Злодейка для принца (СИ)

— Дурацкие у тебя комплименты, — несмотря на недовольный тон, я и не думала размыкать объятия.
— Это не плохо. Для меня даже хорошо, — он неотрывно смотрел мне в глаза.
— Вот как? Почему?
А ведь действительно, что я знаю о Ролане? Почему хорошо? Какой жизнью он жил в Латори, почему ушёл оттуда сюда?
— Не знаю. Я так чувствую, — ответил он.
— Расскажи о себе немного.
— Что вы хотите знать?
— Всё. Но можешь начать с того, что мне знать можно. Любимая еда?
Я начала качаться в такт доносившейся из дворца музыке, и Ролан поддержал это движение.
— Сытная.
— Любимый цвет?
— Красный и серый. А у вас?
— С недавних пор — синий.
Мы продолжали смотреть друг другу в глаза.
— Почему ты решил стать рыцарем?
— У меня не было выбора.
Он замолчал. Я поняла, что напомнила ему о чём-то тяжёлом.
— Не стоило мне спрашивать…
— Я не жалею, что всё сложилось именно так.
Мы помолчали. Я поняла, что бороться со своими принципами Ролан будет вечность, и сама, встав на цыпочки, приблизила лицо к нему. Остановилась в миллиметре от губ, чувствуя его дыхание. Оставшееся расстояние преодолел он. Шумно выдохнув, Ролан обнял меня крепче и поцеловал. Отчаянно, страстно. Я тоже не очень-то сдерживалась. Второй наш поцелуй был осознанным, и я намеревалась насладиться им сполна. Сердце бешено стучало, а мысли вылетели из головы. Остались только ощущения тепла от его близости, и надежда, что мы найдём способ быть вместе…
Чёрт. Как ни старалась я отодвинуть мысли, смутно мелькающие на краешке сознания, они прорвались. Кое-о-чем обязана помнить. Я начала отстраняться, но Ролан не давал, продолжая прижимать меня. Когда же мне удалось прервать поцелуй, Ролана это не остановило. Дорожкой от краешков губ, по щеке и до шеи он продолжил целовать меня, вызывая приятные мурашки.
— Подожди… — на выдохе шепнула я, из последних сил возвращаясь в реальность. — Клятва…
Наконец, Ролан прекратил и, не отпуская из объятий серьезно посмотрел на меня. Я сожалела о том, что сделала. Глядя на Ролана, я провела пальцами по его щеке.
— Она не действует, — прикрыв на миг глаза, сказал он.
— Как? Почему? — я замерла.
— Хотел бы я знать, — задумчиво протянул он.
Я закусила губу. Думаю, я догадывалась, в чём дело. Технически, клятва давалась не мне… Но признаться в этом Ролану я сейчас не могла. Всё ещё переживала, как он отнесётся к этому, когда узнает, что я заняла место его госпожи?
— У вас есть предположение? — от Ролана не укрылись мои раздумья.
Спас меня шорох, раздавшийся рядом, в кустах. Рыцарь тут же среагировал. В глазах появился угрожающий блеск, он отпустил меня и в два счёта оказался за моей спиной. Кто-то пискнул.
Обернувшись, я увидела, что Ролан поймал и держит кого-то. Кого-то значительно меньше рыцаря.
— Отпустите! — раздался женский испуганный голос.
Поняв, что из-за плеча рыцаря я ничего не разгляжу, я обошла сбоку и подошла ближе. Ролан держал за запястья мою вторую “приспешницу”, молчаливую брюнетку. Или, учитывая, что она со мной ни разу не связалась с того чаепития, бывшую приспешницу.
— Отпусти её, — я мягко коснулась плеча Ролана.
У брюнетки в глазах мелькнул огонёк интереса. Она попыталась вырваться, и выронила что-то, что держала в руке. Ролан тем временем и не думал отпускать.
— Леди, она вела себя подозрительно.
Я подняла упавшую вещь — это оказался блокнот.
— Думаю, леди нам объяснит, почему она… — я не закончила фразу, потому что взгляд невольно выцепил пару интересных слов.
В блокноте на скорую руку, пометками, была описана сцена разговора Лауры и какого-то Роджера. А дальше шло то, что лучше не читать. Но я почитала…
«—Ты мой, — приблизив спелые апельсиновые губки к его губам, выдохнула она.
— Но вы же любите Вальтера!
— Он предал меня, всё это было игрой по велению отца! И прямо на балу он с отцом… не спрашивай!
Роджер прижал Лауру к себе сильными руками и разорвал на две ровные половинки её корсет… И бережно, как драгоценность, он вытащил из корсета, как из раковины, две большие жемчужины…»
 
Что? У меня аж дыхание перехватило, а уши полыхнули. Первым порывом было порвать это, уничтожить, чтобы никто и никогда больше не подвергал свою психику опасности. Но я сдержалась. Как говорил Вольф, это улика. В груди появился холодок, а в голове начал складываться пазл. Моя бывшая приспешница и есть Гелео?! Она знает, что я потеряла память, и воспользовалась случаем? Но почему? За что?
— Предательница! — я гневно взглянула на брюнетку. — Как ты могла?
— А что вы хотели? — она возмутилась в ответ, вместо того, чтобы смутиться. Совести, видимо, совсем нет. — Вы пользовались тем, что отца выгнали со службы и наша семья на грани краха, обещали помощь! А сами сначала гоняли с поручениями, а потом и вовсе потеряли память! А отец так и остался…
— Так сказала бы! — повысила голос я. — Я бы помогла, как и обещала.
— И выпили бы всю оставшуюся кровь. Нет уж, спасибо, — холодно отозвалась брюнетка. — Я обратилась к Амалии.
— Это она просила тебя писать это… непотребство?
— Попрошу! Я пишу о высоких чувствах!
— Ролан, держи её крепче, — мне надоела эта перепалка, я приблизилась к Гелео и с угрозой практически зашипела: — Короче. Чтобы искупить то, что ты натворила, ты пишешь автобиографию. В своём стиле. А главного мужского героя для тебя выберет Вольф.
Брюнетка побледнела.
— Но это же будет неправда…
— Раньше тебя это не смущало. Если не хочешь, чтобы все узнали о твоём хобби, а твой папа снова не лишился работы, сделаешь, как я скажу. А, и второй части «Запретной страсти» не будет.
— Что здесь происходит? — из соседних кустов раздался голос принца.
Глава 51
Внезапно, ещё до того, как принц договорил эту фразу, Ролан бросил Гелео и, взяв меня за талию, резко увёл в сторону. Он вытащил меч и выставил его как раз вовремя, отводя удар меча Юстафа. Ролан закрыл меня собой.
Двое мужчин скрестили оружие и замерли, соверля друг друга взглядами. Я невольно отметила силу воли (или непробиваемость) Юстафа: он вполне долго выдерживал взгляд Ролана.
— Мисс Кларисса, отойдите за мою спину, — сказал принц.
Брюнетка послушалась.
— Уберите меч, Ваше Высочество, — с тихой угрозой сказал Ролан.
— Вы что-то подумали не то, — вмешалась я. — Мы просто разговаривали. Да, Кларисса?
Я внимательно, посмотрела в глаза бывшей приспешницы, стараясь передать взглядом, чтобы она подыграла мне.
— Нет! Это был шантаж.
— Летиция, ты же обещала не устраивать больше подобного, — презрительно посмотрел на меня принц.
— Меня не так поняли. Я предложила Клариссе идею новой книги, и всё. Если не нравится, вот другая идея: принц, Амалия, Уинстон и… ещё кто-то. Любовный треугольник, — я вырвала последнюю написанную страничку и кинула брюнетке её блокнот.
Она поймала. Юстаф, как обычно, не понял, на что именно я намекала, и нахмурился.
— На этом всё. Надеюсь, недопониманий не осталось. Предлагаю разойтись. Вы там объявление какое-то хотели сделать, Ваше Высочество?
— Не делай вид, что ни при чём! — Юстаф снова вложил силу в руку с мечом, и он чуть двинул меч Ролана.
Но мой рыцарь быстро исправил положение, надавив в ответ. Принц стал плавно отъезжать, скользя по грунту нечищеными ботинками.
— Ты выманила Амалию запиской в сад, чтобы помешать мне объявить о нашей с ней помолвке! — продолжил Юстаф, медленно скользя.
— То есть? — я забеспокоилась, подозревая неладное.
— Это же твоих рук дело? — принц свободной рукой достал из кармана листок и протянул мне.
Стараясь не задеть их скрещённые мечи, я забрала записку. Знакомым витиеватым почерком было написано, что если Амалия не хочет, чтобы пострадал близкий, ей надо подойти к фонтану одной. Чёрт! Это записка от демонов! Те же прямолинейные методы, которые почему-то работают. Неужели, она никого с собой не взяла?