Одержимый брат моего парня (СИ)

Он ей никогда не хамил, ни капли, не повышал голоса. Ничего такого не было. Она для него свята. На этом и можно сыграть.
С отчимом были отношения противоположные. Резкие. Даже похуже чем с Ильей. Они терпеть друг друга не могли. Ну это и понятно.
Артур Викторович называл его выродком, говорил что его отец опорочил его жену в студенческие годы. И смылся, оставив с пузом.
А насколько я помню, как раз два года назад раскрылось: его посадили в тюрьму из-за того, что он покалечил мужчину, и он там умер от туберкулеза.
Яблочко от яблони? Или же нет?
Второй бесячий человек в последнее время — это Илья. Мало того, что он тупо меня игнорирует, так странно косится из-под тишка.
В чем дело — не пойму. Бесит. Я ни в чем не виновата. Извиняться не собираюсь. Он видимо ждёт, когда я сделаю первый шаг к примирению, но я не готова его прощать. Спускать с рук это свинское поведение.
Оба решили меня свести с ума, он и его старший братец.
Ничего, я найду управу на обоих.
Нужно просто меньше думать об этом и отдохнуть. Стоило бы отвлечься.
Именно поэтому я сорок минут жду, пока у Ритки закончится пара, и она выйдет из аудитории.
У меня появился легкий мандраж, ведь я не хотела встретиться с ее одногруппником, или не дай господь он подумает, что я его преследую.
Звенит звонок, и молниеносно открываются двери аудитории, и из неё выбегают студенты, толкая друг друга, крича и смеясь на весь коридор.
Третий курс, капец.
Вижу знакомую макушку в толпе и тяну девушку на себя.
— У меня есть предложение, — хватаю ее под руку и веду далеко в сторону.
Оглядываюсь. И как только взгляд утыкается в Королева, опускаю глаза и тяну Риту дальше. А сердце уже бьется о рёбра. Как обычно привлекателен зараза.
— Угу. Какое?
Девушка тащиться за мной, пока мы не скрываемся за большой лестницей. Благо, без слежки. Не заметил. Радоваться или огорчаться?
Ох, дура ты, Салтыкова.
— Сходим на баскетбол сегодня вечером, — говорю на выдохе, видя, как она морщится. — Там на стенде я видела, будет какая-то важная ига.
Она трёт лицо и как-то странно на меня косится. Переступает с ноги на ногу и немного погодя хмурит брови.
— Ой, нет, — поднимает руки вверх. — Давай без меня. Не люблю баскетбол. У меня ещё три пары. Да и готовиться к практике нужно...
Начинает быстро тараторить, и я внаглую ее перебиваю.
— Никаких нет! — говорю уверенно и громко, что ее даже удивляет. — Ты же мне обещала, что мы сходим и развеемся на днях, — сбавляю тон и выпячиваю нижнюю губу.
Ритка смотрит на меня как на дуру, хлопает ресницами и даже не знает, как от меня отделаться.
Никак! Я все уже решила.
— Нет, это не для меня, — она пытается отмахнуться и снова отказать. — Я не люблю эту шумиху.
Ладно. Я точно ее заставлю пойти, с применением лёгкого манипулирования. Ей от меня никуда не деться.
— Я слышала главный игрок Филипп Рязанов, — говорю как бы невзначай, наблюдая за ее реакцией. — Ты поэтому не хочешь идти?
Злится. Надувается. Глаза сверкают недовольством. Именно та реакция, которую я ждала. Она точно пойдёт, из-за принципа, чтобы доказать мне, что он — никто. Логика.
— А причём здесь он? — спрашивает, пытаясь сделать вид, что это ее никак не касается. — Мне этот самовлюбленный павлин до лампочки.
Говорит на эмоциях, слегка краснея и я умиляюсь такой реакцией.
— Да ну-ууу, — тяну я и уже вижу, как этот бой выигран в мою пользу.
Она поднимает голову вверх, что-то бормочет себе под нос, тяжело вздыхает и возвращает ко мне взгляд.
— Это ты походу по «плохими парням», — говорит укоризненно, а я только фыркаю на ее глупые предположения. — А я люблю спокойствие. И у меня есть на примете один хороший парень.
Она продолжает обороняться, но меня уже ничто не остановит. Мы обязательно туда пойдём. Непременно! Теперь дело принципа.
— Скучно, — делаю кислую мину на лице и клюю ее в щуку. — Что бы ты не говорила. Ты идёшь со мной. Сегодня в шесть тридцать жду тебя у раздевалки!
И как можно скорей скрываюсь с места, чтобы она не успела одуматься и передумать. Повеселимся!
   
Глава 21
 
Проспала! Вот же клуша. Время без десяти семь, а я только выхожу из дома. Воронцова меня точно убьёт. Я даже не смотрю на телефон, уверенная, что она уже на месте.
Собиралась в суматохе, поэтому на голове обычный хвост, косметика отсутствует, зато спортивный костюм любимый красиво облегает фигуру. Велюровый. Да пофиг вообще, не на свидание же собралась.
— Ты куда? — оторвался Илья от ноута и за эти дни впервые посмотрел на меня нормально.
Да неужели, мы умеем разговаривать?
— Игра по баскетболу, пойду с Ритой, — говорю, ища наушники на диване. — Не хочешь с нами? — спрашиваю шустрей, чем пытаюсь осмыслить сказанное.
Нашла. Все, можно выходить спокойно. И уже собираюсь выйти из комнаты, как Илья снова подал голос:
— А Света будет?
От такого вопроса я резко остановилась и посмотрела на него с непониманием. Буквально зависла на несколько долгих секунд.
Что. Он. Сейчас. Спросил?!
— Авдеев, — цежу его фамилию сквозь крепко сомкнутые зубы, мечтая зарядить ему по лицу, — ты берега не попутал?
Он смотрит испуганно, словно только сейчас понял, что вообще сказал. Моргает пару раз. Но достаточно быстро берет себя в руки. Губы поджал и отмахнулся.
И таким поведением только сильней меня разозлил.
Невыносимый парень. Чувствую, что уже не выдерживаю, и мой пузырь из непонимания и обид вот-вот даст трещину и лопнет.
Уйти. Нужно уйти, пока я не наделала глупостей. Пока я не треснула его по голове чем-нибудь тяжелым. Пока я снова не закатила скандал и не залила все горькими слезами.
Дыши, Полина, вдыхай через нос, выдыхай через рот.
В голове делаю установку, что я справлюсь с любыми трудностями, смогу все решить без печальных последствий. У меня все будет просто замечательно.
Моя жизнь идеальна и ничто не сможет этому помешать. Приду к правильному решению. Нужно всего лишь взять себя в руки.
Успокоиться. Дышать.
Я в порядке, мать твою!
— Поль, прекрати делать такое лицо. Я просто спросил, — слышу я его через шум в ушах.
Он встал и, как ни в чем не бывало, обойдя меня, пошел на кухню. Ничего не объяснив, не попытавшись оправдаться.
— Ты просто спросил... — повторила за ним, стараясь унять внутреннюю обиду.
Я виновата, именно я довела наши отношения до этого дерьма. Знаю. Его винить не за что, он сделал, что мог. Это я непробиваемая. Не смогла их удержать в нужный момент.
Не смогла дать ему то, что он так хотел, когда было подходящее время. А сейчас уже все сгорело, наши отношения — дно. По моей вине.
Нет настоящей любви. Фальшивка. Это нужно принять. Понять, что с этим делать. Возрождать их из пепла или уходить с концами.
— Все тебе не так, не так посмотрел, не то сказал, — продолжал он бухтеть, шурша упаковкой от пельменей.
Вот! Я даже ему жрать не готовлю, хотя люблю возиться на кухне. Это успокаивает меня. Делает счастливой. Что мне стоит?
Желание пропало.
Раньше я часто готовила его любимый чизкейк, носила в школу или делала его, когда он приходил в гости. И от грибного супа он просто мурлыкал. Роллы же мы обычно готовили вместе.
Черт, как же давно это все было. Кажется, даже не со мной.
— Похер, иди. Мне все равно, — в итоге говорит он, пронзая словами прямо в сердце, что сильно билось в груди.
Ой, спасибо! Скотина.
— А я у тебя разрешения и не спрашивала.
Сказала и так сильно хлопнула входной дверью, что сама испугалась.
«А Света будет?!». Нет!
Вообще уже страх потерял. Издевается надо мной, сто процентов. Наказывает. А может хочет на ревности моей сыграть, раньше такое иногда практиковал.
Да не прокатит. Не буду я перед ним лебезить. И думаю нас в скором времени ждёт серьезный разговор. Потому что терпеть это больше нет никаких сил. Ни моих, ни по видимому его в том числе.