Ходок - 12 (СИ)

Возвращаясь к реке, следует отметить, что на такой замечательной водной артерии — широкой и полноводной, не быть следов человеческого присутствия просто не могло (если мир, конечно же обитаем) и эти следы нашлись утром следующего — четвертого дня. Нашлись, но, на противоположном — левом берегу. И не просто следы, а огромные такие следищи, будто слон прогулялся! На левом берегу была Цивилизация! Цивилизация с большой буквы «Ц».
Ну, а как иначе назвать каменную набережную, каменные же дома в два, три, четыре, пять! этажей. Кстати говоря, «повышенная» этажность левобережного города навела старшего помощника на мысль о наличии канализации, ведь не будут же жители пятого этажа бегать в «удобства во дворе». Хотя… Но, хотелось верить в хорошее, ведь наличие канализации, если продолжить логическую цепочку, говорило о том, что жители не чужды водным процедурам — раз существует развитое водоотведение, значит должно быть развитое водопотребление, а раз так, то не исключено наличие большого количества чистых девушек, что не могло не радовать Дениса — уж очень грустные воспоминания по этой части оставил Паранг, столица сгинувшей империи некромантов. Однако, никакого моста в «светлое будущее» поблизости не наблюдалось. Да даже, если бы и наблюдался…
Уж чем-чем, а прекраснодушием Денис не страдал от слова «совсем» и никаких иллюзий относительно «братьев по разуму» не питал. Будучи совсем зеленым юнцом, он прочел какую-то книжку советской фантастики и там попался ему рассказ, или повесть — неважно, в которой космонавты попали в какую-то глубокую задницу, а местная разумная плесень, их выручила. На вопрос Капитана Звездолета: почему!?! плесень протелепатировала: «Разум священен во Вселенной!». Маленький Денис, к его чести, еще тогда почувствовал, что здесь что-то не то — фальшь какая-то, но лишь с годами понял, насколько не то.
Однако, воспоминания — воспоминаниями, а дело — делом, и старший помощник продолжил разведку правого берега. Он скрытно приблизился к просвету в густых зарослях и осмотрелся, не выходя на открытое пространство. Его взору открылась обширная вырубка, протянувшаяся вдоль правого берега реки метров на сто и уходящая вправо, перпендикулярно к водной глади, настолько, насколько хватало глаза.
То ли это было сделано для защиты от нападений каких-нибудь «лесных братьев» (если в окрестностях присутствовали партизаны, то скажем честно — им крупно повезло, что они не наткнулись на Дениса, ну, или — он на них.), то ли просто для заготовки древесины, то ли какую «першпективную» дорогу колоссальных размеров сооружали — неизвестно, но здоровенная просека имела место быть.
Посреди вырубки имелась дорога обычных размеров, упиравшаяся в реку и заканчивавшаяся паромной переправой. О назначении логистического терминала недвусмысленно свидетельствовала приличного размера пристань на сваях, канат, уходящий на другой берег, а главное — большой паром, неподвижно застывший рядом с пристанью.
На дороге и на пристани кипела жизнь — один караван выгружался, второй ждал пока паром освободится, чтобы начать загрузку. Никакой экзотики вроде ездовых ящеров, или антигравитационных платформ на конной тяге не наблюдалось. На пристани и на подступах к ней тусовались обычные лошади, обычные телеги и обычные люди. Последний факт обрадовал старшего помощника до чрезвычайности — раз люди обычные, нормальные, то и женщины должны быть нормальными. По крайней мере можно было надеяться, что третья грудь, или кокетливый хвостик не носят массового характера. А так-то… кто без недостатков?
Казалось бы — очень удачный момент, чтобы вписаться в местную жизнь — сутолока, шум, давка, множество людей незнакомых друг с другом — подходи, втискивайся и ты местный! — люди одного каравана принимают тебя за представителя другого и наоборот. Это, как на многолюдной свадьбе, куда пробрался бедный студент, чтобы подхарчиться, где родственники со стороны жениха принимают его за гостя со стороны невесты, а друзья и подруги невесты допускают аналогичную ошибку. Однако, так могло показаться лишь на первый взгляд, на второй — все было не так сладко.
 
Главным камнем преткновения было отсутствие информации. Внедриться в толпу действительно труда не составляло. Возможности шкиры изобразить все, что душе угодно — разнообразные широкие штаны, кафтаны, армяки и прочие бекеши и камзолы, в которых щеголяли караванщики и пассажиры, сомнению не подлежали. Даже, если кто-то заметит, что Денис появился из леса — ну и что? — по нужде отходил, а то, что с рюкзаком на плечах, так боится, что могут спереть — все замотивировано. А дальше — стоп! Ну, появился он на пристани, подозрений не вызвал, а как себя дальше вести старшему помощнику?
Не стоит забывать, что по одежке встречают, а это значит, что если по запарке изобразишь из себя кого-нибудь низкорангового слугу, или, не приведи господь — раба, то проблем не оберешься — тут же попытаются пристроить и окучить, а начнешь рыпаться — вызовешь у окружающих когнитивный диссонанс, и о скрытом проникновении можно будет забыть. Не смертельно, но неприятно.
Это, если, так сказать — «недоборщить» с одежкой, а если переборщить и явиться в наряде какого-нибудь высокопоставленного аристократа, или должностного лица: полицмейстера там, или инквизитора, или прокурора, то снова плохо — не могла такая личность прибиться к каравану из «кустиков», да и свита должна быть. Опять же непонятен алгоритм поведения — как, например, обращаться к равным, нижестоящим и вышестоящим на общественной лестнице. Как кланяться? — на какой угол и кому. Как обращаться к дамам, чтобы не получить мгновенный вызов на дуэль от ее спутника, или зуботычину и множество аналогичных вопросов.
Естественно, что сразу всему не научишься, но минимизировать количество ошибок необходимо, а для этого нужна информация. Но, информация — это далеко не все, что необходимо для того, чтобы вписаться в инфраструктуру любого общества, кроме первобытнообщинного. Кроме нее нужны деньги. Без денег можно по лесу шататься, или по пустыне, или в степи бродить, или еще в каком месте, где людей нет, а там, где они есть, нужны, как пелось в одном водевиле: «Ох, вы деньги, деньги, деньги, рублики! Франки, фунты-стерлинги да тугрики!».
В социуме без презренного металла не обойтись. В городе шалаш перед гостиницей не разобьешь, на зайца в городском парке не поохотишься и костер не разведешь — заметут в кутузку. Так что перед старшим помощником стояли две первоочередные задачи: раздобыть информацию и деньги, а уже потом, обогатившись новыми знаниями и золотом, ну, или, на худой конец — серебром и медью — интегрироваться в местное общество.
В принципе, раздобыть и то и другое было элементарно просто — нужно еще немножко побродить по лесу и обязательно, с вероятностью равной единице, услышишь из-за деревьев шум сражения, выглянешь, а там команда «плохишей» теснит и убивает охрану какой-нибудь эльфийской принцессы, следующей в Академию Пяти Стихий, или, на крайняк — наткнешься, в аналогичной ситуации, на юного аристократа, который, вместе со старым слугой, отбивается от разбойников.
Выскакиваешь, как черт из табакерки, крошишь плохих парней в навский шюрк и все тип-топ. Эльфийка влюбляется в тебя, как кошка (правда виду не подает и держится надменно), но ее начальник охраны, науськанный принцессой, дарит тебе огромный кошель с золотом и учит жизни, рассказывая всю историю с географией этого мира, а так же обучает этикету и стрельбе из лука.
Так что, через пару-тройку дней, максимум — неделю, ты готов к труду и обороне, тебе вручают золотой значок «ГТО» и отпускают в большой мир, а влюбленная эльфийка тайно следует за тобой и приглядывает, чтобы никто не обидел. В случае же со спасенным юным аристократом, все примерно то же самое — он предлагает тебе вечную дружбу и кошелек и вы вдвоем отправляетесь в Магическую Академию Строгого Режима, а на эльфийку натыкаешься уже там. Ну и понеслось… — магия, любовь, дуэли — все по полной программе. А еще у тебя открывается уникальный Дар и ты учишь местных тупарей магии.