Надуй щеки! Том 9 (СИ)

Ему явно было интересно узнать, что я задумал, но в то же время его терзали какие-то собственные сомнения.
— У меня есть одна идея.
— А я всё ещё не понимаю, вы серьёзно насчёт уточек? — продолжал блеять агроном.
— Абсолютно, — сказал я, напрягая свою память. — Есть такое растение, называется канталупа. Это разновидность дыни из семейства тыквенных. Но нас она интересует даже не потому, что её мякоть чрезвычайно вкусна, питательна и содержит дохрена различных витаминов и микроэлементов, а потому, что она прекрасно принимает различную форму, какую только захочешь ей придать.
  
— Так, так, стоп, — снова проговорил агроном. — Ещё раз! Мы вместо риса будем выращивать тыквы или дыни?
— Совершенно верно, — ответил я, кивая. — Но не просто дыни или тыквы, мы будем выращивать уточек. Я завтра же съезжу на производство пластиковой тары и договорюсь о том, чтобы нам поставили необходимое количество формочек. С вас, мой дорогой Сок Джи Шин, добыть необходимое количество семян для засева.
— Но вы представляете? Это же каждый плод надо будет поместить в формочку… — возразил агроном с большим сомнением. — Это будут очень большие трудозатраты, которые мы вряд ли сможем…
— Неважно, — прервал его я. — Мы не собираемся продавать дыни. Точнее, канталупы по их стоимости. Мы будем продавать уточек, а это уже произведения искусства.
До Ун Ён Ри, кажется, до первого дошло, что именно я задумал. Он сощурился, переводя взгляд с Сок Джи Шина на меня, и, откинувшись на спинку кресла, заметил:
— То есть вы хотите сделать нечто такое, за чем люди будут охотиться и покупать больше даже не для еды, а для каких-то других целей?
— Для каких других целей можно покупать дыни? — возразил ему агроном.
— М-м-м, — протянул я с чувством удовлетворения. — Да вы оторваны от жизни, дорогой мой друг. Оглянитесь вокруг: сколько всего люди покупают того, что им не нужно в обыденной жизни. Различные украшения, фигурки, мягкие игрушки. Супердорогие смартфоны, в конце концов, которые могут разве что подчеркнуть статус. Мы зададим тренд. Мы сделаем так, что иметь у себя подобную уточку, а то и две, и три будет просто невероятно модно. Мы сами создадим моду на это дело. Поэтому задание для вас: раздобыть необходимое количество семян, а всё остальное беру на себя. — подытожил я.
— Хорошо, — агроном взял телефон и что-то записал в заметки.
— Но только, — поспешил предупредить я, — один из наиважнейших моментов: эти семена не должны впоследствии терять своих свойств. Одним словом, мы не должны покупать на каждый сезон новые семена. Лучше всего в своей лаборатории поработайте над сортом так, чтобы он как можно лучше подходил для наших целей и спокойно рос в формочках.
— Хорошо, — снова кивнул агроном, до которого, кажется, тоже уже полностью дошла моя задумка, и он смог её оценить.
Наконец-то выдохнув, я взял чашку с кофе, отхлебнул и едва успел отвернуться от стола, после чего выплюнул всю эту коричневую жидкость на серый офисный ковёр. Та быстро впиталась в низкий ворс.
— Что это за муть? — уточнил я, оборачиваясь к женщине.
— Что? — не поняла она.
— Почему кофе такой невкусный?
— Вообще-то… — она потупила глаза, — это мой личный.
— Тогда вот вам задание: идите и купите нормальный кофе. И за счет компании, можете свой кофе тоже заменить. Раз уж вы сюда принесли что-то от себя.
— Но я же не секретарша! — в который раз возмутилась женщина.
— Я помню. — Произнес я так, чтобы стало понятно, что от этого ничего не меняется.
Агроном уже собрался вставать, но тут ко мне обратился Ун Ён Ри:
— Господин Хегай, — проговорил он так весомо, что я даже отвлёкся от своих мыслей, — давайте перед тем, как все разойдутся, мы обсудим ещё одну немаловажную проблему. Как я уже упоминал, нас собираются выселить из этого офиса. Нам дали две недели, которые уже оплачены, после этого ноги нашей здесь быть не должно.
Я посмотрел на женщину, затем на агронома.
— Ну так займитесь. Найдите нам помещение под офис. Или этим тоже должен заниматься я?
— Хорошо, я найду, — тяжело вздохнула женщина.
А я подумал о том, что так до сих пор и не узнал, как её зовут. Что ж, возможно, это надо будет исправить, но не сегодня.
В этот довольно ответственный момент позвонил Пак. Он хотел увидеться, и мы договорились встретиться на студии. После его звонка я увидел, что женщина хочет что-то сказать и кивнул ей.
— Просто соглашение об аренде этого офиса у нас действует ещё на долгие годы вперёд. Они нарушают договор, — проговорила она, поглядывая на Ун Ён Ри, который тоже, видимо, был в курсе этой ситуации. — По сути, они пытаются выгнать нас, нарушая закон.
— Послушайте, — сказал я, пытаясь донести свою точку зрения, — пока мы кому-то что-то будем пытаться доказывать, мы останемся без офиса. Если корпорация, а я полагаю, что это её происки, захотела у нас отжать офис, она этого добьется. Наша задача на данный момент: минимизировать все потери и идти дальше с высоко поднятой головой. Всё. На этом совещание считаю законченным, если ни у кого нет никаких вопросов.
Я окинул быстрым взглядом собравшихся за столом.
— Вы, милочка, идёте в магазин за кофе, а вы, Сок Джи Шин, — за семенами канталупы. Как вы понимаете, земля простаивать не должна. Нам необходимо постоянно работать. А я тем временем сделаю так, что наши уточки станут желанными в каждом доме.
— Я до сих пор не понимаю, как это будет работать, — вздохнул агроном, вставая.
— Ну-у… что я могу сказать? Сначала мы будем работать на канталупы, а потом канталупы начнут работать на нас. — Ответил я с уверенностью в голосе. — Но ты ещё удивишься тому, как это выстрелит.
Когда мы остались вдвоём с бухгалтером, я встал из-за стола, прошёлся по комнате совещаний, подошёл к окну, поглядел на офисные кварталы Сеула, остановив свой взгляд на бликах солнца в разных далёких окнах. Повернулся к бухгалтеру и увидел, что тот внимательно следит за мной.
— Уважаемый Ун Ён Ри, — сказал я, стараясь выказать максимальное почтение, — мне хотелось бы услышать ваши соображения по поводу сложившейся ситуации.
Господин Хегай, — Ун Ён Ри склонил голову, затем снова посмотрел на меня. — Мы с вами оба не глупые люди. Я думаю, не для вас и не для меня не секрет, что если «Дэ Сан» решила заполучить вашу фирму «Хегай рис», она это сделает. За деньги или через применение силы. Так или иначе, они этого добьются.
— Возможно, это было бы правдой, если бы я не являлся Гису Хегаем. Но мне интересно другое: почему они так сильно хотят заполучить мою фирму?
— Я не могу сказать на сто процентов точно, — ответил бухгалтер, смущаясь, — но для меня совершенно очевидно, что они не остановятся ни перед чем. Если вы не согласитесь продать им свою фирму, то всё, как вы понимаете, может закончиться достаточно плачевно.
Я облокотился на подоконник и, не мигая, смотрел в глаза юриста. Понимал, что он пытается предупредить меня, пусть и делал это не напрямую.
— Вы же поймите, — проговорил Ун Ён Ри с невыразимым теплом в голосе, — я отношусь к вам, если не как к собственному сыну, то как к сыну одного из своих лучших друзей. Поймите, мне очень тяжело было принять случившееся с вашим отцом, поэтому я пытаюсь предостеречь вас, так же, как предостерегал его. В этой войне вам не победить. Отступитесь. Начните дело заново. У вас светлая голова и много прекрасных мыслей.
— Но почему? — проговорил я, ударяя кулаком по подоконнику. — Почему они вцепились именно в «Хегай рис»? Почему именно эта фирма? Что такого в ней есть, о чём я не знаю, но знают они?
  
Ун Ён Ри развёл руками и покачал головой.
— Я не могу вам сказать, но тоже согласен: в данном вопросе есть много непонятного. И я вас всё-таки предостерегаю от конфронтации.
Я снова прошёл через комнату, подошёл к бухгалтеру и положил ему руку на плечо.
— Не переживай, всё будет хорошо.
* * *
Йонг прибыл на студию как раз вовремя. У актёров был небольшой перерыв, и Мун Хё На подошла к нему, обняла за шею и притянула к себе. Быстро поцеловав парня, девушка отстранилась. Они предпочитали не показывать прилюдно излишней нежности.