Замужняя девственница (СИ)

Этот крик заставил меня почти рухнуть, а боль в травмированном колене отозвалась протяжным стоном, который явно пришёлся Сегеде по вкусу.
- Подними вверх волосы.
Я выполнила его просьбу.
- Почему молчишь? Не вижу, чтобы ты усвоила урок. Может, вернуть девочек? Они тебя быстро поднатаскают.
Если честно, я не поняла, что ему нужно. Просто уставилась на этого козла с вопросом во взгляде.
- Где слова "Слушаюсь, мой Господин?"
- Слушаюсь, мой Господин.
- Хорошая девочка. Если снова забудешь, буду пороть, Лида.
Сегеда достал из комода клубок из кожаных ремешков и цепей и закрепил всё это на мне: вокруг шеи - плотный чёрный ошейник; тянущийся от него ремешок с наручниками на концах - вокруг запястий, а прикреплённые к этому ремню цепочки с зажимами на концах - к соскам. Я снова застонала от тупой боли, кольнувшей чувствительные окончания грудей.
- Моя хорошая, как ты меня радуешь своими стонами. Больно, Лидочка?
Я упрямо сжала губы.
- Я спросил, почему не отвечаешь своему Господину. Больно? - он потянул за цепь и соски запылали смесью боли... и наслаждения. Чёрт!
- Да! - Выкрикнула я на полустоне.
- Опять забыла? - он наклонился и шлёпнул мой зад, при этом задев грудь своим упорно торчащим членом.
- Да, Господин, мне больно!
- Умница, Лидочка. Очень меня радуешь. Я хочу, чтобы ты сегодня кричала во всё горло. Как только можешь. Сделаешь?
- Да, Господин.
- Моя любимая... А теперь давай, возьми его в ротик. - он снова вложил член в мои ладони и сжал пальцы вокруг тугого ствола. - Подвигай вот так.
Рука заскользила по слегка изогнутому вверх органу мужа.
- Да-а... - ублюдок был доволен. - Отодвинься чуть дальше и двигай посильней. Резче, Лида!
Я подалась назад и цепочка, соединяющая руки и грудь при каждом движении начала натягиваться до невозможности. Соски горели от этих рывков, снова вызывая предательские стоны не то удовольствия, не то боли.
- Вот так, любимая... Вот такая жена мне нравится... - скотина упивался моим порабощённым положением. - Тебе же приятно, правда?
Я на миг замерла, не зная, что ответить, но решила, как обычно всё отрицать:
- Нет.
- Лидия! - он рывком поднял меня на ноги. - Я сейчас проверю и, если ты мне сорвала, выпорю ремнём!
Он снова опустил меня на колени перед кроватью и, откинув одной рукой на живот, второй прошёлся по набухшему лону.
- Мокрая... Хорошая моя... Будет больно, Лида. И я не хочу, чтобы ты терпела. Кричи, хорошо?
- Не буду.
- Лида! - он рявкнул так, что мне показалось, будто шторы всколыхнулись. - Мне надоела твоя непокорность! Проси прощения у своего Господина!
- Нет! - я попыталась встать, решив: "Будь, что будет, не убьёт же!" Но Сегеда прижал меня к кровати и в следующую секунду зад загорелся от удара ремня.
- Непослушная девчонка! Всё равно ты будешь у меня кричать!
Он стегал меня, казалось, вечность. Я давила крики, позволяя вырываться наружу лишь негромким всхлипам. И когда боль стала совсем нестерпимой, громко вскрикнула и сдалась:
- Остановитесь, Господин. Простите меня!
- Ложись на спину! - взревел Артур.
Я в страхе снова нового наказания кое-как разместилась на кровати и зажмурилась, когда Сегеда навалился сверху.
  
Глава 27
 
Но ничего не происходило. Прошло несколько секунд, а он всё медлил  и не входил в меня.
- Чёрт! Маленькая сучка! - выругался он сквозь зубы и сел, подперев голову рукой. Я распахнула глаза и еле сдержала ликующую улыбку. Дружок Сегеды снова отправился в спячку.
- Спокойной ночи, Артур! Представление окончено. Всё актёры сняли свои маски. - намекнула я на его висячую несостоятельность.
- Если бы ты не вела себя, как идиотка, всё было бы хорошо! - рассвирепел он.
- Нет, Артур. Если бы ты не вёл себя, как идиот, у тебя был бы шанс на мою любовь. - пресекла я его попытку напасть на меня.
- Куда ты встала? Я тебя ещё не отпускал! - он явно надеялся продолжить? Ха!
- А я и не спрашивала разрешения. Не вижу смысла оставаться в твоей постели и в этих кандалах. Будь добр, сними. - Я протянула ему руки, но Сегеда схватил меня за запястья и залепил рот мокрым поцелуем. Отчаянным. Каким-то диким, чокнутым.
 
- Я. Тебя. Не отпускал, Лида! - пробасил он мне в губы и, избавив от своей кожаной паутины, приказал снова лечь. Точнее, завалил меня на бок и сам лёг сзади, в надежде на новое чудо вжимаясь в мои ягодицы вялым членом.
- Не работает, Артур. Успокойся уже. И вообще, скажи, зачем я тебе, если у тебя такие покорные любовницы? Или как их назвать? А может, у тебя только на этих девчонок стоит? При них же заработало?
- Дура! - рявкнул он.
- Естественно, кто же во всём виноват? Слушай, а может, мне тоже того, а? Завести любовника. - Не знаю почему меня понесло. По сути мне было пофиг на то, чем он занимается со своими блондинками. Но, сложившаяся несправедливая ситуация в нашем браке просто разламывала мою гордость на части. Я лопалась от возмущения.
- Что ты сейчас сказала? - Сегеда развернул меня на спину и сжал горло, заставляя посмотреть ему в глаза. И только теперь мне стало страшно. В его бешеном взгляде я увидела неприкрытую ярость, граничащую с сумасшествием. Эти глаза не оставили сомнений: он ни перед чем не остановится. Если я обращу шутку в жизнь, убьёт и меня и... Ефима.
Ефим... Именно его я имела ввиду, когда говорила о любовнике. Но осознала это только сейчас, испугавшись взгляда Сегеды до чёртиков. Не за себя. За Ефима. А ещё, лёжа тут, под натиском рук мужа, осознала, насколько преобладают мысли о моём сексуальном обольстителе над остальными. Он, как мечта, сказка о доблестном рыцаре для принцессы, заточённой с чудовище в башне.
- Отпусти... - прохрипела я. Странно, но подонок быстро разжал пальцы и вместо угроз и избиений я получила другое. Артур снова перевернул меня на бок и, прижавшись всем телом, глухо зашептал.
- Мне нужна только ты, глупенькая. Я люблю тебя! Только тебя, понимаешь? Хочу быть только с тобой. По-настоящему. Как муж. - Он покрывал мои плечи и спину трепещущими поцелуями и продолжал, продолжал свою исповедь. - Хочу только твоей любви, твоего обожания, твоей покорности. - Сегеда начал всхлипывать между словами.
Что серьёзно? Ублюдки вроде него умеют плакать? Я попыталась повернуться, чтобы запечатлеть этот исторический момент, но Сегеда не дал. Значит, точно плачет.
- Эти шалавы - пустой звук для меня. Способ тебя расшевелить, заставить ревновать. Но ты, как стена, Лида. Я не могу пробиться.
- Ко мне не ремнём нужно было пробиваться! - недовольно бросила я и попыталась отодвинуться.
- Нет! Ты никуда не уйдёшь! Будешь со мной и только моей. Ты моя, Лида. Я никого не подпущу к тебе! Только через мой труп, поняла? Размажу его по стенке! А потом тебя. Уяснила? Сам тоже не задержусь здесь. Незачем. - он снова извергался злобой. - Только попробуй. Только попробуй, Лида...
- Кого размажешь? Упокойся, Артур. Раздул из мухи слона. Мне плевать, чем ты там и с кем занимаешься. Продолжай, если хочешь.
- Вот это меня и бесит, что тебе всё равно! Я же по тебе с ума схожу! Дышу тобой! А почему ты нет?
- Ты знаешь почему.
- Прости меня, Лидочка. Я такая скотина. Я понимаю, почему ты меня ненавидишь. Но прошу тебя, не уходи.  - он затих на миг, пытаясь подавить всхлипы, но они всё равно вырвались.
Чёрт!
- Иначе я умру. Не смогу без тебя. Ты для меня всё.
Таких перепадов эмоций я ещё не видела. Сегеда был передо мной, как открытая книга с заботливо отмеченным отрывком, где самое важное. С откровенным, эмоциональным отрывком. Но... Не мой жанр.
 
Я всё равно его ненавидела.
  
Глава 28
 
|  ЕФИМ  |
- Оксан, прекрати. Я не хочу повторять тебе в сотый раз.
Вполуха слушая, поставленную на повтор лирическую песню про неземную любовь, я облокотился о подоконник и снял очки. Гады словно выросли в мою переносицу. Весь вечер и полночи за документами превратили меня даже не в выжатый лимон, а в жёваный мандарин. Зато я выяснил, что этот сукин сын погряз в незаконных делах по уши. Вот только удивляет насколько он изворотлив. Тварь!