Неудачная копия (СИ)
— Снаружи, может, и красивая, а нутро прогнило насквозь, — Нат распутал руки и сел нормально, чуть ссутулившись. — Золотце, не пытайся таких понять — это нелюди в человеческой шкуре. Будут улыбаться, даже когда у самих руки по локоть в крови. — Он прикрыл глаза, опуская голову ещё ниже. — И будут ведь доказывать, что были правы, что так они якобы делали мир лучше.
Тагор, чуть прищурившись, смотрел на него — ещё не хватало, чтобы он сломался именно в этот момент. Хоть нынешнее дело и совсем не похоже на то, с чем они столкнулись девять циклов назад, но никогда не знаешь, когда призраки прошлого начнут хватать тебя за руки.
Это проклятие приходит к большинству полицейских — рано или поздно ты начинаешь верить в то, что действительно можешь спасать и защищать людей, можешь делать этот мир лучше и безопаснее. А потом очередной отморозок походя протягивает свои грязные лапы к кому-то близкому и дорогому тебе, и ты понимаешь, что на самом деле не можешь ничего. Тагор потёр висок, собираясь с мыслями и вознося короткую молитву Вишгар в благодарность за то, что напоминание о его собственном бессилии не превратилось в призрак, а до сих пор живо и относительно здорово. И, судя по событиям последней пары часов, работает даже лучше своих коллег.
— Вот вы вдвоём с ней и поговорите первым делом.
Тагор дошёл до протоколов задержания и увидел там поножовщину, которую пытался устроить Хамор Цай. Он заскрипел зубами, с трудом удерживая себя в руках и напоминая себе, что бить подозреваемых нельзя. Он тяжело посмотрел на Таю, и та сжалась в кресле, поняв, что её маленький обман раскрылся. Подчинённых бить тем более было нельзя, поэтому Тагор только зло фыркнул и снова уставился в планшетку:
— Я вначале зайду к Резнову — раз его придётся отпустить, то, может, он расслабится и расскажет чего полезного. А потом к этому вашему Цаю. — Он раздражённо дёрнул носом и пообещал самому себе: «Он у меня кровавыми слезами умоется».
***
Франческа Корт выглядела так, будто находится на великосветском приёме: одна нога закинута на другую и расслабленно покачивается, рука изящно опирается локтем на спинку стула и легко поддерживает голову. Нат быстро окинул её взглядом: стройное, тренированное тело, пышные тёмные волосы, огромные голубые глаза. Наверное, она и правда была красивой, но совсем не в его вкусе. А если добавить сюда знание о том, что она вытворяла, то она сразу переносилась на уровень ниже даже тех синтиков, которых эксплуатировала для своих преступлений.
Из допросной убрали стол и активировали разметку зон безопасности для убийц, вот только в фиксаторы и наручники Корт, в отличие от её подельников, не заковывали. Нат поставил бок о бок два стула точно в том месте, где они должны были быть, если бы соблюдались все меры предосторожности. Он медленно обошёл их и сел, собирая разбегающиеся мысли, — его сейчас на ногах держало только жгучее желание увидеть, как этим подонкам просверлят черепа[1] после вынесения приговора. Он бросил взгляд на Таю — она и правда выглядела немногим лучше. Ему хотелось сказать ей что-нибудь ободряющее и подержать за руку, чтобы успокоить, но не при этом чудовище, которое сидит перед ними.
— Франческа Корт, персональный идентификатор EZ-16-218216-92. Вы же знаете, почему вас задержали?
Женщина даже не повернула голову в его сторону, делая вид, что увлечена разметкой на стенах.
Нат зачитал ей список обвинений и был вынужден в конце добавить:
— Из-за того, что при задержаниии были допущены нарушения, рассмотрение вашего дела откладывается до тех пор, пока не будет удовлетворён ваш встречный иск.
Корт, наконец, посмотрела на него, чуть изогнув бровь:
— Медцентры не позволили бы кому-то вроде вас, — она изогнула пухлые губы, буквально выплёвывая эти слова, — арестовать нас. — Она чуть прищурилась так, что пушистые ресницы прикрыли глаза. — Вы заключили с ними договор. Но я ни за что не поверю, что они позволили вам творить, что угодно. Дайте угадаю. — Она повернулась к ним всем корпусом и чуть подалась вперёд. — Вы ограничены во времени, а на рассмотрение встречного иска вам потребуется не менее тридцати часов. Вы просто не успеете ничего сделать, как должны будете меня отпустить. Именно поэтому я сейчас не закована, — она покрутила кистями в воздухе, — вы не имеете на это права.
Ната нисколько не удивило то, что она обо всём догадалась только по косвенным признакам, — разве что им потребуется не тридцать часов, а больше сорока. Он даже не изменился в лице. Это было очень просто — ему не то, что реагировать на что-то было тяжело, но даже дышать хотелось уже через раз. Зато вот Тая обиженно наклонила голову, только подтверждая догадку задержанной. Нат покосился на неё и непроизвольно покачнулся в её сторону.
— Замечательно. Раз вы уже обо всём догадались, то давайте упростим жизнь всем нам, — он отдал планшетку Тае, чтобы ей было, чем занять руки. — Давайте представим, что некая гражданка — пусть её имя будет Джейн Доу — работает в системе безопасности медцентра. И вдруг, по каким-то причинам, она решает, что ей нужно убивать других людей. Придумывает для этого сложную схему, ищет единомышленников. Вы, с высоты вашего профессионального опыта, могли бы как-то прокомментировать её поведение? Или даже предположить, что её сподвигло на это?
Корт чуть задрала голову, глядя на них сверху вниз:
— А с чего вы вообще взяли, что эта гражданка Доу кого-то убивала?
— С того, что её поймали буквально за руку.
Корт демонстративно медленно поправила волосы и облизнула губы, глядя ему прямо в глаза. Нат чуть наклонил голову набок, устав от этого затянувшегося спектакля. Он сейчас как никогда понимал Тагора — иногда люди очень сильно раздражают.
Гражданка Корт едва заметно поджала губы и перевела взгляд на Таю. Та завороженно рассматривала её широко раскрытыми глазами. Корт медленно растянула уголки губ, стараясь изобразить тёплую улыбку:
— Ты же Тая Чжи? Как там поживает Томас? Не хочешь принести ему новые инструменты?
Нат почувствовал, как Тая буквально одеревенела и невидящим взглядом уставилась в пол, и напряг память, ища там упоминание хоть какого-нибудь «Томаса». Лучше всего подходил под эту ситуацию Том — один из старших братьев Таи.
Нат изучил её личное дело в тот же день, когда она подала документы на стажировку: всю биографию от рождения до окончания Академии, не забыв про друзей и родственников до третьего колена. Он привык всегда проверять, с кем ему предстоит иметь дело, чтобы случайно не наткнуться на какой-нибудь неприятный сюрприз вроде тщательно скрываемой клептомании или наследственных заболеваний психики. Поэтому он знал, что у Таи был старший брат — одна из тех потерянных душ, которые по глупости или под дурным влиянием пробовали синтетику, а потом их семьи выворачивали кошельки, чтобы спасти их с помощью дорогостоящей реабилитации. Вот только для Тома это оказалось слишком тяжело, и он покончил с собой, воткнув себе в горло какой-то острый инструмент во время трудовой терапии.
В это время Корт, явно довольная результатом, снова обратила внимание на Ната. Ещё до того, как она открыла рот, он догадался, чего именно она добивалась: она хотела вывести их из себя, лишить опоры под ногами, столкнуть в их личные бездны. Цель её была проста — сделать так, чтобы они не смогли нормально допросить остальных задержанных и совершили ошибки, из-за которых пришлось бы отпустить и их тоже. Он незаметно поджал пальцы на ногах и постарался абстрагироваться от её слов, но удар всё равно достиг его:
— А вы ведь тот самый Улиссон? Надеетесь, что хотя бы эту девочку сможете защитить? — Корт с наигранной задумчивостью прижала палец к подбородку. — Вряд ли у неё такой же звонкий голосок, как у Реи. Интересно, как она будет смотреться в кадре? И поместится ли в стандартный почтовый контейнер?
Никакая подготовка не помогла. Бездонная пропасть распахнула свою жадную пасть у Ната под ногами, и он рухнул в неё с остановившимся сердцем. Его тело подобралось, и ему оставались доли секунды, чтобы взвиться пружиной и свернуть шею этому голубоглазому монстру, что капал ядом на старые раны, когда камеры в допросной комнате с тихим щелчком перефокусировались, сходясь на Корт точно чей-то пристальный взгляд.