Грехи. Книга 2

Задумчиво склонив голову, герцогиня вновь посмотрела на Элен:
– Скажите, дорогая, мой сын обсуждал с вами свое будущее?
Элен изо всех сил старалась казаться невозмутимой. «Его будущее. Об их общем будущем и речи нет. Все понятно».
– Я не совсем понимаю, о чем вы говорите.
Герцогиня вздохнула: похоже, без серьезного разговора не обойтись.
– Тогда я сформулирую иначе. У моего сына есть определенные политические амбиции.
– Да, – согласилась Элен.
– И думаю, вы понимаете, что для будущего герцога подходящая партия – один из главных аспектов его жизни.
Элен почувствовала подвох и постаралась искусно обойти его:
– Каждому мужчине нужна та, кого он любит. Стабильный брак является важным моментом при любых обстоятельствах.
– А вы уверены, что, выйдя за него замуж, станете гарантом такой стабильности?
– Я не совсем вас понимаю, – нахмурилась Элен.
– Попытаюсь объяснить. Социальное положение Найджела очень прочно, по крайней мере, так было до сих пор. Но, дорогая… такая жена, как вы?..
– Вам не нравится то, что я деловая женщина? – спросила Элен.
– Я бы не сказала, что мне это не нравится, – как ни в чем не бывало, ответила герцогиня. – Но существует общественное мнение. У среднего англичанина свой взгляд на вещи. Мужчина, участвующий в предвыборной кампании, жена которого занята своим собственным бизнесом… вряд ли народ поймет это. Это так… вульгарно! – Герцогиня с явным отвращением произнесла это слово. – Лично я ничего не имею против, как вы понимаете, но народ. Народ хочет, чтобы мы оставались… благородными.
Элен поняла, в чем дело.
– Вы не хотите, чтобы я выходила замуж за Найджела, – проговорила она.
– Я забочусь о том, чтобы ему было лучше, – ответила герцогиня с печальной улыбкой.
– И вы знаете, как это сделать?
– Я знаю, как будет лучше для семьи.
Элен вмиг побледнела и сникла. Сбылись ее худшие опасения! Сомерсеты не принимают ее. Для них она человек посторонний, иностранка. Ее взгляд упал на кольцо. «Солнце Сомерсетов», казалось, насмешливо подмигивало ей.
Немного помолчав, герцогиня заговорила снова:
– Неужели вас не заботит судьба моего сына? Если вы его любите…
– Да, я люблю его, – повторила Элен.
В наступившей тишине взгляды женщин встретились.
– Неужели вам не хочется, чтобы Найджел использовал в будущем свое право по рождению? – спросила, наконец, тихим голосом герцогиня.
Элен промолчала.
– А так все впустую, – продолжила женщина. – Все кончилось, даже не успев начаться.
– У Найджела есть будущее! – горячо воскликнула Элен.
– К сожалению, не с вами.
– Я буду ему хорошей парой! – Герцогиня встала и посмотрела на Элен.
– Если вы его так сильно любите, то ради всего святого отпустите его!
– Не могу! – Элен в упор взглянула на герцогиню. Глаза аристократки потемнели.
– Тогда вы не оставляете мне выбора. Я не допущу этого брака.
Элен едва не задохнулась. Роскошная спальня вмиг приобрела для нее новые очертания: цветочки мака на постельном белье превратились в капли крови, а сфинксы, украшавшие туалетный столик, теперь, казалось, жаждали ее плоти.
– Что… что вы собираетесь сделать? – спросила она срывающимся голосом.
– Я, конечно, проконсультируюсь со своими солиситорами, но пока совершенно определенно могу сказать вам одно: Найджел не унаследует ни пенни. Фоллсворт будет навечно закрыт для него.
– У меня достаточно денег, – вызывающе отозвалась Элен. – Мы сможем жить на них.
Герцогиня насмешливо улыбнулась:
– Да, но как будет жить Найджел с осознанием того, что семья подвергла его остракизму? Что двери знати в Великобритании будут для него закрыты?
– Вы не посмеете!
– Посмею. И вероятнее всего, ваша обоюдная любовь очень скоро угаснет. Этот брак продлится недолго. – Герцогиня победно рассмеялась. – Неужели вы думаете, что мой сын согласится жить на деньги жены?
Элен была сломлена.
– Что вы хотите? – проговорила она побелевшими губами.
– Оставьте его! – воскликнула герцогиня. – Он принадлежит к аристократическому обществу и должен оставаться среди равных.
 
Элен молча поднялась. Посмотрев на «Солнце Сомерсетов», она молча сняла его с пальца и протянула герцогине.
– Я не хочу быть членом такой непривлекательной семьи, – заявила она дрожащим голосом. – Вы не достойны вашего сына. Я предпочитаю оставаться Элен Жано, нежели становиться Элен Сомерсет. – Она глубоко вздохнула и спокойно продолжила: – Не откажите в любезности прислать мне вашего шофера. Я сейчас же упакую вещи.
– Я попрошу подготовить самолет, – отозвалась герцогиня.
– Не стоит себя утруждать. Я полечу коммерческим рейсом.
– Как хотите. А что сказать Найджелу? – Герцогиня потупила взгляд.
Элен посмотрела на нее, но их взгляды не встретились.
– Думаю, правду.
Герцогиня молчала. Элен громко, едва ли не истерически рассмеялась:
– Вы, наверное, хотите, чтобы я написала ему записку и сообщила, что разрываю нашу помолвку?
– Если вас не затруднит.
– Затруднит, но я слишком люблю Найджела, чтобы заставлять его ненавидеть вас всю оставшуюся жизнь. Уж пусть лучше ненавидит меня.
 
Глава 9
Как это часто бывало в прошлом, «Ле Эдисьен Элен Жано» продолжала оставаться барометром личной жизни самой Элен. Она уже не раз убеждалась, что достижения в компании резко возрастали каждый раз, когда дела на личном фронте шли из рук вон. Просто она с каким-то остервенением тогда принималась за работу, предпринимая для этого нечеловеческие усилия. Зная теперь, что им с Найджелом не суждено быть вместе, она полностью вычеркнула его из своей жизни. Она не отвечала на его звонки и оставляла нераспечатанными письма. Однажды он даже неожиданно нагрянул к ней в офис на Вандомской площади и не собирался уходить до тех пор, пока не увидит ее. Предупрежденная секретаршей о его приезде, Элен незаметно выскользнула через черный ход. Она ни за что не возьмет на себя ответственность за то, что он утратит все, что положено ему с рождения. Иначе ей уже никогда не жить в ладу с самой собой.
Спустя полгода поток писем от Найджела поредел, а затем и вовсе иссяк. И, наконец, однажды в одном из номеров «Пари-матч» она вдруг наткнулась на заголовок: «Светское бракосочетание». На цветной фотографии были запечатлены молодая невеста, некто Памела Грей, и жених, Найджел Сомерсет. Фоном молодым служил, вне всякого сомнения, великолепный Фоллсворт.
Острая боль пронзила сердце Элен. Да, она все еще любит Найджела. И оказывается, его просто невозможно вычеркнуть из жизни и ждать, что вместе с ним исчезнет и ее чувство к нему.
Элен долго смотрела на фотографию. Она попыталась утешить себя тем, что теперь Найджел, по крайней мере, навсегда уйдет из ее жизни, но это было слабое утешение. Вот уже свыше двух месяцев он даже не пытался связаться с ней, а ей так хотелось, чтобы он сам все выяснил. Она так надеялась, но, увы, эти свадебные фотографии являлись бесспорным доказательством того, что она полностью вычеркнута из его жизни.
Прищурившись, Элен тщательно изучила внешность Памелы. Не красавица в общепринятом смысле слова, она была довольно хорошенькой. Свежая и розовая кожа, какая бывает только у англичанок, светлые волосы, большие темные глаза и заученная улыбка – вот, пожалуй, и все. Что же касается наряда, то ее подвенечное платье было того же цвета, что и вуаль, и отличалось пуритански-высоким воротником. И никаких драгоценностей, за исключением кольца «Солнце Сомерсетов» на пальце.
Это было то самое «Солнце Сомерсетов», которое когда-то украшало палец Элен, и которое должно было возвестить всему миру, что она стала шестнадцатой герцогиней Фаркуарширской!
Порадовало ее только одно. Найджел, этот высокородный жених во фраке, вовсе не выглядел счастливым в день своей свадьбы. Так ему и надо! Если, конечно, герцогиня и тут не постаралась.