Ходок - 12 (СИ)

Денис надевал очередную побрякушку из коллекции Золотой Жабы, а дальше действовал согласно инструкции, полученной от серебряного Искусника Картвана Эмзарха — тер цацку, одновременно представляя огромный открытый мешок — примерно, как у Деда Мороза, чтобы уж никак не промахнуться, а то в какой-нибудь кошель можно и не попасть, и выпускал из руки метательный нож, выбранный в качестве средства тестирования. Нож, к огромному разочарованию старшего помощника, законов природы не нарушал и падал на пол. Регулярно. Раз за разом. Пока побрякушки Золотой Жабы не закончились. Честно признаемся, что результат эксперимента был обескураживающим. Хрустальная мечта Дениса о скором освобождении от постоянного ношения рюкзака была разбита вдребезги.
Параллельно с поиском Торбы Архата, старший помощник искал артефакт, с помощью которого Мастер Грюневалт так лихо управился со своими сотрудникам. Как говорится — такая коров нужна самому! Вжик — уноси готовенького! По сравнению даже с таким замечательным оружием, как «Черные когти», это как железный конь (трактор, если кто позабыл), против обычного.
Трактор, даже с бухим вусмерть трактористом, железной хваткой вцепившимся в рычаги, чтобы не выпасть из кабины, за единицу времени, вспашет гораздо большую площадь, чем усталая коняшка предпенсионного возраста, пусть и управляемая трудолюбивым и богобоязненным селянином. Но и на этом пути старшего помощника поджидало слово из шести букв, вторая буква «и», обозначающее провал, полную неудачу и крах, а именно — фиаско, а не то слово, что пришло в голову поколению ЕГЭ, хотя слово, пришедшее на ум бронеподросткам, а именно — пиздец, тоже удовлетворяло поисковому шаблону, да и обозначало то же самое.
Поначалу Денис побаивался, что вундерваффе Золотой Жабы развалит стену, в сторону которой он с грозным видом махал рукой с надетым артефактом и делал это несколько стеснительно, но постепенно вошел в раж и начал махать с определенным даже остервенением, но, как было означено выше — безрезультатно.
Завершив натурные эксперименты, старший помощник пришел к неутешительному выводу, что боевые возможности Золотой Жабы были обусловлены ее природными магическими способностями, а никак не артефактной поддержкой. Но, этот вывод никак не объяснял отсутствие Торбы Архата, ведь тогда получалось, что настоящую сокровищницу Денис так и не нашел, а этого быть не могло, потому что он весьма тщательно обыскал дом Мастера Грюневалта — от шкиры в режиме «поиск» ничего не утаишь, да и время у него было. Так что со всей остротой встал вопрос: «Где деньги, Зин!?!». И ответа на него не было. Те жалкие полторы тысячи с небольшим золотых, которые старший помощник выгреб из «сейфа», на казну Золотой Жабы никак не тянули.
Пересчет наличности старший помощник произвел несмотря на то, что желудок настоятельно требовал прекратить маяться дурью и немедленно приступить к приему пищи, но Денис проявил волю и характер и прежде чем покинуть гостиницу «разочел свои депансы», как рекомендовал Козьма Прутков. С учетом имевшейся наличности старший помощник стал счастливым обладателем одной тысячи шестисот восьмидесяти семи золотых. И тут снова, во весь рост, перед Денисом встал парадокс Атоса-де ла Фера — для безбедной, можно даже сказать — разгульной жизни это было слишком много, а для приобретения самой захудалой Торба Архата слишком мало.
Покинув «Серебряный колокол», старший помощник добрался до «цивилизованных мест», где позавтракал, помылся и после небольших раздумий, стоит ли это делать, направил свои стопы в сторону «Центральных Торговых Рядов города Нейтена» на рандеву со знакомыми артефакторами. Некоторые сомнения Дениса были вызваны тем обстоятельством, что после общения с ним, работники магического прилавка смогут связать вместе два обстоятельства, а именно: гибель Золотой Жабы и появление в их лавках Шрама с целой коллекцией артефактов и расспросами про них. Но, по зрелому размышлению старший помощник решил, что опасаться ему стоит только «облачников», а те, через пять минут после того, как попадут в город, будут знать, что их однокашники охотились на небезызвестного Шрама и потерпели в этом начинании неудачу. Так что таиться от артефакторов особого смысла не было, а если называть вещи своими именами, то — вообще никакого.
 
Первый свой визит Денис нанес в лавку Люпуса. Сказать, что артефактор был счастлив лицезреть старшего помощника означало бы погрешить против истины. Медный Искусник встретил Дениса с кислым выражением лица и его можно было понять — как он убедился при первом знакомстве, средств, а главное — желания купить чего-либо из магического ширпотреба у Шрама не было, а человеком он был опасным, так что ничего хорошего от общения с ним, Люпус не ожидал. И как назло, посетителей в лавке не было, так что прикрыться занятостью, в надежде, что незваному гостю надоест ждать и он покинет помещение, не получалось.
— Рад приветствовать, — соврал Люпус, одновременно невербально давая понять, что это не так.
— А уж я как рад! — весело ухмыльнулся Денис, причем совершенно искренне. — Взгляни-ка, — продолжил он, выкладывая на прилавок артефакты, снятые с Паука и двух Искусников из дома Золотой Жабы. — Что делают и сколько стоят?
Люпус, опасавшийся, что новый знакомец пришел просить денег в долг и что, укуси его храц рогатый, придется-таки дать, потому что не дать было боязно, при виде представленных материальных ценностей повеселел, ибо их наличие предполагало, что заем будет совершен под залог, а это уже совсем другое дело. Оценочную стоимость чужих изделий артефактор хотел по привычке занизить, но моментально заныла шея и вспомнив с кем он имеет дело, Люпус решил от этой идеи воздержаться и озвучивать настоящую цену.
— Одноразовый артефакт первого ранга «воздушное лезвие», — оценочная комиссия начал работу с невзрачного серебряного колечка, — триста — триста двадцать золотых. — Сообщив эти сведения, Люпус отложил колечко и хотел было перейти к следующему артефакту, но был остановлен старшим помощником.
— Не спеши. В каком смысле — одноразовый? После применения надо заряжать, или выстрелил и можно выкидывать?
— Конечно заряжать! — удивился артефактор. — Где это ты видел изделия, которые выкидывают после применения?
— Нигде, — согласился Денис, но на всякий случай уточнил: — То есть, говоря «одноразовый», ты каждый раз будешь иметь в виду, что артефакт после применения надо зарядить, а не выкинуть?
— Да, — хмыкнул Люпус. — Можно и так сказать. — И после небольшой паузы, осведомился: — Переходить к следующему?
— Подожди. Хочу разобраться, против кого такое лезвие будет эффективно. — Старший помощник оперся о прилавок, устаиваясь поудобнее, и всем своим видом показывая, что телеграфный стиль общения не пройдет — требуются развернутые описания. — Предлагаю такую градацию установить, — у Дениса было готовое предложение, потому что он успел обдумать этот вопрос, пока шел: — Против бездарного; против бездарного с магическим щитом…
Артефактор решительно покачал головой:
— Давай не будем использовать… — он замялся, подбирая слово, чтобы с одной стороны не обидеть Шрама, а с другой не скатиться в болото дилетантизма. И нашел: — нестандартную классификацию, — имея, разумеется, в виду предложение старшего помощника, — а воспользуемся стандартной.
— Давай, — покладисто согласился старший помощник, который и сам осознавал некую ущербность предлагаемого им метода. Чем-то он напоминал ему уродливую непозиционную систему счисления. Попробуй-ка разделить MMMCXCII на MXCVI. Вот тот-то и оно… А 8192 на 4096 — совсем другое дело. — Излагай свою классификацию! — дал отмашку Денис.
 
— Повторяю. Одноразовый ударный артефакт первого ранга «воздушное лезвие». Используемая стихия — воздух. Все понятно? — По выражению глаз Люпуса было заметно, что он очень надеется, что — все. Однако, не всегда наши желания совпадают с нашими возможностями.
— Боюсь, что нет, — покачал головой Денис. — Что значит первого ранга?
— Ты и этого не знаешь? — удивился артефактор. — Хотя да… — что он хотел сказать осталось тайной, потому что Люпус прикусил язычок и перешел к конкретике: — Мощность артефактов варьируется от первого ранга — самый слабый, до девятого — самый сильный.