Бояръ-Аниме. Романов. Том 5 (СИ)

Сын молча склонил голову, не оспаривая слов отца. И хотя согласен наследник с великим князем не был, но предпочел своими глазами увидеть, как Михаил Викторович в очередной раз окажется прав. А если нет, то так даже будет лучше.
Если великий князь начнет допускать промахи, появится возможность занять его место. Маленькая, крохотная, но такая приятная, греющая душу возможность.
Ведь в отличие от всех остальных, Рюриковичи определенно будут получать должности губернаторов от отца к сыну, как это было заведено на протяжении поколений. И в таком случае Алексей Михайлович, губернатор Московский, звучит куда лучше, чем Сибирский.
  
Глава 22
 
Московский особняк князей Романовых. Княжич Романов Дмитрий Алексеевич .
Мое утро началось не с кофе.
Едва только забрезжил рассвет за окном, ко мне в покои вошел, опираясь на трость, главный целитель рода Романовых.
Николай Петрович был старше князя лет на двадцать, служить начал еще отцу Алексея Александровича, при нем же и возглавил корпус целителей. Так что, несмотря на то, что сохранился Николай Петрович прекрасно, годков ему было уже за восемьдесят. Впрочем, трость, с которой целитель не расставался, была лишь аксессуаром — по моде почти столетней давности, когда главный целитель Романовых еще был молод.
— Доброе утро, Дмитрий Алексеевич, — поприветствовал меня старик, раздвигая шторы в спальне. — Князь Романов велел навестить вас для консультаций.
Я откинул одеяло и, кивнув целителю, накинул на плечи халат. Вместе мы вышли в гостиную, где я предложил посетителю присесть, а сам направился приводить себя в порядок.
«Оракул» вчера передал мне разговор Соколова с наследником. Так что теперь я был уверен в трех вещах.
Я лично могу полагаться на Михаила Викторовича, так как у великого князя Выборгского на меня большие планы. Помимо этого, Соколовы поддержат Руслана Александровича, а это можно использовать. И третье: программа наноботов должна быть начата как можно скорее. Дед должен жить.
К моменту, когда я вернулся в гостиную, Николай Петрович уже разложил на столике мою медицинскую карту.
По понятным причинам княжеские семьи не хранили сведения о своем здоровье в цифровом виде. Ответственность за сохранность данных лежала целиком и полностью на главе корпуса целителей.
— Итак, молодой человек, — старчески покряхтев, Николай Петрович поднялся на ноги. — Давайте начнем с вашего осмотра. Не знаю, что там делали с вами коновалы Демидовых, но ваше здоровье — все еще моя обязанность.
Я усмехнулся, наблюдая за привычной картиной. Сколько себя помню в этой жизни, целитель строил из себя умирающего. Что, разумеется, совершенно не соответствовало правде.
Раздеваться не требовалось. Николай Петрович надел монокль, в котором точно так же не нуждался, как и в трости. Затем старик простер надо мной руки и, внимательно глядя одним глазом, запустил свою технику сканирования.
Я ощутил, как под ее действием по моему телу идет волна разогретого воздуха. Кровь потекла по венам быстрее, и я практически наяву видел, как магия Николая Петровича прощупывает каждый миллиметр моего организма, спускаясь от головы к кончикам пальцев ног.
Процедура не заняла много времени. Сложив монокль, целитель указал мне на диван, а сам по-хозяйски разместился в кресле и принялся быстро писать в моем личном деле, заполняя бланки.
— Насколько я вижу, вы сильно переутомляетесь, — заговорил он, не переставая водить ручкой по бумаге. — Нервную систему сильно потрепало. В вашем возрасте это чревато последствиями, — продолжил он. — Вмешательства с моей стороны не требуется, если вы будете хотя бы спать по восемь часов.
Я хмыкнул в ответ.
— Я бы с радостью, но дел слишком много.
Николай Петрович взглянул на меня остро и улыбнулся так, будто разговаривал с пятилетним мальчишкой, а не младшим сыном князя.
— Дмитрий Алексеевич, — произнес целитель, — вы хотите прожить долгую жизнь?
Вы даже не представляете насколько, подумал я, но вслух, разумеется, говорить этого не стал. Обошелся одним кивком.
 
— В вашем возрасте такое напряжение может привести к тяжелым последствиям. И ваш семейный дар здесь защитой вам не будет, — произнес Николай Петрович. — Ваш организм еще развивается, и потому нужно тщательно следить за своим здоровьем. Если вы не хотите получить какое-нибудь редкое заболевание одаренных. Ваш дар, конечно, развит очень сильно, и вы способный молодой человек. Однако магия не делает вас неуязвимым. Постоянное нервное напряжение в конце концов приведет вас к выгоранию. Мне нужно объяснять, что это значит?
— Нет, я вполне осведомлен, что это такое, — ответил я совершенно серьезно. — И кроме того, меня поддерживают целители Демидовых.
Старик усмехнулся.
— Да будет вам известно, Дмитрий Алексеевич, что чем чаще вы прибегаете к помощи одаренных, тем сильнее изнашивается ваш организм, — произнес он. — Каждый раз, когда целитель воздействует на вас своим даром, ваш собственный покров временно приходит в возмущение. Возмущение дара провоцирует реакции организма, нагружая метаболизм. Это не опасно, если обращаться за помощью раз в месяц, как это делают все, то вы успеете восстановиться между сеансами. Однако при вашем образе жизни вы рискуете выработать ресурсы своего организма и дара раньше срока.
— Никогда об этом не задумывался, — признался я.
— Вы никогда до этого так часто и не жили в таком режиме, — пояснил Николай Петрович. — Я настоятельно рекомендую вам отдыхать чаще и больше, Дмитрий Алексеевич. Пока что ваше тело выдерживает нагрузку, но если продолжите в том же духе, годам к сорока вы будете выглядеть, как я. А я ведь уже без малого век прожил. Понимаю, что в вашем возрасте может казаться, будто сорок лет — это очень долгий срок, но на самом деле вы и оглянуться не успеете, как этот возраст наступит.
Я потер подбородок, обдумывая его слова.
— А если дар целителя позволяет откатывать само время? — решил уточнить я, прекрасно помня способность Ерофеева.
Вообще, кстати, удивительно, что государев целитель позволяет Михаилу II стареть. Ведь технически тело государя должно целиком откатываться в прошлое. Это ведь практически вечная молодость. Или я чего-то не понимаю.
— Уникальные дары всегда сложнее устроены, — произнес старик. — И если я правильно понял, о ком идет речь, то дар Константина Владимировича ничего общего с исцелением не имеет. Излечение, к которому он приводит пациентов, это всего лишь побочный эффект. И чтобы я мог точно сказать, какой будет прогноз при частом применении этого дара к человеку, нужна статистика. Доступа к которой, разумеется, у меня нет.
Я кивнул, принимая его ответ.
— Хорошо, значит, все, что мне нужно, это меньше напрягать собственное тело, — подвел я черту под разговором. — Постараюсь следовать вашей рекомендации. Но у меня есть несколько и других вопросов.
— Спрашивайте, Дмитрий Алексеевич, отвечу, если знаю, — благосклонно кивнул целитель.
— Кристина обратилась к вам за помощью в искусственном оплодотворении. В первый раз не получилось, потому что биоматериал оказался слабым.
— Именно так, — кивнул мой собеседник. — Это как раз тот случай, который прекрасно иллюстрирует, к чему вы придете, если станете превышать разумные нормы целительского воздействия. Вся разница лишь в том, что у вас есть некая фора, а у того зародыша ее не было изначально. Если бы Кристина выносила это дитя, вероятность дожить до совершеннолетия у него была бы крайне низкой. Пороки развития, в том числе умственного, сердечная недостаточность, малокровие, прочие серьезные осложнения. Все это могло проявиться как по отдельности, так и всем набором. Обычно сама природа не дает таким детям рождаться, заставляя матерей скидывать оплодотворенную яйцеклетку. В нашем случае удалось не допустить беды.
Я кивнул, принимая его ответ.
— А вторая попытка?
— Здесь проблема иная, — ответил он, чуть помедлив. — Но тоже схожа с вашей ситуацией. Кристине следует меньше напрягаться. И я бы посоветовал вам временно отправить ее в отпуск. Кристине я то же самое сказал, но она не захотела меня слушать. Организм женщины, готовящейся стать матерью — как невероятно чувствительный прибор. И обращаться с ним нужно очень бережно. Отдых, правильный режим дня, питание. Многое может сделать дар целителя, но когда мы работаем, по сути, с минимальным набором клеток, каждая мелочь важна. Лишнее воздействие на неодаренный зародыш, и случится выкидыш. Это тонкая и сложная задача — не навредить, но и проконтролировать весь процесс.