Отбор... или беги, Принц, беги! (СИ)
— Эй, господин Асгар, а меня спросить?! — Мелисса вытянулась из-за плеча промолчавшего Рауля и настороженно оглядела мужчин, сосредоточенно настегивающих идущих в галопе лошадей.
— Святой отец в Храме спросит, — мстительно прокричала ей Эйлис, вспоминая подколки подруги, — А пока мы не опозорились перед служителями, можно уточнить, как наших женихов по-настоящему зовут? Что не Эрин и не Рауф, это уже понятно. А их истинные имена можно узнать?
— Твой нареченный — кронпринц Гориции Ринэйрт Мирт Кайст Вельтлант, в просторечии — Рин, — злорадно проорал на всю округу Седой, — а у твоей подруги — граф Рауль Орлант, бастард герцога Орланта. Так что станешь ты, Диарк, графиней… Если его папаша еще титула не лишил за его прошлые выходки. Хотя я бы лично и без головы оставил.
— Нет, с головой он мне больше нравится! — Мел уже привычно спряталась под плечом мужчины, напряженными руками вцепившегося в поводья и сосредоточенно подгоняющего лошадь. Она искоса взглянула на его окаменевшее лицо и с грустью добавила. — А если он жениться откажется? Зачем ему такой огрызок, как я?
— Порву и скажу, что так изначально и было, — седой «волк» принюхался к чему-то в воздухе, а затем сделал знак Бесару. — Впереди — кровь. Переходим на шаг, нечего лошадей загонять. Рин, у тебя, совершенно случайно, брачных браслетов с собой нет?
Глава 17.
— Сотня золотом с каждой пары и не медяшки меньше! — храмовник, выдернутый за шкирку из-за алтаря, где он прятался от неадекватных пришельцев, алчно облизнул пухлые, как будто подкрашенные кармином, ну, в точь, как у продажной девицы, губы, и затряс откормленными с обильных податей щеками. — И будет вам ритуал!
У Рина даже сожаление проснулось, что он не королевским аудитором представился, а вломился в Храм Светлого Бога Астириса под именем кронпринца. А вместо утянутой Раулем бляхи, продемонстрировал напыщенному служителю родовой перстень Вельтлантов. Тот еще шипел что-то про метку рода, но ввалившаяся следом разношерстная компания, начавшая изнутри баррикадировать массивную дверь храмовыми лавочками и подсвечниками, прервала намечающееся избиение святого отца Виклария. В ходе тут же разгоревшейся перебранки с участием всех присутствующих, в которой светлый служитель проявил не дюжие таланты вымогателя, а принц впервые мысленно возблагодарил отца за уроки дипломатии и толерантности, стороны сошлись на двадцати золотых за двойную церемонию и еще пяти за приобретение комплекта церемониальных свечей и прочей атрибутики для оформления счастливого брака.
— Ваше Высочество, проявите щедрость! Мне бы еще хотя бы пару монет чисто на нужды Храма? — служитель культа предпринял очередную безуспешную попытку вырвать у наследника Короны вожделенное золото, которому был беззаветно предан даже чуть более, чем суровому и справедливому Астирису. Викларий, рассмотрев на уставших личиках двух молодых особ недостаточный восторг по поводу предстоящего обряда, снова воспрянул духом и с заискивающим шепотком завис за плечом принца, осматривающего пределы Храма. — А то, вижу, юные девы не совсем согласны замуж выходить. Но за некоторую мзду… исключительно в пользу сей обители света… я могу этого не заметить… Всего лишь пару монеток!
— А кулаком в лоб тебе не засветить? — негромко рыкнул Седой, заставив храмовника шумно засопеть и принять вид подыхающего великомученика, которого кровожадный нелюдь ранил в самое сокровенное — храмовую казну. Но всё же, поколебавшись и прикинув важность момента для подопечных, Асгар бросил святому отцу пару монет, которые тот словил с невероятной для его комплекции ловкостью. — Обещаю, тебе понравится, святоша. Даже со своим патроном небесным сможешь свидеться… если не выживешь. Всё, подотри слюни, торг закончен. Девочки уже сказали свое «да» по дороге сюда. Всем всё ясно? Особенно, тебе, Эйлис. Да, Эль? Допрыгалась, шельма рыжая, до замужества!
— Асгар, я бы поостерегся такими словами кидаться, — довольно хохотнул Сиэр, наблюдая за пыхтящей от ярости Лисой, которую так легко облапошил специалист по непростым вопросам. — Тебе ещё перед её отцом отчитываться. За этот скоропалительный брак.
— А тебе— перед Королевой, — с такой же зловредной ухмылочкой огрызнулся «волк». — И еще неизвестно, кого из нас двоих родители этих… этой парочки первым на коврики пустят. У меня-то хоть шкура не такая облезлая, как у тебя, Лютый, не стыдно перед людьми будет…, - с не меньшим удовольствием Седой отметил помрачневшее выражение лица своего коллеги. — Итак, детки, начинаем ритуал? Правда, положенных браслетов нет…
— Зато есть кошель с золотом, браслет Рина у него на предплечье и Лискин, тот что «ночные» отобрали, а потом вернули, — вмешалась все это время вострившая уши Мелисса, которой этот балаган доставлял ни с чем не сравнимый восторг. Такого приключения в их Эльтской глухомани даже и представить было невозможно. Она с нежностью глянула на потрепанного жениха, которому пришлось вступить в схватку с поджидавшими возле Храма в засаде гильдейцами. Видимо, бой окончательно лишил его остатков сомнения по поводу женитьбы, и теперь он сиял такой предвкушающе бесстыжей улыбищей, что бойкая баронесса прониклась и даже местами впечатлилась до приятных мурашек.
— Так, девочки, сделайте личики попроще, — Асгар внимательно посмотрел на таких разных в проявлении своих чувств невест. Лиса была отрешенно-задумчива, по привычке перебирала рыжую прядку и время от времени бросала острые взгляды из-под ресниц на Ринэйрта. Мелли что только не прыгала на одной ножке и постоянно порывалась вступить в перепалку с храмовником. — Сиэр, тебе на будущее, когда у этих поганок такой задумчивый вид, значит какую-то гадость затевают. А у них с фантазией проблем нет и никогда не было. Поверь мне, я их с детства знаю. И основное мое желание за эти годы оставалось до безобразия неизменным… придушить их и прикопать где-нибудь в замковом парке, пока Барс не видит.
— А это уже проблемы их будущих мужей, — открестился от слов Седого начальник личной охраны принца, и, в свою очередь, оценил серьезный вид кронпринца, не оставляющего виконтессу ни на миг без своего внимания, и шаловливые лапы бастарда, целеустремленно оглаживающие свою блондинистую занозу и так же регулярно получающего по этим самым конечностям. — Они же вроде как замуж выходят. С этого момента, все вопросы — к Рину и Раулю. У меня другая забота, поважнее, нас из Храма без боя выпустят? Или прорываться придется? И да, девочки, свои мстительные фантазии оставьте до возвращения во Дворец.
— У нас трое раненых, один тяжело, — Лирт неслышной тенью скользнул к Лютому и кивнул в дальний угол их временного прибежища, где на сдвинутых лавках лежали тела бойцов, — у нападавших раненых нет. Впрочем, живых тоже не осталось. Помощь нашим сейчас окажут прислужницы Храма. У них тут неплохой запас снадобий, да и свой источник силы… Думаю, тяжелораненного оставим при Храме, остальные придут в себя к утру… Куда уходим, старший? Предлагаю в Эймор, нас там, надеюсь, примут. И, будем молиться Всевидящему Отцу, не на вилы…
— Хм, Клодия, вроде бы, должна уже успокоиться, — не очень уверенно произнес Асгар, ероша седую шевелюру, — но это не факт. Сестра графа та еще кобра! Недаром, они с Региной один закрытый серпентарий заканчивали на двоих… Эля, Мелька, а ну, быстро прекратили хулиганить! Сиэр, я тебя предупреждал, что эти две поганки вести себя не умеют!!! Вы зачем на ликах благочестивых праведников усы пририсовали?
— А это потому, что новоиспеченные женихи нам должного уважения не уделяют, — закатила глаза Эйлис, пряча испачканные ритуальным мелком руки за спину. Она успела его подхватить с алтаря в то время, когда Рина на пару минут отвлек своими предсвадебными наставлениями храмовник. От следующего вопроса, заданного нарочито громким голоском, у Седого дернулся глаз. — Кстати, Асгар, а северянам известно такое понятие «консумация брака»? А то ты много разных слов знаешь… Даже на древне-эльфийском и восточно-орочьем… Я их все-привсе запомнила с детства… Кроме этого. Что-то не припомню, чтобы ты мне его значение объяснял… Если не расслышал, могу повторить…