Столкнувшийся (ЛП)
Мерил Стрип лучше бы крепко держаться за свой Оскар ночью. Я иду за ним.
Ребята разбирают для нас каждый шаг, как будто нам это нужно. Мы с Майей соглашаемся с их усилиями, делая вид, что нам нужны дополнительные объяснения. Поначалу я не очень-то выкладываюсь. Некоторые игры я специально проигрываю, а другие выигрываю с притворно шокированным лицом.
Через час я потеряла в куче одежды свою футболку, кроссовки и смешные носки.
К разочарованию Николая, Майя продолжает раздеваться, пока не остается в одной футболке и джинсовых шортах. Он продолжает смотреть на нее, как будто ее следующая игра — последнее, что стоит между ним и тем, чтобы поймать взгляд на ее грудь. Оба мужчин первыми отказались от своих футболок, что никого не удивило. Честно говоря, они качают неплохой пресс под этой спортивной формой.
Может, они и красивы, но они не совсем в моем вкусе. В моей голове всплывает образ Лиама, что неожиданно. В отличие от этих парней, Лиам заставляет мое сердце биться от одного его вида. Я отмахиваюсь от этой мысли, потому что здесь не место, чтобы теряться в своих мыслях.
Потихоньку моя кучка фишек растет до крутых двух тысяч евро благодаря тому, что Николай и Михаил проиграли слишком много раундов, в которых они были уверены. Честно говоря, я также специально продемонстрировала немного декольте, но Бог дал мне этих крошек, так что моя работа — использовать их.
Майя и Николай выбывают в следующем раунде, оставляя нас с Михаилом сражаться. Михаил — молчаливый тип, с большим количеством фишек, соответствующих его покерным знаниям. Он одаривает меня уверенной улыбкой, когда пошел ва-банк с фишками, которые он в основном выиграл у Николая.
Я говорю о восьми тысячах евро. Трудно не думать о том, что я могу сделать с такими деньгами.
Поездка на Фиджи в данный момент звучит не так уж плохо. Я представляю, как мальчик из кабинки предлагает мне пиво «Корона», пока я загораю на пляжном лежаке у океана.
Я снова смотрю на свои карты. С семеркой пик и пятеркой треф это риск. Но я не могу не захотеть на него пойти. Что-то во мне искушает меня принять его ставку. Назовите это прирожденной интуицией.
— Я уравниваю ставку.
У Майи отпадает челюсть, а Николай смотрит на меня со смесью уважения и нерешительности.
— Ты уверена в этом, блондинка? — Михаил смотрит на меня с недоверием. — Хотя я не против посмотреть на тебя в нижнем белье.
Мужчины так легко отвлекаются на мелочи.
— Конечно. Давай посмотрим карты.
Дилер показывает флоп из шестерки и девятки червей, а также короля треф.
Мое сердце быстро бьется в груди. Михаил произносит что-то на русском языке, что звучит как ругательство. Мы обе смотрим на колоду, словно в ней можно найти ответы. Кровь приливает к ушам, пульс ускоряется сверх того, что должно считаться нормальным.
Дилер показывает следующую карту.
— Ни хрена себе! — шепчет Николай, когда крупье показывает восьмерку червей.
Мы с Майей вскакиваем со стульев и бросаемся обнимать друг друга.
— Боже мой, стрит. Ты сделала это! Ты только что выиграла! — визжит Майя.
Михаил встает, чтобы снять штаны.
Я поднимаю руку.
— Не беспокойся. Мы закончили, мальчики. Надо уходить, пока госпожа Удача не захотела больше делиться своей магией.
Мы с Майей подбираем с пола наши деньги и одежду. Майя с трудом натягивает на себя все слои, прежде чем решает запихнуть большую часть одежды в рюкзак.
— Так это все? Мы потеряли все наши деньги и даже не увидели тебя без одежды, — Николай надевает штаны.
Михаил улыбнулся нам, прежде чем схватить с пола свою рубашку.
— Я бы чувствовал себя использованным, но вы обе были такими забавными. Мы должны сделать это снова.
Как бы весело они себя ни показали, я думаю, Сантьяго убьет Майю, если она будет чаще общаться с этими двумя. У них на лбу написано «жди неприятностей».
Мы прощаемся. Мы с Майей выходим из гостиничного номера рука об рук и смеемся пока идем обратно в мой номер.
Оказывается, двадцать два года начались удачно. У меня появился хороший друг, я вычеркнула пункт из списка «К чёрту все!» и выиграла тысячи евро.
Siri, пожалуйста, включи песню Тейлор Свифт «22».
Глава 12
Софи— У меня есть план, который включает в себя вычеркивание одного из пунктов моего списка, — хриплый голос Софи встречает меня у входа в пит-гараж Маккой после квалификации и пресс-конференции.
— Какой? — мой голос выдает мое волнение.
— Это тот, который я только что добавила, — она подмигивает мне, но это выглядит как подергивание.
Похоже, я искусил маленького демона внутри нее, бросив вызов ее списку и добавив новый пункт. Чувство удовлетворения проходит через меня при мысли о том, что она растет.
— Мне стоит беспокоиться? — я подталкиваю ее под ребра.
Ее глаза светятся озорством и чем-то еще, что я не могу определить.
— Только если ты боишься прыгать с обрыва. Думаешь, справишься? — она улыбается мне улыбкой, которая заставила бы нормального парня бежать к ближайшему выходу.
Я привожу нас к месту, где находится новый пункт в ее списке. Ее волосы развеваются на ветру, когда она вскидывает руки вверх и танцует на своем сиденье под музыку, наслаждаясь поездкой в моем кабриолете, который я взял из квартиры в Монако. Черт возьми, Софи великолепна без всяких усилий. Она отказывается от своей осторожности, наслаждаясь моментом, подпевая песням, пока я веду машину. Я стараюсь не отвлекаться от дороги и не обращать внимания на то, как счастливо она выглядит.
Когда я добавил свидание в список Софи, я не ожидал, что она добавит что-то свое. Уж точно не такого безумного, как прыжок с утеса в Монако. Пусть это будет для меня уроком — не недооценивать ее, потому что она удивляет меня на каждом шагу.
После того как я припарковал машину, мы вместе прогуливаемся вдоль изрезанного берега, прежде чем я говорю ей идти впереди меня на случай, если она упадет на скользкие камни. Я придумал эту идею по доброте душевной. Смотреть на ее задницу в итоге оказывается потрясающим плюсом.
— О Боже. Почему я согласилась на это? — Софи не удается скрыть страх в своем голосе.
— Это часть твоего ободряющего разговора? Потому что последние десять минут ты хреново справлялась с этой задачей, — мой взгляд падает на ее рваные шорты. Из-под них выглядывает ее задница, соблазняя меня прикоснуться к ней. Она выглядит как подарок, завернутый специально для меня. Бретельки ее бикини зовут меня, умоляют расстегнуть два маленьких бантика на каждой стороне.
Она бросает на меня взгляд через плечо.
— Зачем ты убедил меня прыгнуть с обрыва? Это так безрассудно, когда у тебя завтра гонка. Что, если ты получишь травму?
Не я придумал эту идею. Сказать ли ей об этом? Ни в коем случае. А вот глупый человек так бы поступил.
— Да, ты меня знаешь, всегда ищу очередное приключение.
— Вот почему у тебя проблемы с Маккой. Ты слишком бунтарь для своего собственного блага, — она покачала головой.
Ее комментарий не выглядит как подколка, особенно когда она имеет на это право. Я бы ей понравился, если бы я не облажался с Маккой? Возможно, именно из-за моей ошибки Софи и придумала свою дурацкую идею «просто друзья».
Я вставлял палки в колеса, когда намеренно флиртовал с ней во время задания от Майи, когда мы играли в гонки игрушечными машинками. Я бы чувствовал себя подавленным, если бы не то, как она смотрит на меня, когда думает, что я обращаю внимание на что-то другое. Она нажимает на тормоза, когда я хочу нажать на педаль газа.
После короткой прогулки мы наконец-то добрались до вершины скалы. Я провел половину пути, любуясь видом, как на задницу Софи, так и на берег Монако. Даже мое безумие имеет свои пределы, мое сердце бьется в груди, когда я смотрю на тридцатифутовый трамплин. Взбаламученная вода шлепается о неровный край и создает белые круги.