Адские гнезда: Дуэт Гильденстерна и Родригеса (СИ)

— И как, верят?
— Кажется, нет. Актёр из меня так себе. Потому — никаких высоких кругов посвящения. А мне и не надо. Проповеди, совместные молитвы — вся эта нудьга… Лучше медитировать на выезде, одному в вездеходе. Меня терпят, и ладно. Почему терпят? Верно, лишь потому, что надо ж кому-то возить к ним новичков.
Последние слова Каю внезапно не понравились.
— Вы заманиваете к ним новичков?
Лоренцер не изменился в лице:
— Все заманивают. Я — так хотя бы не вру. Говорю, как есть. Что в Зеоне скучно, противно, только шансов выжить гораздо больше, чем везде. Многим такого достаточно. Бабилон, Джерихон и Содом — неплохие загонщики…
Кай забеспокоился, произнёс помрачневшим тоном:
— Значит, я для вас тоже… один из таких новичков?
— Ну конечно же нет! Говорю же: Зеону нужна профессиональная помощь. Ищут ксенозоолога, чтоб разобраться с какими-то тварями… Только вот что пойми: твари те безобразничают в священном месте. Чтобы их увидеть, надо туда прийти. А чужих не пускают. Только своих, проверенных. Таковы правила.
— Правила? Так у них же, вроде, проблема…
— Да проблема-то подождёт, — Лоренцер отмахнулся. — Им чужого туда пригласить много страшней, чем то, что там происходит. Странная логика, да. Ничего не попишешь, секта… В общем, сначала придётся прослушать парочку циклов проповедей.
— Ну а если я откажусь? Если времени не имею?
— Не советовал бы…
— Ну а если? Чем это мне грозит?
— Не убьют, — пообещал щедрый Лоренцер. — Да и бить не будут. Будут спорить. Разговоры — вот их конёк. Месяц напролёт могут убеждать в какой-нибудь ерунде. И, конечно же, убедят. Оппонента размягчит скука.
— …а они скуки не ведают, — понимающе закончил Кай. — Ну тогда… Странный вопрос. А с Эрнандесом вы в каких отношениях? Кто на кого работает? Вы, Эрнандес, Зеон…
Берт задумался:
— Как-то всё обоюдно. Каждый нужен другому. Вот в Зеон требуются люди — я могу их собрать? Без Эрнандеса нереально. Многих он сам находит и посылает. В основном, слабаков — в Джерихоне они не выживут. Но и Эрнандес очень заинтересован. Он боится, что секта однажды пойдёт громить Джерихон — и не скажу, что это пустая фантазия. Так Эрнандес однажды договорился со мною (мол, предупреди, если что). Но могу ли я это сделать? И приехать, и рассказать — это да. Только вот беда: я в Зеоне ни в один из высоких кругов не вхож, и секретными планами со мной не поделятся. Что тогда делать Эрнандесу? Посылать других. Может, дальше меня пойдут, а его не забудут. Но опять есть нюанс: те, что дальше идут, его как раз забывают. И болеют уже за Зеон, не за Джерихон. Ведь сожгли свои шарфики...
— Беспросветно как-то… — Кай вздохнул. — Я о себе. Получается, если я к ним приеду, то не буду себе принадлежать… Может, соскочить по дороге?
— Тоже дело! — одобрил Лоренцер. — Только думать осталось недолго. Видишь впереди крутой спуск? Это значит, скоро приедем.
Кай засомневался — что предпринять? Времени на колебания оставалось всего ничего. Если вот сейчас сбежать — куда ему деться? Попытаться, рискуя жизнью в дороге, заявиться назад в Джерихон? А дальше? Разговор с Эрнандесом о причинах отказа сотрудничать. Все причины из цикла «фу, ерунда примерещилась». И твой дутый авторитет ксенозоолога в одночасье лопнет от испуга. Что до других посёлков, то шансы до них дойти обнуляются.
— Ладно, — сказал, — нет причины резко менять старое решенье.
7 
Что бы Лоренцер ни говорил, Кай решил попытаться себя вести как приглашённый специалист. Ну, не выйдет — и ладно, но не попробовать глупо. Правда, оказалось, водитель Берт в попытках его не помощник.
— Вы не проведёте меня к верховному бишопу Амосу? — поинтересовался на всякий случай. Начинать общение всегда лучше с главного начальства.
— Я и сам-то не имею права искать с ним встречи, — возразил вынужденный новозеонец скептического ума.
— Даже если случится что-нибудь важное?
— Даже тогда.
 
— А кому вы должны доложить, что меня привезли?
— Брату Честеру, — сказал водитель.
— О! — Кай обрадовался. — Кажется, я его знаю. Так хоть к нему вы меня сейчас приведёте?
— Не совсем так. Я и к брату Честеру не могу обратиться. Вот ему доложат, что я уже прибыл, он тогда найдёт меня сам. Порядок таков.
— Странный порядок.
Оказывается, здесь в порядке вещей стоять на широкой площади, как и тогда, вместе с Брандтом, и ожидать решения своей судьбы. Да с какой стати? Кай почувствовал, что готов себя повести более активно. Ведь иначе — уж точно: добро пожаловать в новички! А у него-то в этом посёлке, как-никак, второй опыт.
Попрощавшись с Лоренцером, выбрался из вездехода. Два мгновения постоял, привыкая к широкой площади, ну а после уверенным шагом двинулся в том направлении, куда в прошлый раз его вызывали к верховному бишопу Амосу. Если бишоп с непривычки разгневается, у него есть и оправдание: так почто же сам вызывал?
Шёл красиво, как победитель, но в какой-то момент запутался. Знать, не зря провожатый к Амосу в прошлый раз вёл его кружно. Дверь, в которую думал войти, оказалась закрытой. Это ладно, но как теперь…
— Ты кого-нибудь ищешь, брат? — послышался сзади голос.
Да уж, стоит хоть чуточку поколебаться, и становишься заметен и подозрителен. Для вон тех двоих светлоглазых и бритых братьев с внешностью кротких громил, так уж точно.
— Я к верховному бишопу Амосу, — честно сообщил Кай. — Почему-то меня не встретили…
— Преосвященный верховный бишоп всё знает, — произнесли назидательно, — если не встретили, значит, была причина.
Как для громил, поразительно логичный вывод.
— Но нельзя ли ему доложить, что я уже здесь?
— Уясни, маловер! Преосвященный Амос в курсе любых событий. И о том, кто приехал, ему ведомо много лучше, чем нам с тобой.
— Но послушайте! Меня пригласили как специалиста по срочному делу, имеющему значение для всего посёлка… — говорил по инерции, а сам уже понимал, убеждение не поможет. И ближайшие полчаса подтвердили его догадку. Пропустить чужака, куда не было велено? Сектанты не дураки, свято блюдут иерархию.
— Ладно, если верховный бишоп так уж недосягаем, то не могли бы вы известить обо мне брата Честера, ну или мне указать, где его найти?
— Это можно, брат, — согласились громилы. — Следуй за нами.
8 
Брат Честер нашёлся. Чтобы выйти к нему, площадь пришлось пройти по диагонали да найти в закутке близ канавы со стоячей водой скромную деревянную хижину — одну из десятков точно таких же, прилепившихся рядом. Кай слегка волновался, тот ли Честер имелся в виду. Оказалось, тот. Правда, был очень занят. Он молился вслух, стоя коленями на коврике — верно, потому и к Лоренцеру не вышел встречать. На лице — слащавое благоговение. На устах — стандартно-хвалебные речи к Создателю. Ладно, здесь ведь у всех примерно такой религиозный опыт. Не отвлекать же.
Кай подождал, светлоглазые громилы тоже. Брат Честер их присутствие перед хижиной явно заметил, но прерывать контакт с Господом не торопился. Единственно что, молитву стал произносить чуточку погромче — вдруг с порога её не слышно, а он старается.
Минуло минут пятнадцать. Молитва пришла к финалу. Брат Честер отключился от Господа и будничным тоном сказал:
— Ну, что у вас там?
Кай опередил светлооких воинов, сообщил:
— Я ксенозоолог. Да вы меня, может, помните… Прибыл к верховному бишопу Амосу по его запросу для решения известных ему проблем.
Брат Честер покивал. Но обратился к бритоголовым стражам:
— Отведите новичка к пастору Джорджу, братья.
— К кому? — Кай опешил.
— Он сейчас курирует вступающих в наше братство на раннем этапе…
То есть, иначе говоря, практикует начальную, самую жёсткую «промывку мозгов», закладывает фундамент всего дальнейшего послушания.