В двух шагах до контакта (СИ)
— "Неподглядывать" или подсматривать?
— Ни то, ни другое. Я с тобой все время буду. Так что буду просто смотреть, — и я показал ей язык. Почему-то с ней так приятно дурачиться? Прямо как в детстве.
— А вот и нет, я дверь закрою.
— За мной и закроешь, чтобы не зашел никто и не мешал мне наслаждаться, — она порозовела до кончиков ушей. На ее светлой коже румянец был очень сильно заметен.
— А… — она не успела придумать следующую фразу, потому что уже дошли. Конечно я никуда не пошел, оставшись в основной комнате. Мне ведь тоже надо было переодеться, а это не настолько и быстрый процесс. Ведь надо разгладить каждую складочку, а ткань достаточно плотная и упругая, чтобы это было просто.
— Максим, ты мне не поможешь, — неожиданно позвала Настя. Видимо она специально ждала, когда я закончу влазить в скаф. Воображение успело нарисовать много красивых картинок, как и с чем именно ей нужна помощь. Но вопреки моим мечтам, Настя уже переоделась.
— Что случилось?
— То, что и говорил вредный старик. Я еще чуточку подросла, — она трогательно посмотрела на меня исподлобья и чуть выпустив нижнюю губу.
— Но это же хорошо, — заверил ее я, — Скоро ты станешь ко мне еще ближе. На целый скаф.
— Я боюсь, — созналась она, — Я тоже не понимаю как и почему это происходит. Сколько я себя помню, я всегда была небольшой и слабой. Такие резкие изменения меня пугают. А что если этот процесс будет все больше ускоряться? И в конце я превращусь в монстра?
— Главное разум не теряй, а ко всему остальному притерпимся, — что мне еще оставалось сказать. Только успокоить. Да и не вижу я особых изменений в ней. Ну, может милее становится. Но это скорее влюбленность говорит. Моя-то голова на месте осталась. Наверное.
— Подстроишь немного скаф.
— А ключи?
— Вот, я приготовила. Еще в прошлый раз, когда старик про такую возможность сказал.
— Но ведь стенд лучше.
— Лучше, но замену геля я все равно не люблю. Да и поправить надо совсем капельку.
— Так, молодежь, если на вас одна простынь на двоих, в поход не идете, — раздался голос отца от двери в отсек.
— Сейчас, две шпильки докручу и мы готовы.
— От дурак-человек, и на кой ей пышная прическа на шпильках под шлемом? Мох очаровывать или зверей Якова? — подколол нас отец.
— Да нет, ты не так понял, не те шпильки.
— Да понял я, — отмахнулся он и обратился к Насте, — Растешь?
— Расту, — кивнула она. А я поспешил добавить, — На два оборота ключа голени, на треть оборота по спине прошел, и три примерно грудь в ширину, но тут с запасом сделал, вдруг дышать будет активно.
— Ладно. Самочувствие нормальное, таблетки от тошноты и испугивания приняла?
— Первые да, а разве вторые существуют, — она подозрительно подняла бровь.
— Это ты у нас за науку, вот и ответь.
— Тогда нет. Не успела вдоволь Максима наоблизываться, — поддразнила она обоих. Я немножко порозовел, судя по ощущениям, а отец ухмыльнулся.
— Еще бы, вы у меня теперь на постоянном контроле. Я еще молод и красив, куда мне в дедушки. Ну а теперь серьезно, — он подождал пока мы сосредоточим внимание на нем.
— Можно прочесть кучу книг, горы инструкций, но к моменту контакта, ты все равно готов не будешь. Я думаю Максим не утерпел и рассказал тебе о нашем с ним разговоре, — Настя кивнула и он продолжил, — Так и думал. Тогда проясним. Я считаю тебя человеком, от макушки до кончика хвоста. Но в тебя долго и аккуратно вмешивались, чтобы ты стала мостом между нами, человеками, и ими, другими людьми. Это не плохо и не хорошо, это просто еще один факт. Живите, стройте отношения, взаимопроникайтесь культурами, понятно, что остановить вас от чего-то большего я не смогу, просто будьте осмотрительны. И еще, Диана, мама этого оболтуса хотела бы с тобой пообщаться. Пока только по переписке. Да, и вот еще. Настя, постарайся не задевать Якова. У него процент конкурентности и ксенофобии все рано остался чуть выше, чем надо. Он пришел из немного другого общества с другими социальными законами. Ну это он сам расскажет, вечером. А сейчас, если готовы — вперед к приключениям! — весело и задорно почти прокричал он.
На него это было не похоже. Я насторожился. И угадал.
— А теперь выдохнули, успокоились и задумались над текущими задачами. Первое, мы идем на опасную территорию, значит никаких лишних движений. Увидели — предупредили. Второе. Любой образец брать только после того, как его проверят. Что оно не кусается, не бьется током, плюется кислотой или еще какую дичь творит. Третье. В прицел не лезем. Даже если очень захотелось. И ты увидела лошадку, бабочку и цветок папоротника в руках любимой бабушки. Проговариваешь, мы действуем. Со всем согласна?
— Так точно, — козырнула Настя.
— Или остаешься на базе, поддержишь нас дронами отсюда.
— Не-не, мне своими глазами взглянуть хочется. Обещаю никуда не лезть и вести себя осмотрительно.
— И понятно.
— И понятно остальным. Чтобы Максиму не пришлось за меня краснеть, — она ткнула в меня пальцем. Ладно-ладно, будет и у меня шанс, покажу как научился щекотаться.
— Раз все готовы, пойдемте к шлюзу. Василич уже там наверное, я за вами пошел, а он через арсенал и мастерские. Снасти звереловные готовил.
— Вы ожидаете встретить что-то новое? — заинтересовалась Настя.
— Обязательно. Главное уцелеть в процессе поимки.
Глава 31
Экипировавшись, мы собрались перед шлюзом. Попрыгали — побрякали и пошли. Настя как ни старалась, на ходу больше трех дронов вокруг нас держать не смогла, или шагает, или карусель крутит. Пришлось брать ее за талию и вести, чтобы она меньше отвлекалась от управления. До логова добрались без происшествий.
— Так, суслики непарнокопытные, дальше так дело не пойдет, — не выдержал Подгорельский, — Или мы возвращаем Настю обратно, или делим команду. Двое тут, двое лезут дальше. И ты, Максимка, идешь дальше, а за твоей ненаглядной пусть Миша смотрит. А то ты от ее задницы ни глаз, ни рук не отрываешь.
— Да не было такого, — попытался оправдаться я, но не вышло. На меня с укоризной посмотрела даже Настя.
— И что, мы с ней останемся тут, просто посреди коридора? — задумался Рогов-старший.
— Нет конечно, сейчас проведем вас в кабину проходчика, там засядете. И одного дрона.
— Если не надо шагать и будет где расположиться, я смогу больше в воздухе одновременно держать, — предложила Настя.
— Верю, но слишком много тоже плохо. Загоняй своих стрекоз в логово, проверяй не наползло ли новых языкастеньких.
Пока ждали результата разведки, я караулил свой сектор и параллельно обдумывал, как сильно поменялась моя жизнь за эту неделю. У всего что я считал постоянным и неизменным, внезапно появилось второе, а то и третье дно. А что-то вообще перевернулось с ног на голову и оказалось, что оно так и должно было быть. Мир вокруг стремительно вырос, а я словно вернулся в раннее детство, когда все вокруг такое огромное, а ты совсем маленькиий. А еще ты ничего не понимаешь в окружении умных взрослых, и хочется мороженое и чтоб книжку почитали.
Пока мы с дядей Яковом держали оборону, Настя с отцом проверяли дальнейший путь.
— Впереди чисто. Можете двигаться, — дал отмашку отец. И мы выдвинулись.
Логово осталось ровно таким как мы его и оставили. Остановленный проходчик. Разбитый робот. Оплавленный кислотой визор Подгорельского. Все ровно так, как мы оставили вчера.
— Чисто, ходите, — скомандовал оставляемой половине команды полковник. А когда они подошли, открыл дверь в кабину проходчика, — Залезайте. Рычаги можно дергать сколько влезет, у всей такой техники сложная процедура старта, так что ничего не поломаете.
— И ты думаешь, что я не найду инструкцию? — ухмыльнулся отец.
— Ну, ты же точно не знаешь, что искать ее надо за вот этой дверцей, точнее на самой дверце с внутренней стороны, — вернул ему подколку Яков, — Но покататься с ветерком один бес не выйдет. Его и улитка обгоняет на поворотах, 2 ке-мэ в час для него крейсерская скорость.