Одержимый брат моего парня (СИ)

После поднялась на второй, увидя наконец свою пропажу, которая со злым выражением лица сидела в компании ребят на коленях у Филиппа.
Помахала ей рукой, она же с видом великомученицы губами шепнула «помоги», заставляя меня засмеяться.
Мешать ребятам не хотела, знаю, что этот парень уж точно не сделает с ней ничего противозаконного, поэтому с чистой душой развернулась на каблуках и... И врезалась в твёрдую грудь.
  
Глава 43
 
В нос ударил знакомый запах парфюма, отступив полшага назад, поднимаю голову широко раскрыв глаза и вижу перед собой хмурого Королева, который как разъярённый бык буравил меня взглядом.
Стоит в напряженной позе, убрав руки в карманы брюк, закрывая собой проход к лестнице, что ведет на первый этаж.
От него исходит опасная, давящая энергетика, он посмотрел на мое лицо, остановив взгляд на губах.
Внутри все перевернулась. Странно, но, я ощутила радость, что наконец снова увидела его так близко, смогла вдохнуть аромат подонка.
Красив как черт.
Вот им можно долго любоваться, в каком бы виде он не был. Всегда привлекателен, всегда притягивает взгляд. И я как дурочка продолжаю его разглядывать, словно вечность не видела.
Подмечаю, что лучше, конечно, когда он полностью голый.
Ох, Полина, не о том ты думаешь. Не о том!
Вроде и алкоголь уже выветрился, а мыслишки полезли в голову совсем уж не приличные.
— Что ты здесь делаешь? — говорит он грубым тоном, приподняв бровь вверх.
— Не видно? Я веселюсь, — отвечаю ему так же, подняв подбородок. Даже на высоких каблуках еле дотягиваюсь ему до шеи. — И тебе советую, выглядишь не важно.
И правда, приглядевшись поближе, я могу увидеть темные круги под глазами и заметить, что у него впали щеки, да и видок в общем помят. Замученный, но это впрочем не портит всю картину. Что очень несправедливо.
— Зато ты выглядишь ахуенно, — глаза его в момент загораются и он, приблизив ко мне лицо, подул на прядь волос. — Так, что у меня скоро яйца лопнут.
К щекам сразу подходит жар, а в груди гулко колотится неспокойное сердце.
Неужели комплимент?
Судя по серьезному выражению лица — да. Но вот слышать от него такое не привычно. А вот наблюдать за тем, как он медленно проходится взглядом по телу, словно облизывая его, мне не впервой.
Пускай смотрит, мне не жалко.
Он тянется ко мне, словно хочет обнять, однако, останавливается, а следующие его слова шокируют и ставят в тупик.
— Мы должны прекратить.
Прекратить что? Это не я к нему подошла.
— Не поняла, — хриплю я, но, быстро опомнившись, добавляю: — Впрочем, не важно.
Мне эти игры с ним порядком уже надоели. Бегать от него надоело, думать о том, как это плохо — хотеть его, тоже надоело.
Черт, мы же учиться будем в одном университете ещё несколько лет. И как мне с ним бороться, а главное бороться с собой, когда я свободна?
Его нужно отшить, раз и навсегда, чтобы не мозолил глаза, не мелькал в мыслях и не заставлял чувствовать эти эмоции.
Вот всю неделю же не подходил, а тут раз и здрасьте!
А я ещё обрадовалась кинутой мне косточкой. Нельзя заставлять его думать, что он может так просто исчезать и появляться в поле моего зрения.
Обхожу его, цокаю каблуками, спускаюсь по лестнице, но чувствую, что он идет сзади. Знаю, что не отлипнет.
Но я уверенно иду к туалетам, решив скрыться от него подальше. Может повезёт и его схватит какая нибудь девка.
Но вскоре чувствую тяжелые руки на талии, которые притягивают спиной к груди и заставляют остановиться.
Ощущаю дыхание на своей макушке, и руки от волнения снова начинают потеть.
Терпеть не могу эту реакцию на него.
— Салтыкова, хочу тебя, пиздец... — говорит он эмоционально-взволнованно, дёргаюсь, когда он сильно сжимает мою попу. — Что прикажешь мне с этим делать? Дай хоть прикоснуться к тебе.
Чувствую лёгкий поцелуй в шею и хочу закатить глаза от пронизывающего мое нутро возбуждения. Ощущаю его тяжелое дыхание, внутри меня все сжимается.
Этот парень, как бы я его ненавидела, может легко заставить мурашки, ходить ходуном по моему телу, а ноги подгибаться в коленках.
 
Дрожать и извиваться в его руках. И я себя уже мало контролирую.
И в голове трубит: уйди, развернись, дай пощечину и уйди, не позволяй себя обмануть сладкими речами.
Но вот если бы разум и чувства умели находить общий язык, возможно я бы не дала Тимуру повернуть себя, и уж точно оттолкнула, когда горячий язык наглым образом проник ко мне в рот.
Не схватила бы его за шею и не впилась ногтями в порыве страсти. Я бы не издавала эти пошлые полустоны, когда его язык проникал так глубоко. И я бы наверняка не закинула на него ногу и не потерлась о твёрдый бугор меж его ног.
— Слааадкая, — мычит он мне в губы, покрываея щеки поцелуями. — Ты как наркота, только отходняк мучительней. Полина, разве ты не видишь, куда мы катимся? — поднял мою голову и прорычал, злобно смотря прямо в глаза. — Нам обоим нужно перестать это делать.
Туман в голове, не дал мне понять смысл сказанных им слов. Ощущаю, как челюсть начинает сводить, а тело расслабляться с каждой секундой проведенной в его объятиях, все сильней.
Хотела пошутить, но судя по выражению лица Тимура, ему точно не до шуток.
Он недоволен, жилки на его лице ходят туда и обратно, губы поджаты, а тело каменное. В глазах все так же плещется похоть, от неё еще волнительнее.
Сейчас он кажется опасным и диким. Кажется, если сейчас скажу что-то не так, то могу пожалеть.
Может у него случилось что?
И пелена с глаз постепенно спадает.
— Делать что? — спросила с усмешкой, убрав свою ногу с него.
Мне бы стало стыдно за своё поведение, да вот внутри просыпалась злоба.
— Мучать друг друга.
На его лице играют множество эмоций, которые я не в силах разобрать. Видно, что ему тяжело говорить об этом, словно он клещами вытягивает из себя слова.
Нервничает. Поглядывает странно на меня.
А меня уже достали эти эмоциональные горки рядом с ним. Надоело чувствовать себя глупышкой.
Я сама могу принять решение, что и как мне делать.
— Если ты мучаешься, то я рада! — отталкиваю его от себя, поправляя платье. — Не понимаю, к чему ты клонишь, но меня ждут, я пошла.
Хрен с ним. Он не испортит мне этот вечер.
Отворачиваюсь от него, который раз ругаю себя, что поддалась ему. Собираясь уйти, слышу в след слова, что заставляют меня замереть на месте, он произносит их вполне серьезно.
— Нам нужно переспать. Один раз. И обещаю, что оставлю тебя в покое.
  
Глава 44
 
— Да ты неадекватен, Королев. Тебе бы лечиться, — повернувшись ко мне, восклицает наглая сучка, хлопает по плечу и, развернувшись на каблуках, топает в глубь клуба.
Фига себе.
Это я неадекватен?
То есть это я веду себя странно?
Полина Салтыкова — самая ненормальная баба, которую я встречал. Она ломает мой мозг.
Я предложил ей вполне обычную вещь, что поможет нам обоим разрешить эту ситуацию. Во всяком случаи мне точно. Мы обязаны завершить начатое.
Потому как за все эти три дня, я глазу не сомкнул. Не смог. Я тупо думаю о бабе целыми днями. Учиться не могу. Разговоры друзей пропускаю сквозь уши.
В голове красной табличкой ее имя.
Эмоции зашкаливают, из-за того, что, она выбрала не меня снова. От ревности сводит скулы.
Она отшила, мерзавка, и ушла обратно к моему брату. Оставив меня ни с чем. После того, как мы почти переспали.
Почти, мать твою, почти!
Ушла!
Словно ее вообще не волновал тот факт, что лежала голая подо мной. Будто для неё это обычное дело. И если бы я был настойчивей в тот вечер, то погрузил бы член в мокрую от соков Салтыкову. Надо было, я ведь был так близок.
Как она может рассуждать о нормальности, если бегает из одной постели в другую. Если ты уж решила изменять, то доводи дело до конца.