Неудачная копия (СИ)
— Ну ты же меня знаешь.
На том конце тяжело вздохнули:
— Да в том-то и дело, что «да».
[1] карточка гражданина: имеется в виду регистрационная карточка гражданина Объединённой Федерации, которая является унифицированным документом идентификации личности для всего человечества, кроме отступников и изолированных регрессирующих анклавов, отрицающих технологии. Можно считать аналогом нашего паспорта, но с зашитыми данными по биометрии
[2] височные динамики: импланты, встраиваются под кожу на висках. Заменяют динамики наушников, звук в них слышен только носителю
[3] обработка: одна из высших мер наказания, когда приговорённому вставляют в голову имплант, генерирущий бесконечное сожаление по совершённому преступлению, лишают гражданских прав и отправляют в трудовую колонию
[4] хоть Тая и говорит в мужском роде, но у них прогрессивное будущее и это просто дань лингвистическим особенностям языка, где слово «убийца» — мужского рода
4. Жертвы под подозрением
Список погибших:
Джереми Нбао — Марс, Южный Кантон, 315.244
Свен Морацци — Лима-6, 05.247
Рихард Коро — Луна, Миу, 29.248
Чарльз Черных — Земля, зона 37, 64.248
***
Пары часов было катастрофически мало для нормального сна, и Тая добирала его на работе. Пока всё, что им оставалось, — ждать, она спала, сложив руки на столе перед собой и положив сверху голову. Её потревожил тихий шорох поставленного на стол предмета.
— А? — она часто заморгала пересохшими спросонья глазами, пытаясь открыть их достаточно широко, чтобы увидеть, что происходит вокруг.
Перед ней стоял контейнер с едой. Натаниэль уже успел вернуться к своему столу и начать распаковывать точно такой же. Он мельком глянул на стажёра из-под набрякших от недосыпа век:
— Угощайся, не стесняйся. Сара попросила тебе передать, а то, говорит, я тебя совсем загонял.
— Спасибо, — Тая успела открыть контейнер и заглянуть внутрь. Кроме привычных ярких синтезированных овощей сбоку лежали три маленькие, блёклые помидорки-черри. У неё перехватило дыхание. — Настоящие?
— Ага. Сын их очень любит. Даже прошёл официальную сертификацию Натуральной Комиссии, чтобы иметь право их на подоконнике выращивать. Эй, ты чего?
Тая успела закинуть в рот один маленький помидор и сидела с закрытыми глазами, чуть ли не плача от счастья. Она вытерла глаза:
— Я их только давным-давно в детстве пробовала.
— Нашла о чём печалиться, — Нат кинул ей пачку одноразовых платочков. — Подожди пару месяцев, Берт обещал какую-то пахучую съедобную траву вырастить. Забыл, как называется. Но точно не базилик и не мята. Кстати, поторопись, если хочешь привести себя в порядок, — через пятнадцать минут душевые отключат. А через пару часов привезут подозреваемых.
— Вы хотели сказать «жертв».
— Нет, золотце, для нас с тобой все — подозреваемые. Не по одному делу, так по другому.
***
Натаниэль стоял, едва ли не касаясь экрана горбатым носом. Он уже полчаса как рассматривал карточки восьми двойников: иногда каждого по отдельности, иногда пытался совместить попарно, накладывая один снимок поверх другого, а иногда оставлял половину от фотографии одного, а другую — от другого. Он уже успел смириться с самим фактом их похожести. Теперь его больше всего удивляло то, что даже мимические морщины и родинки у них практически совпадали, чего быть, по его мнению, не должно.
Для некоторых из живых и мёртвых он смог выпросить из архивов гражданских служб снимки, когда им было по пятнадцать циклов, и сравнивал и их тоже.
— Это что за выставка маньяка-сталкера? — над ухом следователя пророкотал добродушный бас.
Нат раздражённо дёрнул плечом и обернулся:
— Похожи?
Высокий темнокожий мужчина внимательно посмотрел на экран:
— На пацана этого? Вроде — да, а вроде, — он повернул голову набок. — Что-то в них не так. Вот у этого лицо такое, будто спит по два часа в день и сидит на стимуляторах. А это — он же, если бы следил за собой. У этого вообще шрам на подбородке. Будто для паренька, — он ткнул пальцем наугад и попал в подростковую фотографию Рихарда Коро, — сэмулировали разные варианты взросления.
— Всё так. Спасибо, Дэн. У тебя всё готово?
Глава блока изоляторов кивнул и чисто для проформы поинтересовался:
— Тогар же не в курсе?
— Если бы был в курсе, то ты бы его вопли слышал ещё у себя в корпусе. Пойдём, только захватим стажёра по дороге.
***
Дэн шагал к своему корпусу, даже не задерживаясь перед шлюзами: на этот раз система моментально распознавала своего. Рядом с ним вышагивал Натаниэль, с упоением рассказывая что-то и размахивая руками, иллюстрируя сказанное. Тая не слушала, крепко прижимая к груди планшетку, и периодически срывалась на бег, стараясь успеть за мужчинами. Нат иногда оглядывался на неё и дёргал Дэна за рукав, чтобы тот притормозил, но этого напоминания хватало ненадолго — тот явно привык ходить много и быстро.
В контрольной комнате на этот раз сидел сухопарый полицейский, который, увидев их, едва успел отключить свою планшетку и сделать вид, что занят наблюдением за мониторами. Все вошедшие последовали его примеру, уставившись на экраны.
— Дэн, подбери челюсть.
Тот недоумённо перевёл взгляд с Ната на Таю и обратно:
— Ты что, лабораторию с клонами накрыл? Только не это опять. Мне 239-го цикла[1] хватило.
— Не бойся, их всего двое. И они не клоны, даже не родственники — у них генотип разный. Просто такой вот выверт человеческого фенотипа, что они выглядят одинаково.
Глава блока изоляторов недоверчиво прищурился и обратился к Тае:
— Он же не врёт?
Она покачала головой и улыбнулась:
— Как ни странно, нет.
— Ну ладно, к делу, — Нат потирал ладони, бросая взгляд то на один монитор, то на другой. — Кто где?
Тая уже активировала планшеткой терминал и теперь сверялась с номерами на нём и на мониторах:
— Тут, — она ткнула в экран в среднем ряду, где сидел, опустив плечи, задержанный и смотрел на свои руки, лежащие на столе. — Фил Сома. 35 солярных циклов, женат, двое детей, работает в мелком сервисном центре по ремонту блоков виртуальной симуляции для домашних систем. А тут, — маленький пальчик указал на другой экран, где задержанный сидел, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула, и постукивал ногой по полу. — Хамор Цай. 38 солярных циклов, холост, работает в службе внутренней безопасности медицинского гражданского центра «Танигучи & Джефферсон»[2].
Нат сморщил нос:
— Оба какие-то мутные. Пошли к Соме, пока он в кататонию не впал от страха.
***
На этот раз в обеих камерах были активированы только базовые протоколы. Проверка системы прошла практически моментально. Едва они зашли внутрь, как мужчина за столом дёрнулся, словно хотел встать, но передумал:
— Я-я что-то сделал? — его глаза воровато бегали.
Нат расслабленно растёкся на стуле напротив него:
— А вот это ты нам сейчас и расскажешь. Золотце, подключись к дата-блоку.
— Но ведь нельзя.
— Это правила для задержания консекворов[3] и прочей хакерской братии. Его со всех сторон просветили, он твою планшетку с такого расстояния точно не взломает. Давай, будешь проверять, что он говорит. Заодно посмотри, что у него за душой в его местном отделении.
Следователь улыбнулся так сладко, что Филу стало тошно. Он начал говорить, спотыкаясь на словах, будто стараясь убедить полицейских в своей невиновности до того, как они найдут доказательства обратного:
— Я ни в чём не виноват. Я обычный добропорядочный гражданин, — Фил вздрогнул всем телом, когда на этих словах Натаниэль улыбнулся ещё шире. — Я ничего такого не делал. Мы с Сержем уже обо всём договорились, и он отозвал заявление. Так что я чист перед законом. Правда?