Сквозь тернии к счастью (СИ)
— А какую?
— Ту, где ушки светятся.
Да, моя девочка — настоящая модница. Недавно мы купили шапочку со светодиодными вставками, вот теперь она с ней не расстается. Я в спешке совершенно забыла о том, что любит ребенок. Пришлось бежать в комнату.
Наконец дочь была готова. Она доверчиво сунула ладошку в руку Степана, и они вышли за дверь: большой человек и маленький.
Сердце защемило о боли. На секунду представилось, что это Антон. Вот он ведет дочку в садик, как и должно быть в крепкой, любящей семье.
Я встряхнула головой: некогда поддаваться воспоминаниям, они меня не прокормят, и побежала к холодильникам за тортами. Пора готовить угощение к открытию, но сначала надо создать атмосферу.
Я бросилась к кофемашине и сварила себе чашку кофе, чтобы наполнить зал для посетителей ароматным запахом. Прихлебывая на ходу, я разложила торты в витрине, потом встретила доставку из кондитерских, пристроила блюда с пирожными. Пока воспользуюсь услугами других, но постепенно полностью перейду на фирменную продукцию: есть у меня парочка рецептов из разряда «Пальчики оближешь».
Все! Можно и выдохнуть. Я оглядела кафе и осталась довольна.
— Любуешься делом своих рук? — раздался сзади голос Степана.
— Конечно, — я смутилась. — Нет, помещение и вправду хорошее досталось, даже ремонт не делали.
— Согласен.
— Но с дизайном поработать пришлось.
Я ласково провела ладонью по поверхности стола нежно-кремового цвета. Вообще в кафе преобладали пастельные тона. А еще здесь было много света, и он лучился из высоких окон, с потолка и со стен. Особенно ярко была освещена стена для фотографий. Мне хотелось, чтобы все гости оставляли о себе память.
Все, хватит мечтать. Я подхватила подносы, и вскрикнула. Степан сердито отодвинул меня плечом.
— Не можешь попросить?
Он забрал подносы из моих рук и понес их на кухню.
— Останься в зале. Скоро открываться.
Я посмотрела ему вслед. Высокий, широкоплечий мужчина с черными серьезными глазами. Хороший друг и помощник. Почему я не могу сделать следующий шаг? Что-то останавливало меня.
И даже не брак, заключенный в ЗАГСе, запись о котором куда-то исчезла. Нет. Какое-то неосознанное чувство заставляло меня держать дистанцию. Мне чудилось, что Степан что-то от меня скрывает. Он редко смотрел прямо в глаза. Приходилось всегда ловить его ускользающий взгляд. Хотя это могла быть привычка.
Все! Надо пересилить себя и решиться. Леночке нужен отец, а мне муж и защитник. «Тебе же не нравилось, что он был женат», — тут же вылезла совесть. И что? Много пар расстаются. Не я причина его развода.
Убеждая себя так, я пошла проверять, все ли в порядке.
Мы заказали рекламу во всех социальных сетях, сделали собственный сайт и организовали фотосессию, в которой принимали участие сами. Попросили друзей в день открытия оставить положительные отзывы: как известно, они привлекают новых клиентов.
Казалось бы, все сделано. Для угощения, пока я ещё не развернулась в полном объеме, я заказала пирожные из известных кондитерских. Но чего-то все равно не хватало. Изюминки, вишенки на торте.
Я, морщась от боли, вытащила из подсобки деревянную доску для объявлений и задумалась: что на ней написать? Она будет стоять на тротуаре у входа и привлекать случайных прохожих.
Шутливая мысль пришла в голову сразу. Я взяла мел и вывела:
Бесплатные фото на память.
Вы можете привести с собой девушку, жену или любовницу.
Если приведёте всех сразу — угощение за наш счёт.
Я нарисовала чашку, над которой поднимался дымок, и тарелочку с тортом! В конце концов, попробовать можно. Даже если кто-то воспримет эту надпись всерьёз, придётся выполнять обещанное.
Стрелки на циферблате неумолимо приближалось к девяти часам — времени открытия кафе. Я следила за ними, не отрывая взгляда. Как только маленькая доползла до цифры двенадцать, я побежала к входной двери. Степан за мной. Он вынес растяжку и установил у порога.
Все. Ждем. Замерли…
Первый колокольчик над дверью зазвенел буквально через пять минут. Вошли двое: парень и девушка. Они приблизились к витрине, немного потоптались, не зная, что выбрать.
— Пошли отсюда, — шепнула девушка. — Здесь дорого.
— Вы первые посетители нашего кафе, — нашлась я. — Для вас угощение сегодня за отзыв на сайте и фото.
— Правда? — просветлел лицом парень. — Здорово.
Я показала на фотоаппарат Азамата, лежавший на барной стойке.
— Вы можете сделать снимок и повесить его на эту стену на память. Потом придете в следующий раз и увидите себя снова.
— Ой, как интересно! — воскликнула девушка. — А что вы нам посоветуете выбрать? Здесь все так красиво!
— Кусочек фирменного торта «Белая черемуха» поднимет вам настроение, — улыбнулся Степан.
Я смотрела на него и поражалась. Его лицо вдруг осветилось широкой улыбкой, глаза стали теплого медового цвета. И почему я вообще решила, что они у него черные? Странно, и смотрел он прямо, не отводил взгляд.
Но долго размышлять над этими переменами мне было некогда. Колокольчик звенел весь день, не умолкая. К вечеру мы продали все заготовленные сладости, торты и пирожные.
В обеденный перерыв мне пришлось стоять у плиты и выпекать новую порцию пирожных. Я ограничилась эклерами. Их можно было сделать быстро и легко. Я отправила Степана в магазин за творожным сыром «Рикотта» и сгущенным молоком, а потом заставила осторожно взбивать ингредиенты.
Крем получился нежным, воздушным, похожим по вкусу на пломбир. Я сварила глазурь и разделила ее на три части. В одну порцию добавила цедру лимона, в другую — ванилин, а в третью — шоколад. Получилось три блюда разноцветных пирожных.
Они едва успели остыть в холодильнике, как тут же пошли в дело. Я устала так, что к вечеру едва стояла на ногах. Хорошо еще, что Людмила забрала Леночку к себе.
Когда вновь звякнул колокольчик, я была в кухне, готовила последнюю на сегодня порцию пирожных. Гостя принимал Степан. Я стояла спиной к двери, как вдруг кто-то крепко обнял меня сзади и заверещал:
— Ритка! Я приехала!
Я обернулась: сзади стояла Анжела. Ее глаза радостно сияли, руки были распахнуты для объятий. Я кинулась к ней, как к самому дорогому человеку. Мы расплакались. Обе. Сами не поняли, почему, но заревели в два голоса. Степан растерянно посмотрел на нас, а потом махнул:
— Ну, бабы! От горя воете, и от счастья тоже.
— Точно! Ритка, чего мы, дуры с тобой ревем? Я же теперь никуда не денусь, рядом буду.
Мы засмеялись. Я вызвала Анжелу сразу, как только начала заниматься кафе. Но она никак не могла решиться расстаться со своим альфонсом-кавалером, который прочно сидел у нее на шее и пил кровь, как паразит.
— А своего обормота куда дела?
— Да, пошел он… лесом! А то и подальше! Просто собрала чемодан и сбежала. Я теперь бомж. Пустишь, подруга, переночевать? Я тебе полы в кафе вымою.
Мы снова обнялись. Быстро убрались в зале, приготовили ужин, пока Степан занимался подсчетом сегодняшней выручки, и сели за стол. Нам предстояло еще много обсудить и спланировать. Уже первый день показал, что даже втроем мы не справимся с таким наплывом посетителей.
— Знаешь, подруга, — начала Анжела. — Я тут наблюдала немного, пока ты была занята. Дороговаты цены для студенческого люда. Первый день они пришли поглазеть, но в следующий раз появятся только со стипендии.
— И что ты предлагаешь?
— А если установить еще фритюрницу и выпекать пончики? Просто посыпанные сахарной пудрой или с начинками. Для студентов — самое то.
— Это было бы здорово, вот только пончики опускают кафе на разряд ниже. Не хочу с самого начала превращаться в забегаловку.
— Да, согласна. Ладненько, пошли печь торты. Придумаем что-нибудь.
Мы еще два часа работали на кухне. Вместе было здорово все делать и в два раза быстрее. Степана отправили домой: хотелось поговорить, вспомнить былые дни.
— Антон так и не появился?