Охотник (СИ)

Я переоделся и, завалившись на кровать, открыл инфопланшет, бездумно листая тверские новости. Так, нужно себя чем-то занять. К примеру, построить планы на ближайшее будущее. Первое, что мне нужно, это сваливать из этого дома. Снять квартирку, например, недалеко от академии или, если есть такая возможность, на ее территории. Я видел там несколько заброшенных домиков, в которых никто не живет. Устрою себе склад, сделаю запасы эликсиров на все случаи жизни, а там уже можно будет подумать и о том, что делать дальше.
Полистав объявления, я нашел несколько подходящих вариантов, которые решил позже посмотреть. Пока я бороздил просторы местной сети, мне несколько раз на глаза попадались странные объявления о пропаже тех или иных лиц, и причем объявления были о лицах с окраины, там, где пропажа человека не была чем-то из ряда вон выходящим. Подобравшись, я начал искать информацию именно с окраины, и, с удивлением, ее обнаружил. За последний месяц, уровень преступности настолько там превысил все немыслимые пределы, что этим начали интересоваться правоохранительные органы, а заодно и пресса.
По крайней мере, все это освещалось именно так. Хотя, лично я предполагал, что Романов просто отдал распоряжении полиции, наконец, уже взять дело под свой контроль. Вот и повылазило на свет, все, что стражи правопорядка так упорно игнорировали. Банды, укрывающиеся от правосудия, беглые преступники, практически в открытую работающий Орден, да и нечисти могло расплодиться немало. Все это, преподносили, как внезапный всплеск преступности, с которым доблестно справлялся начальник полиции. Притом, так успешно, что в последнюю неделю почти все криминальные элементы были пойманы или затихли. Думаю, этот боров уже готовит отчет для Романова и представляет новые звездочки на погонах. Надо бы поговорить с князем по этому поводу. Желательно так, чтобы этот жиртрест в погонах вылетел со свистом из органов и уступил место тем, кто действительно будет работать.
Мысли об этом настолько поглотили меня, что следующие полчаса я полностью погрузился в анализ последних новостей из окраины. Конечно, почти все журналисты утверждали, что там все стало тихо и спокойно, но кое-что все же просачивалось. Особенно то, что не так сильно бросалось в глаза жителю города.
К примеру, полностью сгоревший дом, в котором Морозовы когда-то снимали квартирку. В пожаре погибли почти все жильцы, потому что возгорание началось в ночное время. Это звучало бы логично, если не знать, что с наступлением темноты, там наступало самое активное время. Заинтересовавшись этим случаем, я выяснил, что и несколько лавок, включая мастерские, где Дмитрий в свое время подрабатывал, так же внезапно сгорели на прошлой неделе. Это не могло быть совпадением. После всего прочитанного, у меня сложилось чувство, переросшее в уверенность, что это было связано напрямую со мной. Будто меня искали, а когда найти не могли, прибегали к совсем варварским методам. Только как они узнали, где именно бывал Морозов, и кто из населения окраины мог относиться к нему по-человечески, было для меня довольно большой загадкой. Я вспомнил все возможные варианты и адреса, сверяясь с новостями и слухами, и, кажется, нашел ответ на свой вопрос.
Прошло несколько часов, прежде, чем ко мне заявился Миша, осторожно открывая дверь.
— Ты как тут? — Он зашел и сел на кровать, выводя меня из информационного поля, в которое я погрузился, стараясь найти что-нибудь, чего не заметила основная масса. — Я тут тебе мазь сделал, чтобы заживало лучше. Может, попробуем?
— Сколько времени прошло? — Я посмотрел на часы, но не мог сориентироваться. На время, когда я пришел в комнату я внимания не обратил.
— Часа два, — Миша аккуратно намочил тряпку содержимым из банки и приложил на рану на моей руке. Зажгло так, что чуть слезы из глаз не покатились. Казалось, что мне прямо в рану залили расплавленный металл, и помешивают его шипастой ложкой.
 
— Ты что туда кислоты какой намешал? — Поморщился я, приподнимая компресс, осматривая рану, которая почти сразу покрылась небольшой корочкой. Увидев, что конечность осталась на месте, я вернул повязку на место. Если работает, то ничего, перетерпим временные неудобства.
— Да нет, обычная заживляющая мазь. Просто добавил немного вербены, серебра, и чесночной эссенции, с небольшими модификациями, конечно, — отмахнулся он, сочувственно заглядывая мне в глаза. — Ты слишком-то не переживай, жизнь она после смерти не заканчивается.
Я усмехнулся, прислушиваясь к своему организму. Никаких изменений я пока не замечал, что не могло не радовать. Неожиданно меня поклонило в сон, и я вперил взгляд в Мишу, прекрасно понимая, чьих это рук дело.
— Тебе надо немного поспать, — он встал с кровати и попятился к выходу. — Успокойся, не доводи себя. Все не так плохо, как ты думаешь.
— Да я спокоен, — попытался я донести ему это. Почему он всегда хочет меня усыпать или намешать каких-нибудь антидепрессантов? Никогда не видел в себе склонности к излишней агрессии.
— Ну вот и поспи, — пробубнил Миша, выскакивая за дверь и уворачиваясь от подушки, полетевшей в его сторону.
Немного поворочавшись, пытаясь собирать мысли в кучу, я все-таки уснул глубоким сном, словно провалился в черную затягивающую пустоту. Всю ночь меня лихорадило и трясло от кошмаров. Во сне на меня постоянно нападало огромное чудовище, состоящее из тьмы и крови. Внезапно появившиеся ледяные ведьмаки и каратели, из моего подсознания пытались мне помочь, но гибли один за одним под натиском кровавых щупалец. Поняв, что мне не справиться обычными силами, я пытался призвать ледяной вихрь, но все, чего смог добиться, это небольшое замедление твари. Однако, когда щупальца почти добрались до меня, я снова, как и на медитации, увидел сгущающиеся тьму, с виднеющимся сквозь нее силуэтом бредущего ко мне человека.
Правда, на этот раз, я сумел разглядеть его очертания. Это был какой-то широкоплечий и, на удивление, высокий старик, с длинной белоснежной бородой и посохом, на который он устало опирался при ходьбе. На несколько секунд он поднял голову, практически пригвоздив меня к месту неестественно тяжелым взглядом своих ярко-синих глаз, нахмурился и перевел взгляд на гигантского монстра из крови.
— Иди на свет, я тут сам разберусь. — Прогрохотал голос старика, заставив окружающее пространство как будто пойти трещинами. После чего я обнаружил, что морщусь от яркого солнечного света, что пробивался сквозь открытые ставни и падал мне прямо в глаза.
— Поднимайся, солнце встало, птички поют, пистолеты себя сами не купят, — раздался голос, радостного и довольного жизнью княжича, который стоял в дверях моей комнаты уже полностью одетым и, ухмыляясь, пристально наблюдал за моим пробуждением. Я поднялся и, первым делом, тут же снял с руки уже сухую и какую-то скомканную на вид повязку. Об укусе напоминал только жуткий рубец, но никаких признаков воспаления не было и в помине, словно ране этой было, по меньшей мере, несколько месяцев.
— Был неправ, каюсь, обещаю исправиться, — отрапортовал Роман, глядя на мою руку, и, как мне показалось, с облегчением выдохнул. То, что на месте укуса образовался уродливый шрам, однозначно говорило о том, что в нашем коллективе остается только один недовампир. Все-таки они не могут укусом заражать других. Это радует, хотя кошмары, конечно, были довольно реалистичными и жуткими.