Возмездие (СИ)
— Саш, ты видел? Нет, ты видел! — из кустов выскочил помятый лейтенант милиции, сжимая в руке чью-то сумку с оборванным ремнем: — Я этому раз, а он мне дышь!
Глаза полицейского горели яростью победителя, и ссадина на щеке и висящий на последней нитке, оторванный погон совсем не портили парню настроения. Еще бы, он попал в серьезную переделку и вышел из схватки победителем, а боль от пары полученных ударов оказалась совсем не смертельной.
— Молодец, Ваня, настоящий мужик. Я все видел, как ты тому засандалил…- я аккуратно вынул из руки детектива чью-то поясную сумку: — Ты это где взял?
— Да там один убежал, но я ему успел пинка дать и сумку сорвал…
— Ну, значит еще одного установили, кроме этих…- я кивнул на лежащие на земле тела хулиганов, которых уже начали вязать толстыми монтажными стяжками: — Давай, вызывай полицию, а то хотелось бы еще немного поспать.
Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.
Город Н-ск. Июнь. Здание временного отдела полиции на территории города Н-ска.
Ну а дальше в моих расчетах вкралась серьезная ошибка. Когда, примерно через час на место вызова приехали полицейские патрули, нас, меня и еще двух парней, не отпустили, со словами благодарности, а, напротив, запихнули в «собачники» вместе с задержанными, а в отделе распихали по камерам, благо, хоть отдельно от хулиганов. Хорошо, то я, не ожидая ничего плохого, распустил свое отделение по домам, оставив с собой, для поддержки лейтенанта Хохлова только Олега Прокофьева, который, оказавшись в камере, принялся ныть, и не переставал этого делать до момента, когда меня вызвали на допрос.
— Это что? — оттолкнул я от себя, уже заполненный, бланк протокола.
— Давай, не выкаблучивайся, подписывай, что подрался с ранее незнакомыми тебе парнями и выметайся отсюда. — усталый дознаватель вновь подсунул мне протокол: — Штрафом отделаешься или обязательными работами, и все. И не люби мне мозги.
— Тут правда только два слова. — я постучал пальцем по бумаге: — «Ранее незнакомыми», остальное все ложь. Мы увидели, что неизвестные напали на милиционера в форме и оказали ему помощь. И вообще, я не вижу здесь представителей военной прокуратуры, а без них я ничего подписывать не буду.
— И при чем тут военная прокуратура? — опешил дознаватель.
— А я слушатель Центра повышения квалификации командного состава, и, уже четыре часа, как началась суббота. А по субботам я являюсь военнослужащим, о чем, кстати, я вашему дежурному говорил, но он не стал меня слушать. Кстати, за вашего лейтенанта мы с моим товарищем вписались тоже после полуночи, так что все разборки только в военной прокуратуре, или вы законов не знаете?
Глава 17
Глава семнадцатая.
Славянская республика. Сибирская особая экономическая зона.
Город Н-ск. Июнь. Здание временного отдела полиции на территории города Н-ска.
— Дежурный! — от крика дознавателя задребезжали стекла в рассохшихся рамах, и в кабинет заглянул сержант, что привел меня на правеж.
— Он тебе говорил, что он военный или подобную чухню? Короче, вызывай военную прокуратуру и больше меня не дергай, я даже трубку телефона не подниму. — полицейский «старлей» решительно сгреб со своего стола разложенные на нем бумаги, небрежно сцепил их скрепкой, и сунув их дежурному, принялся выталкивать из кабинета нас обоих.
— А с остальными ты что, разговаривать не будешь? — растерянно пробормотал дежурный: — Их там шесть человек…
— Фролов, не при задержанном будет сказано, но, почему ты такой…- дознаватель замолчал: — Короче, всех в прокуратуру. И запомни, если преступление совершается с участием или в отношении военнослужащих, то это компетенция военной прокуратуры. Все, Фролов, я спать.
И заперев кабинет, дознаватель решительно направился к выходу, больше не обращая на нас с Фроловым никакого внимания.
— А ты мне сказать не мог, что вы вояки? — окрысился на меня «тормозной» Фролов.
— Я тебе говорил. — не полез за словом в карман я: — Только, тебе же не до нас было, ты футбол по телевизору смотрел. Кстати, кто выиграл?
— Наши персам продули…- чертыхнулся Фролов: — Лучше бы вообще не смотрел. Ладно, пошли, буду воякам звонить.
Забрали нас через час, усадив нас с Олегом Прокофьевым и хулиганов вместе на пол кузова тентованного армейского грузовика, места у борта заняли два курсанта какого-то училища, с нашивками второго курса, что ежесекундно хватались за автоматы, по их лицам было видно. Что парни очень хотят подстрелить кого-нибудь «при попытке к бегству». Это, видимо, почувствовали все, поэтому дорога до комендатуры прошла спокойно.
В камеру нас с Олегом запихнули на каких-то десять минут, после чего отвели в какой-то кабинет, где мрачный армейский капитан с пехотными эмблемами принялся орать на нас. Я стоически молчал, желая дать капитану выговориться, но услышав слова «пятнадцать суток 'губы», решил перевести разговор в более конструктивное русло.
— Товарищ капитан, разрешите обратиться? Разрешите узнать, вы кто?
Капитан несколько секунд хлопал ртом, давя в себе желание наорать на наглого сопляка, но, видимо, все же счел мой вопрос справедливым и нехотя представился внештатным дознавателем таким-такимтовичем.
— Товарищ капитан, вас, видимо, ввели в заблуждение. Мы с товарищем, он, кстати, тоже слушатель военной кафедры, шли домой, когда увидели, как десять человек хулиганов избивают сотрудников полиции. Разве мы должны были пройти мимо? Его бы точно убили, если бы мы не вмешались.
— Ну так-то да. — Неохотно признал дознаватель: — Мента надо было спасать, ну, только мне с вами что сейчас делать?
Я задумался — то что я поступил на первый курс юридического факультета, не делало меня юристом.
— Разрешите?- в дверь кабинета коротко стукнули и на пороге появился Иван, с умытым лицом и вновь пришитым погоном на форменной куртке.
— Вы кто?
— Я, товарищ капитан, тот самый пострадавший, которого ваши ребята, буквально, с того света вытащили. Если бы не они, эти уроды меня бы в землю на полметра втоптали…
Пока юный лейтенант преувеличивал нашу роль и сгущал краски, армейский дознаватель благожелательно его, но, в конце речи детектива, вновь задал животрепещущий вопрос:
— Это конечно всё правильно и всё хорошо, Ну что мне со всем этим материалом делать?
— А я вам сейчас, товарищ капитан, с этим со всем помогу.
— А ты справишься?- капитан, как опытный служака, отличался недоверчивостью.
— Да без «Б», товарищ капитан…- зря я что ли четыре года в институте эти науки изучал? Вот, кстати, распечатка из информационного центра МВД на каждого задержанного. Они все числятся условно-осужденными, с отсрочкой приговора, так что, как мы закончим, они все на зону поедут. Давайте я за компьютер сяду, и мы с вами быстро ребят допросим, а потом и к жуликам перейдём…
Несколько минут капитан изображал, что контролирует работу лейтенанта Хохлова, но убедившись, что с оформлением бумаг лейтенант полиции преобразился в настоящего лихого орла, после чего военный дознаватель уткнулся в смартфон и больше не обращал внимания на увлеченно работающего полицейского.
С нами Иван закончил примерно через тридцать минут, после чего нас выпустили из здания комендатуры. На, огороженном высоким забором, плацу присутствовали наши бывшие пленники. Двое отчаянно скребли асфальт, даже с виду, тяжелыми ломами, пытаясь собрать в кучу несколько старых окурков. Двое, мокрые от пота, под присмотром курсантов, замерли, вытянув правые ноги параллельно земле, как будто они отслужили пару месяцев в роте почетного караула. А пятый парень, отжимаясь на кулаках, громко выкрикивал:
— Нельзя нападать на полицию. Нельзя хулиганить…
В общем, у парней, вместо пустого времяпровождения и чрезмерного употребления спиртосодержащих веществ, началась другая, интересная и насыщенная жизнь. За всеми этими хлопотами уже наступило утро, и мы с Олегом, даже не забежав домой, направились на занятия, которые я кое-как отсидел до конца и которые закончились общим построением, где до нас довели две новости.