Интервьюировать Торна (СИ)

— Можешь успокоиться. Я не буду писать статью ни о тебе, ни о твоем начальнике. Но я не против того, чтобы ты нашел меня еще раз, — улыбнулась Алия.
— Я бы на твоем месте был осторожнее с желаниями! — процедил я. — Если ты еще раз попадешься мне на глаза, я тебя просто убью!
— Хм… Какой-то ты слишком злой, — нахмурилась Алия. — Я понимаю, обидно, — она подошла еще ближе, начав тереться о меня своей грудью. — Пожалуй, я могу немного компенсировать твое затруднительное положение.
Девушка облизнулась, а затем провела своими тонкими пальчиками по моим плечам, груди, прессу, спускаясь к ширинке, которую никто так и не застегнул. Хоть презерватив она додумалась заранее снять. Какая заботливая. Вот только меня не тянуло рассыпаться в благодарностях.
— Лучше просто беги, пока я не выбрался из этих наручников, — сдавлено прохрипел я, потому что ее манипуляции, в сумме с похотливым взглядом и острым язычком, который облизывал пухлые губки, дали эффект.
— Некрасиво убегать, когда мужчина находится в таком состоянии, — прошептала она мне на ухо, одновременно обхватывая рукой член, наливающийся кровью. — Знаешь, как невероятно льстит твоя реакция. Это нужно поощрить.
Присев на колени, она посмотрела на меня таким невинным взглядом, который в сочетании с ее позой, производил более сильный эффект, чем все порнофильмы этого мира.
Кинг, какого черта? Почему ты не можешь держать себя в руках, когда видишь эту девушку?!
Не переставая улыбаться, она провела рукой по стволу, а затем аккуратно лизнула головку, заставив меня запрокинуть голову. Больше я на нее не смотрел. Хватало того, что я чувствовал губы на своем члене, пальчики, сдавливающие основание, ощущал вибрацию, когда она тихо и сдавленно стонала.
Я пытался не терять контроль и повторять про себя, что я не должен сдаваться этой девчонке. Нервно сжимая долбаную балку до боли в пальцах, я молился об одном — не начать стонать! Но черт возьми, насколько же она хороша. Эта девчонка полностью отключила мой мозг, заставив сосредоточиться только на ощущениях. Я все же сдался и очень скоро сам начал толкаться навстречу, а затем и кончил второй раз за полчаса, издавая какое-то отчаянное рычание.
Только после того, как в голове немного прояснилось, я рискнул снова посмотреть на нее. Алия поднялась, вытерла уголок губ большим пальцем и соблазнительно облизнула подушечку.
Какие журналисты? Самые беспринципные представители желтой прессы нервно курят под лестницей. Дело совсем не в профессии. Она же сам дьявол во плоти!
— Было приятно поболтать с тобой, — улыбнулась девчонка и послала мне воздушный поцелуй. — С нетерпением жду нашей следующей встречи.
Она подмигнула мне, после чего вышла из квартиры, оставив наедине с вешалкой, с которой мне предстояло сражаться еще около двадцати минут, а затем объяснять Торну, почему я так и не смог не то что задержать журналистку, но даже узнать о ней хоть какую-то информацию…
Поздравляю, Кинг, ты клинический идиот, который не умеет держать штаны застегнутыми! И почему-то проявилось это только на двадцать шестом году твоей жизни…
Опустив глаза вниз, я посмотрел на все еще расстегнутую ширинку, которая сегодня стала причиной всех моих бед.
— Я тебя ненавижу, — с отчаянием прошипел я.
Ну супер, ты уже с собственным членом разговариваешь!
Теперь найти журналистку стало делом чести! Плевать на то, что она сказала о своих планах на статью! Я не смогу спокойно спать, пока не отомщу! И, кажется, я знаю, как это сделать…
  
Глава 21
 
Когда-то Алия говорила мне, что есть основные правила, которые позволяют не то что добиться желаемого, но даже пройти сквозь стену. Правда я никогда не могла понять, кому и зачем понадобилось проходить сквозь стены. Тысячи придурков на вокзале Кинг-Кросс в Лондоне уже доказали, что это провальная идея и единственное, чего можно добиться таким образом — трещины в черепе. Но в остальных случаях ее правила работали. Итак, кажется, она говорила, что нужно видеть цель, верить в себя и не замечать препятствий.
 
Цель я видела. На этот раз она приняла не какую-то абстрактную форму в виде мира во всем мире, а вполне определенную, и была подозрительно похожа на черный шкафчик Торна. Вера в себя тоже была. Оставалось обойти препятствие в виде Джейсона. Хорошо, что это самое препятствие еще приходило в себя из-за избытка моего энтузиазма и слегка отстало.
Впрочем, двухсекундная фора меня все равно не спасла. Уже в спальне, когда цель была так близка, а до объекта моих фантазий оставалось не больше метра, из сладких грез о походе в эротическую Нарнию меня выдернули жесткие мужские ладони, обхватившие талию.
— И что это, интересно, ты там забыла? — насмешливо прошептал Джейсон, прижимая меня спиной к своей груди.
Вот нафига я сегодня этот корсет нацепила! Чувствительность никакая! Нужно производителям жалобу написать.
— Как это — что? — возмутилась я. — Пытаюсь вернуть свое законное и нагло похищенное имущество!
— Ты хоть понимаешь, что сейчас сама призналась в том, что рылась в моих вещах, пока меня здесь не было, — выдал он обвинение, от которого я чуть не поперхнулась.
Хороший мой, я здесь все обшарила задолго до того, как ты вручил мне ключи от своей тайной и совсем не красной комнаты!
— Ты тоже в моих вещах рылся! — я продолжала изображать из себя обиженного жизнью ребенка, которому не дали любимую игрушку. Впрочем, примерно так все и было. — И вообще, у меня, в отличие от тебя, хотя бы оправдание есть. Это ведь ты нагло спер моего личного Торна!
Пальцы на секунду сильнее сжались на моей талии так, что я почувствовала это даже через корсет, а затем Джейсон развернул меня, заглядывая в глаза.
— Я твой Торн! — практически прорычал он мне в губы.
Эти слова сразу же начали пульсировать в голове, а колени стали ватными. Мне срочно нужен врач, потому что у меня, кажется, начались слуховые галлюцинации. А еще от этих самых галлюцинаций мой внутренний голос начал орать настолько громко, что спровоцировал долбаный инсульт. Я же сейчас начну мычать и пускать слюни в лучших традициях людей в вегетативном состоянии!
— Эм…
Ну вот, мычать я уже начала. Долбаный Торн, ты что со мной делаешь?
— Будь послушной девочкой, не лезь, куда тебе пока не нужно, — это он сказал уже намного мягче, но во взгляде все равно скользило некое предупреждение. Как будто горела табличка «Не влезай — убьет».
Но инстинкт самосохранения — вообще не моя фишка. Нормальные люди при виде опасности начинают думать головой. Я кидаюсь грудью на амбразуру. Мы разные.
— Еще немного, и я начну думать, что ты ревнуешь меня к игрушке, — прищурилась я.
Джейсон ничего не ответил, но подрагивающие уголки губ ясно дали понять, что он в шаге от того, чтобы заржать. Значит, иррациональная ревность здесь ни при чем. Привстав на носочки, теперь уже я начала томно шептать ему в ухо, щекоча кожу дыханием.
— А может быть, ты понимаешь, что увидев, как я ухожу в свою комнату с чем-то, что может доставить мне удовольствие, не сможешь сдержаться.
— Да, — выдохнул Торн. — Не смогу.
Все! Врач мне уже не поможет. Вызывайте полноценную реанимационную бригаду с дефибриллятором.
На лице против воли расплылась счастливая улыбка идиотки, а туман в голове стал еще плотнее. Наслаждаясь своей маленькой победой над этим мужчиной, я не могла не сделать ее еще более сладкой.
— А ведь мне необязательно заглядывать в твой шкафчик, чтобы начать стонать так громко, чтобы это услышал весь дом, — прошептала я. — Знаешь, что я буду делать, если сейчас отправлюсь в свою комнату?
На секунду замолчав, я подняла глаза, встречаясь со взглядом, который мог поджечь все в радиусе трехсот метров.
— Для начала я разденусь. Звучит не слишком сексуально, но подумай вот о чем. Этот корсет так стягивает грудь, что снимая его, я чувствую покалывание. А грудь после нескольких часов в таком положении становится невероятно чувствительной. Знаешь, иногда мне кажется, что мне достаточно только прикоснуться, и меня накроет мощнейший оргазм…