Ходок - 12 (СИ)

Разоткровенничавшееся в ответ слуги рассказали Денису, что хозяева с деньгами их не обижали, в еде не привередничали, баб не водили, разве что иногда сами ходили в бордель «Недотрога» в Золотом Городе, по пустякам не придирались — главное, чтобы тренировочный зал на первом этаже, который старший помощник принял за бальный, всегда был чистым и в комнатах прибрано. За чистоту отвечала бригада из трех приходящих уборщиц, работающих через день, так что эникейщику частенько приходилось браться за швабру, чтобы поддерживать идеальный порядок в тренировочном зале.
Всю эту информацию Денис благополучно пропускал мимо ушей, напряженно размышляя, как приступить в выполнению плана «Г». Общий абрис замысла был, но необходимой конкретики для того, чтобы сделать первый шаг, катастрофически не хватало. И тут в очередной раз судьба сделал зигзаг, доказывая, что «вроде зебры жизнь, вроде зебры» и что рано или поздно, черная полоса сменится белой. Ну, или — наоборот. Во входную дверь забарабанили и план «Г», представлявшийся мутным и трудновыполнимым, сам собой начал претворяться в жизнь.
— Иди, открывай! — скомандовал Денис кудрявому. — И повежливей с ними, чтобы не прибили ненароком. А вы тихо сидите и ничего не бойтесь, — успокоил он кухарку и девку с базара — невысокую, крепенькую как боровичок, грудастую молодуху.
Отдав необходимые распоряжения, старший помощник встал из-за стола, подошел к двери и встал так, чтобы его не увидели, когда дверь откроется. В ту же секунду в коридоре послышались грубые голоса, грохот открываемых дверей и топот многочисленных ног. Судя по производимому ими шуму, незваные гости не стеснялись вести себя, как хозяева — видимо, потому что ничего и никого не боялись.
«Ну, это ненадолго!» — беззлобно хмыкнул Денис.
«Незнание опасности рождает героев!» — поддержал его внутренний голос. Ему тоже нравилась эта восточная пословица.
Двери можно открывать по-разному, можно — вежливо и обходительно, выражая уважение и почтение к находящимся за ней, а можно — ногой, сразу показывая, кто в доме хозяин. В данном конкретном случае был выбран второй вариант. Дверь с треком распахнулась и на кухню ввалился типичный браток из девяностых, разве что без кожанки, тренировочных «Адидас» и толстой цепи на бычьей шее. Он небрежно осмотрел помещение, после чего его сальный взгляд прилип к девке с базара.
Присутствие пожилой кухарки никак братка не стесняло и он готов был немедленно приступить к осуществлению права сеньора, но догматы трудовой и производственной дисциплины, вбитые в его лысую голову, оказались сильнее второго основного инстинкта, что свидетельствовало о том, что вбивали их грамотно, поэтому, прежде чем взяться за девку с базара, он высунулся в дверной проем и крикнул:
— Здесь все чисто! Я внизу присмотрю! — и лишь после этого захлопнул дверь, после чего оказался с глазу на глаз с довольно осклабившимся старшим помощником.
Браток собрался было заорать, но Небесный Волк эти поползновения мигом пресек, а Денис, воспользовавшись тем, что оппоненту было не до чего — когда тебя душит невидимая рука, тут не до сохранности имущества — лишь бы жизни не лишиться, мигом избавил его от двух артефактных колец. Одно было водяным щитом первого ранга, а второе — такой же низкоранговой молнией.
Откуда старший помощник узнал ху из ху? А вот откуда — когда Люпус читал свою лекцию, одновременно оценивая принесенные Денисом артефакты, старший помощник, периодически выходя в кадат, внимательно разглядывал каждое изделие, параллельно слушая комментарии артефактора.
Обладать особой мудростью для идентификации не требовалось: светящийся синий овал — водяной щит; искрящаяся руна «зиг» — молния; голубое копье — воздушная стрела; темно-зеленый гексаоктаэдр — земляной щит; гексаоктаэдр со стрелой — гранитные стрелы, ну и все в таком духе — не ошибешься. На ранг артефакта неявно указывал размер «идентификатора», а на уровень заряда — относительная площадь его закрашивания соответствующим цветом. Полностью залитый щит — артефакт заряжен на сто процентов, половина щита белая — пятьдесят процентов, ну и так далее — все, как в старых телефонах.
 
Кстати говоря, ранг изделия определялся не только величиной щита, или меча, или какого иного атрибута, хорошо видимого «вооруженным взглядом» в кадате, но и явно — маленькой сияющей циферкой, впечатанной в артефакт. Впрочем, все эти товарные знаки предназначались лишь Искусникам, бездарные не могли видеть ни атрибуты, ни цифры и должны были полагаться на слово артефактора.
Так что, отличить артефакт первого ранга от второго и определить базовую стихию Денис мог. Это, как в анекдоте — чем образованный человек отличается от жертвы ЕГЭ? Образованный человек может отличить Маракану от марихуаны, Гоголя от Гегеля, Гегеля от Бебеля, Бебеля от Бабеля, Бабеля от кабеля, кабеля от кобеля, а кобеля от сучки. А жертва только двух последних. Да и то — не всякая жертва, а прошаренная.
Когда браток дошел до кондиции — посинел, захрипел и попытался руками разодрать себе горло, старший помощник велел Волку отпустить болезного, после чего уселся обратно за стол и жестом указал бандиту на место перед собой. Дважды повторять указание не пришлось — судя по всему, браток был понятливым и тут же выполнил приказ. За столом они оказались одни, потому что кухарка и девка забились в угол и стояли там обнявшись и дрожа. Честно говоря, причину такого волнения Денис не понял. Поварихе, на его взгляд, вообще ничего не грозило, а девка могла еще и получить удовольствие. Впрочем, не его дело — он, со своей стороны, безопасность им обеспечит, а хотят бояться — пусть боятся. Люди же ходят на фильмы ужасов, чтобы бояться — может и эти такие же.
— Я чувствую ложь, — предупредил братка старший помощник, делая глоток пива и впиваясь зубами в копченое мясо — визит незваных гостей не позволил ему закончить трапезу и он решил совместить приятное с полезным. — На первый раз придушу не до конца, — проникновенно пообещал Денис. — На второй — задушу.
Из последующей беседы (или допроса) стало понятно, что браток действительно был понятливым, потому что никаких экспериментов с собственным здоровьем он не допустил и отвечал на все вопросы ясно, правдиво и четко. Впрочем, и вопросов было немного и, в основном, тактического характера.
Из полученной информации следовало, что в штаб-квартиру элитных телохранителей заявилась «делегация» в составе четырех мастеров, или другими словами — начальников цехов, которые в иерархии «Детей Ночи» стояли сразу же за Золотой Жабой и четырех подмастерьев — их ближайших помощников, одним из которых и был допрашиваемый браток, а так же трех опытных домушников, которые, в силу высочайшей квалификации, могли найти не только «золото партии», а даже «прыщик на теле у слона».
Ничего особо ценного в этих данных не было, разве что — количественный состав незваных гостей. А так-то старшему помощнику было параллельно — мастера они, подмастерье, или домушники — Небесному Волку без разницы кого душить. Неожиданности, причем неприятные, начались немного позже, когда Денису стукнуло в голову узнать, нет ли в составе «делегации» магов. Он-то был уверен, что нет, потому что и по словам Паука, и фактически, в доме главы «Детей Ночи» присутствовали оба мага, имевшихся в распоряжении Золотой Жабы, а если бы Мастер Грюневалт мог поставить под ружье большее количество, то обязательно бы это сделал. По-крайней мере старший помощник, на его месте, поступил именно так, а думать, что Золотя Жаба была глупее его, оснований не было. Но, к искреннему удивлению Дениса, оказалось, что Искусники в составе «делегации» есть! И не один, не два, а сразу четыре — все мастера! Это обескураживало.
 
«Почему Жаба не привлек их к охране сегодня ночью? — недоумевал старший помощник. — Было бы у него не два мага, а шесть — иди знай, чем бы дело кончилось…»
«Может боялся лицо потерять?» — предположил внутренний голос.
«Страшная Золотая Жаба не может самостоятельно справиться с проблемами? А не засиделась ли она на своем месте? Так что ли?» — уточнил Денис.