное и гадаю, куда все исчезает и зачем он был создан? Может, эксперимент не удался? Хотя, интересно то, что Хрум предпочитает питаться магическими штучками, особенно эликсирами. Простую еду и предметы он принимает с недовольным выражением. Если такое сравнение допустимо к сумке.
— Сегодня он еще не ел, — флегматично заметила Алусан, она в принципе всегда малоэмоциональна, что характерно для ее расы.
— Пойду посмотрю, что осталось из отложенного для него, — Рика вспорхнула с места и понеслась в лабораторию напротив. Оттуда донесся звонкий голосок: — Слабительное и снотворное! Что дать?
 
Я, ехидно улыбнувшись, покосилась на зубастика, а он подтянул себя ближе, зацепившись ремешком за мою кисть, и замурлыкал, выражая заинтересованность.
— Неси обе склянки.
Хрум заурчал еще сильнее и в нетерпении задергал замочками.
Вернувшаяся фея опасливо кинула эликсиры рядом с сумкой и убежала на свое место, а Хрум, конечно же, сразу заглотил все принесенное. После чего опять подполз ко мне.