Бояръ-Аниме. Романов. Том 5 (СИ)

Я же полагался на искусственный интеллект, а потому ничего не мешало мне заранее узнать причину, по которой Михаил II решился собрать представителей княжеств. Хабаровск должен был пасть, но до сих пор держался. И государь хотел повторить успех операции с Речью Посполитой — собрать княжеские отряды, с помощью «Оракула» ослепить Толстого и положить конец противостоянию.
Тем более что сам великий князь Хабаровский уже собрался вести тайные переговоры с Японским сегунатом об отсоединении от Русского царства. Под протекторатом самураев, разумеется. В одиночку-то ему было никак не победить.
— С возвращением, княжич, — поприветствовал меня Степан Витольдович, сидящий в приемной отцовского кабинета. — Ваш кофе уже в кабинете. Завтрак скоро подадут, если хотите чего-то особенного, скажите.
Я кивнул ему с улыбкой.
— Благодарю, но мне все то же самое, что и отцу.
— Будет исполнено, Дмитрий Алексеевич, — с достоинством поклонился секретарь отца.
Толкнув дверь кабинета, я вошел к отцу. Князь Романов уже потягивал свой кофе, сидя на диване. Напротив Алексея Александровича стоял сервированный столик. Я сел по другую сторону и тут же налил себе кофе.
— Тебе что-то известно? — спросил отец, глядя на меня поверх своей чашки.
Я накинул на нас обоих купол тишины и отключил часы. В облако есть доступ у царицы, а ей не следует знать, что один из суррогатных сыновей ее прослушивает.
— Будет новый призыв княжеств, — произнес я, поднимая свой кофе. — Но на этот раз не княжичи, а полноценные отряды. Задача — перебить все подразделения молниеносными ударами. Царская армия будет только координировать и прикрывать. Государь заткнет нашими людьми дырки.
Князь Романов вскинул бровь.
— И какая нам выгода, ты тоже знаешь? — спросил он.
— После победы великое княжество Хабаровское будет разделено, — продолжил я. — Государь лично будет выбирать, кто станет новыми князьями на Дальнем Востоке. Из верных ему лично людей.
Алексей Александрович несколько секунд молчал, обдумывая мои слова.
— Ты сделал очень многое, Дмитрий, — заговорил он наконец. — С твоими технологиями мы понесем меньше потерь. Но я обязан спросить, чье княжество будешь представлять ты сам?
Я пожал плечами в ответ.
— Я Романов, отец, — сказал я, глядя ему в глаза. — От Урала пойдут боярские отряды под удаленным руководством самого Руслана Александровича. Поверь, у них хватит и сил, и мощи. Я бы сказал, что на сегодняшний день Демидовы — самый боевой род в Русском царстве.
— И такими они стали до тебя, — улыбнулся краешками губ князь. — Что ж, я уже сказал тебе однажды и повторю снова: говори, что тебе потребуется, и я все исполню.
Я покачал головой.
— Пока что мне ничего не нужно, — сказал я. — Но на собрании постарайся изобразить удивление, когда Михаил II объявит о своем решении. А то может не слишком красиво выйти — вроде как нам заранее сообщили.
Отец усмехнулся.
— В этом даже не сомневайся.
В этот момент в дверь кабинета постучались, и я снял с нас кокон. Прислуга принесла завтрак на двоих, и несколько минут после мы с князем занимались исключительно насыщением. Пока, наконец, отец не опустошил свой кофейник, перелив остатки содержимого в свою чашку.
— Твоя матушка была на приеме у Соколовых, — заговорил Алексей Александрович, кладя пару кусков рафинада в кофе.
— Подозреваю, великая княжна Выборгская желала пообщаться? — произнес я, потягивая свой напиток.
Отец хмыкнул.
— Официальный прием твоя мать посетила не одна. Государыня взяла ее в свою свиту, — ответил князь. — А помимо княгини Романовой под протекцией царицы оказалась и боярыня Морозова.
Он посмотрел на меня со значением. Я же развел руками.
— Предсказуемый ход. Михаил II знает, что у меня планы на ее дочь, неудивительно, что послал супругу показать всему обществу, что Морозовы вновь на коне.
Князь улыбнулся.
— Мы с твоей матерью тоже бы так подумали, — произнес он. — Но царица в последнее время очень плотно опекает Морозовых. Сдается мне, Михаил II сделал ставку на твою невесту. И хочет не только через нее влиять на тебя, но и привязать Викторию Львовну к себе.
 
Что ж, это было ожидаемо. Тем более что в течение недели состоится конкурс в ЦГУ. А государь наверняка уже все знает о проекте Виктории. И даже если она не выдаст более ничего нового, одна ее универсальная плазма окупит любые вложения Русского царства в боярский род.
И не приблизить к себе Морозовых Михаил II просто не мог. Общество его бы не поняло. Пренебрегать таким преимуществом — глупо и недальновидно. А учитывая состояние Морозовых, им любая поддержка сойдет за великую помощь.
— Так и что там с Соколовыми? — напомнил я отцу о начале разговора.
Князь Романов хмыкнул.
— Если твоя матушка не ошиблась, — сказал он, — великие князья Соколовы скоро перестанут быть Выборгскими и станут Московскими. Во всяком случае, они искренне в этом уверенны.
— Амбициозно, — прокомментировал я со вздохом.
— А теперь представь, что будет, когда Анна Михайловна получит от тебя предложение? — проговорил отец. — Я, конечно, понимаю, что ты этого не желаешь, но, с их точки зрения, Соколовы одним махом получают столицу с ее огромным населением и доходами, а с твоей помощью — и лучшее вооружение в стране. Ты ведь не оставишь родственников побираться на паперти и всем их обеспечишь.
Мне оставалось только головой покачать.
— Ну, посмотрим, как дело повернется, — сказал я, отставляя пустую чашку. — Пока что сегодня съезжу в ЦГУ, нужно навестить свою группу. Мой «Танк» еще на ходу?
Отец улыбнулся.
— Разумеется, — кивнул он. — Может быть, перекрасить гербы на твоих машинах? Отметим, что это твой личный парк, поставим рядом герб Урала.
— Не стоит, — отмахнулся я, поднимаясь на ноги. — Я хоть и наследник Демидовых, но все еще Романов.
— Рад это слышать, — ответил отец. — Тогда у меня последний вопрос: что ты будешь делать с «Оракулом»? Надеюсь, не планируешь передать искусственный интеллект государю?
Я пожал плечами.
— Пока не попросит сам — даже намекать не стану. Это слишком прорывная технология, чтобы отдавать ее фактически бесплатно в чужие руки. Да и потом, его еще дорабатывать нужно, — добавил я. — А торговать сырым продуктом — ниже моего достоинства.
Кивнув мне, князь Романов поднялся на ноги и лично проводил до выхода из кабинета. Степан Витольдович уже был готов входить с кипой документов на подпись главе рода.
Жизнь продолжалась, и пока я отсутствовал в Москве, что-то поменялось. Но загруженность князей никуда не делась. Если это, конечно, хорошие князья, которым не наплевать на будущее своей семьи.
Переодевшись в униформу Царского Государственного Университета, я сел за руль «Танка» и, запустив двигатель, проверил связь с машинами сопровождения. Затем подключил машину к «Оракулу». Искусственный интеллект тут же поприветствовал меня голосом Кристины.
— Доброе утро, княжич.
Я вдавил педаль газа, и «Танк» покатился к выезду с территории особняка.
* * *
Припарковав машину на стоянке Университета, я еще несколько секунд смотрел в сторону запорошенной снегом дорожки к корпусам. Казалось, вечность минула с тех пор, как я был здесь в последний раз.
Открыв бардачок, я вытащил беспроводные наушники, и вставил один в левое ухо.
— «Оракул», как меня слышно? — спросил я для проверки.
— Слышу, княжич.
Я открыл дверь и выбрался на улицу. Нога по щиколотку погрузилась в пушистый снег, приятно хрустнувший под подошвой.
Погода располагала к прогулке, и я не стал закрываться щитом. А дойдя до лавочки, где мы обычно встречались группой, заметил сидящих на ней великого княжича Выборгского и боярышню Горскую.
— Иван Михайлович, — первым поздоровался я, подходя ближе. — Елизавета Петровна, рад вас видеть.
Соколов тут же отстранился от невесты и протянул мне руку с улыбкой.
— Дмитрий Алексеевич! Какая встреча! — жизнерадостно заговорил он. — Не знал, что вы вернулись в столицу.