Сквозь тернии к счастью (СИ)

Неожиданно новая идея появилась у меня в голове. А вдруг это он приложил руку е исчезновению свидетельства о браке? Но тогда он должен был знать, что я женился. Следовательно, следил за мной до последней минуты, только я, влюблённый лопух, не замечал его.
Стоп! Значит, он видел и машину, которая меня сбила? Но почему молчит? Такие радикальные изменения в его поведении рождают в моей голове безумные идеи. Я не мог придумать объяснения ни нынешним поступкам Блонди, ни резкому изменению его характера.
Но зачем ему понадобилось вмешиваться в мою жизнь? Если он был влюблён в Машку, то ему, наоборот, мой брак был бы только на руку. Короче, одни вопросы без ответов.
«Надо с ним поговорить напрямую, иначе сойду с ума от этих мыслей и ещё больше накручу себя», — решил я и вовремя: Дима и Степан, а за ними и Анжела, передали власть в руки профессионалов и направились к кафе. Они больше не ругались, а вполне мирно обменивались репликами.
— Ну, как? — набросился я на них. — Что там случилось?
— Ребята, чай будете? — спросила Анжела. — Я что-то переволновалась.
— Давай, — согласились мы.
Она быстро подогрела воду, разлила кипяток по чашкам, куда бросила пакетики и села к столу.
— Вы так ничего и не попробовали, — сердито кивнула она на тарелку с кусками торта. — Хотите Риту обидеть? У неё отличная выпечка! Налегайте!
— Вы мне расскажите, что случилось или нет! — рассердился я, сгорая от нетерпения.
Чёрный торт с прослойками нежного белого крема с вправду был невероятно вкусным. Я не заметил, как проглотил один кусок и потянулся за другим.
— А что говорить, — начала Анжела. — Работники скорой сами не поняли, что случилось. Девушка-фельдшер сидела рядом с водителем, а врач был с Людмилой. Вдруг какие-то сволочи в дорогушей машине вынырнули из-за угла и помчались на красный свет светофора.
— Пьяные были?
— Наверное. Музыка орет на всю улицу, парни виляют по проспекту по сторонам, машины от них шарахаются. Водитель скорой прижался к обочине, думал, они пронесутся мимо, и все обойдётся, а эти недоумки…, — тут Анжела разразилась такой матерной тирадой, что у нас, мужиков, уши в трубочку свернулись, а ей хоть бы что.
— Тихо, сбавь обороты, — остановил ее Степан.
— Не могу! — чуть не кричала она и столько ярости было в ее голосе, что мороз побежал у меня по спине. — Своими бы руками задушила. Что смотришь? — она вдруг переключалась на меня. — Знакомая ситуация? Помнишь, как вы автобус подрезали? Рита мне все рассказала. Любуйся теперь, мажор, с вами такое же могло приключиться. Может, и ты пострадал от подобного ублюдка. Сделанное, знаешь ли, бумерангом всегда возвращается.
— Ты что, дура, мелешь? — разозлился Степан и выдернул ее из-за стола.
Он схватил Анжелу за руку и потащил к барной стойке, где начал ее отчитывать. Слов я не слышал, но сказанное больно ударило по самолюбию. Да, наша выходка — дела давно минувших дней, но… отчасти Анжела была права.
— И что дальше? — повернулся я к Димке.
— Дальше все просто. Этот автомобиль пошёл прямо на скорую помощь. Водитель вывернул руль, чтобы избежать лобового столкновения, и потерял управление. Машина врезалась в столб. А эти говнюки смылись с места происшествия.
— Вот сволочи! Дим, ты можешь по своим каналам выяснить, кто это был?
— Сделаем, Антон Николаевич.
— Я помогу. Мы под козырьком кафе буквально вчера установили камеру слежения. Глядишь, что-то на ней осталось. Можем сами посмотреть, пока полиция не заявилась.
— Отлично!
— Ладно, Антоха, ты прости, — Анжела подошла к столу, понурив голову, как побитая собака. — Я не хотела тебя обидеть. Просто вырвалось от злости, — Она устало потёрла глаза. — Черт! Нам ещё торты печь! И Ритка не звонит. Как там Людмила?
Словно услышав крик ее души, на барной стойке зазвонил телефон. Анжела кинулась к нему. Она схватила трубку.
— Да! Ритка! Как там?
Она слушала ответ, и постепенно ее лицо светлело. Она подняла на нас глаза и радостно закивала головой.
— Ну, как? — не выдержал Степан.
 
— Все отлично! Людмила родила дочку чуть ли не в приемном покое. Главное, они успели довезти ее до роддома. Азамат плачет от счастья и все Рите руки целует. Совсем мужик ухом… ой, умом тронулся, — она засмеялась над своей оговоркой. — А Блонди не такой сучонок, как я о нем думала. Он уже везёт Риту домой.
Будто гора свалилась с плеч, так легко и радостно стало на душе. Я готов был уже отправиться к себе, но хотел попрощаться с Ритой. Они приехали через полчаса, взволнованные и счастливые, что все сделали правильно. Я внезапно почувствовал ревнивый укол в сердце. Только этого ещё не хватало!
— Рита, можно тебя на секундочку, — попросил я.
Она молча направилась к стойке бара, я поехал за ней. Все настороженно проводили нас взглядами.
— Как дети? — тихо спросила она.
— Все в порядке. Спят. Недавно проверял.
— Антон, ты только не подумай…
— Рита, Леночка — моя дочь? — прямо в лоб спросил я: больше не было сил терпеть.
Рита растерялась. Ее взгляд заметался по сторонам.
— Антон…
— Пожалуйста, Рита! — я взял ее за руку. Она попыталась вырвать пальцы, но я не отпустил. — Я тебя умоляю. Я же вижу, что она похожа на меня.
— Многие дети похожи. Антон, давай в другой раз поговорим.
— Не хочу. Скажи сейчас. Это будет только наш секрет. Если ты боишься, что узнает мать, то зря. Она очень изменилась за эти пять лет.
— По-прежнему держит тебя на привязи слепой материнской любви? — тихо сказала Рита.
— А я по-прежнему вырываюсь из-под ее контроля.
— Но это ужасно.
— Рита, не начинай. Леночка — моя дочка? Я ведь не отстану.
Рита наконец посмотрела мне прямо в глаза. Сомнение ещё металось в ее зрачках, тенью пробегало по лицу и заставляло кусать губы. Но я уже видел, что она готова сдаться, и нежно поцеловал ее пальцы, пахнущие ванилью. Она вырвала руку, отвернулась и тихо сказала:
— Да.
Глава 31. Рита
Пашка вел джип, как профессиональный гонщик: быстро, аккуратно, не нарушая правил.
— Ой-ой-ой! — стонала на поворотах Людмила.
— Потерпи чуть-чуть, — уговаривала ее я, а сама нервно поглядывала на дорогу: скоро там поворот к роддому появится.
Азамат при каждом вскрике жены покрывался потом. Он беспрестанно вытирал лоб и горько вздыхал. На особенно крутом вираже воскликнул:
— А поаккуратнее нельзя? Не дрова везешь. Вторую аварию мы не переживем.
Я думала, сейчас Блонди вспыхнет, но он спокойно посмотрел в зеркало и сказал:
— Простите. Тороплюсь. Но я стараюсь ехать аккуратно.
В роддом мы успели вовремя. Нас уже ждали у входа с носилками, видимо, кто-то из медиков успел предупредить. Я к этому незнакомому человеку чувствовала благодарность.
Не успела каталка с Людмилой скрыться за дверью, а мы облегченно выдохнуть, как в приемный покой прибежала медсестра. Мы сразу насторожились.
— Что? Людмиле плохо? — крикнули в три напряженные глотки.
— Вы о чем? — спросила медсестра. — А-а-а… Кто из вас папаша? — засмеялась она и посмотрела почему-то на Пашку. Тот поднял руки, сделал шаг назад и покачал головой.
— Я, — вылез вперед едва живой от переживаний Азамат. — Что случилось? — спросил он упавшим голосом.
— Вот всегда так с этими папашами, — засмеялась девушка. — Не переживайте вы! Родила ваша супруга. Еле успели в родовую доставить. Только положили, а она к-а-а-а-к потужится, и все.
— Что все?
Мне показалось, что мой бывший босс грохнется сейчас в обморок.
 
— Дочка у вас. Ух, и крикливая! Под счастливой звездой родилась. Поздравляю.
— Дочка. Правда? Дочка. Аиша, — Азамат кинулся ко мне и поцеловал в щеки. Потом сунулся к Пашке.
— Э, мужик, — шарахнулся тот. — Не трогай меня.
— Рита, — заплакал Азамат, не стесняясь слез. — Спасибо тебе. И тебе, — он повернулся к Блонди, схватил его руку и затряс.