Похитители Историй (ЛП)

Глава 28
— Ты собиралась пожертвовать собой ради меня, — сказал Оуэн Чарм, когда они шли к глубокой, чёрной, зловещего вида пещере на склоне самой высокой горы во всей Магистерии. — Вернёмся к Исходному компьютеру. Ты пыталась…
— Я бы не стала этого делать, если бы знала, что ты снова поднимешь эту тему, — перебила его Чарм. — Мы можем перестать тратить время впустую?
— Я тебе нравлюсь, не так ли, — сказал Оуэн, внутренне усмехаясь. Конечно, на самом деле она пыталась спасти Киля, но всё же.
Девочка свирепо посмотрела на него.
— С каждой потраченной впустую минутой страдает всё больше магистерианцев. Имей это в виду, когда будешь продолжать нести чушь.
— Ладно, — сказал Оуэн, останавливаясь перед входом в пещеру. — Но в следующий раз, когда мы чуть не умрём, предупреди меня, прежде чем пытаться прыгнуть перед лучевым оружием ради меня. Вместо этого я просто пригнусь.
Чарм прищурила оба глаза, и человеческий, и роботизированный.
— Поверь мне, этого больше не повторится. — Девочка повернулась к пещере и покачала головой. — Почему ваши люди никогда просто не живут в хорошо освещённых местах? Это всегда башни, или замки, или сырые, тёмные пещеры.
— Ты спрашиваешь не того человека, — произнёс мальчик, вглядываясь в пустоту.
— Согласно Исходному компьютеру, это оно, последнее известное местоположение Первого Волшебника, — сказала Чарм, проверяя наручный компьютер, чтобы убедиться в этом. — Итак, всё, что нам нужно сделать, это найти его и спросить, где находится Седьмой ключ. Насколько это может быть сложно?
Холодок пробежал по телу Оуэна, когда он вспомнил, как Чарм произносила именно эти слова в предыдущих книгах.
— Ты могла бы больше так не делать?
— Делать что?
— Спрашивать: «Насколько это может быть сложно?» Разве ты не замечала закономерности всякий раз, когда говорила это?
— Нет.
— Что ты сказала перед логовом дракона? — произнёс Оуэн, считая на пальцах. — Или прямо перед путешествием в то альтернативное, злое измерение? Или в будущем? Или в небытие на краю вселенной? Или с ледяными великанами, или около руин той школы магии…
— Я позитивный человек! — закричала на него Чарм, её роботизированный глаз метнул в него убийственный взгляд.
— Нет, это не так, — возразил Оуэн, не в силах удержаться от улыбки. Просто иногда она была такой милой, со своей суровой половиной робота и упрямой другой половиной не робота.
Девочка фыркнула.
— Кого это волнует! В любом случае, почему так не следует говорить?
— Потому что ты просишь о плохих вещах, — сказал ей Оуэн, всё ещё ухмыляясь. — Вот как это работает. Ты говоришь: «Могло быть хуже», и всё внезапно становится так. Это называется ирония, и авторам… я имею в виду, вселенной это нравится.
Чарм фыркнула.
— Ты маг. Но ведёшь себя так, будто кто-то там наблюдает за нами. — Она махнула рукой в небо. — Никто не может видеть нас, Киль. И никто не собирается использовать то, что я говорю, против нас только потому, что это была бы какая-то ироничная ситуация. Попробуй хоть раз мыслить логически.
Оуэн пожал плечами.
— Отлично. Тогда ты идёшь первой, мисс Позитивный настрой. Просто подожди и увидишь, как тебя сожрут.
Девочка подняла свои сдвоенные лучевые пистолеты.
— Давай, — она повернулась к пещере, но затем остановилась. — Хотя нам не помешало бы немного света, — Чарм достала три миниатюрных световых шарика и подбросила их в воздух. Шары вспыхнули светом и вплыли в пещеру.
Затем все три немедленно рухнули на землю и погасли.
— Верно, — прокомментировал Оуэн. — Насколько это может быть сложно?
Чарм стукнула его.
— Это волшебная пещера. Вероятно, в ней есть какая-то антинаука или что-то в этом роде. Вот зачем ты должен быть рядом, чтобы нарушать законы природы.
— Нарушать? — спросил Оуэн, затем вызвал в своей голове заклинание. На этот раз он действительно был готов. «Свет жизни» уже был просмотрен, выучен наизусть и готов к использованию. Заклинание наполнило его теплом, затем прошло сквозь него, осветив вход в пещеру. Это было ненамного лучше, чем со световыми шарами, но, по крайней мере, они могли видеть, обо что спотыкаются.
 
— После тебя, — сказала Чарм, жестом предлагая ему идти первым. — Это твоё заклинание. Если ты умрёшь у меня на глазах, обещаю непременно пристрелить то, что тебя убило.
— Это так мило с твоей стороны, — пробормотал Оуэн, но вошёл первым.
Первый волшебник выбрал странное место для жизни, если он всё ещё был здесь. Стены, потолок и пол — всё выглядело… неестественно. Это было так, как если бы пещера была построена, чтобы выглядеть как пещера, а не просто формировалась на протяжении веков. Сталактиты были слишком идеальными и расположены слишком равномерно, в то время как дорожка была чересчур гладкой.
— Что-то не так, — произнесла Чарм. — Если бы наука действительно здесь не работала, мои рука и нога были бы мертвы. Происходит нечто большее, чем мы можем видеть. — Она положила руку на стену. — Думаю, что это более локализовано. Какой-то сильный электронный импульс мог нарушить способность света парить вблизи входа. Но какой в этом был бы смысл? Единственное, для чего понадобился бы такой мощный источник энергии, был бы какой-нибудь… — Она сделала паузу. — Ой.
— Ой?
— Ничего.
— Что значит «ничего»? Не делай так.
— Просто подумала, что какие-нибудь энергетические решётки, падающие над входом в пещеру, могли бы произвести эффект, который погасил бы мой свет. Вот и всё.
— Энергетические решётки.
— Да. Энергетические решётки.
— Как решётки. Сделанные из энергии. Скажем, для тюрьмы. Чтобы держать кого-то или что-то в ловушке внутри.
— Или снаружи, — пожала плечами Чарм, продолжая прокладывать себе путь через пещеру.
Оуэн схватил её за руку, его сердце бешено колотилось.
— Так ты говоришь, что это ловушка?
— Возможно, — проговорила девочка. — Это было бы не в первый раз. Кого это волнует? Если это так, мы будем пробиваться наружу с боем. Вот как это работает.
Оуэн проглотил несколько отборных слов для неё, затем заставил себя продолжить идти, в его голове всплывали видения роботов-вирусов в Оригинальном компьютере.
Заклинание света освещало не больше, чем на несколько футов перед ними, и ещё меньше — позади них. Оглянувшись, Оуэн не смог разглядеть вход, несмотря на то, что снаружи был яркий дневной свет. По какой-то причине у него пересохло во рту, больше всего на свете ему хотелось убежать тем же путем, которым они пришли, и никогда не возвращаться.
Хотелось надеяться, что книга была почти закончена, потому что это оказалось не так весело, как он изначально думал. Было гораздо меньше потрясающей магии и науки, и слишком много смертельных опасностей. Всегда ли книги были такими опасными?
И между прочим, куда подевался Никто? Разве он не должен был вернуть Киля и Магистра обратно? А если серьёзно, что случилось с Бетани? Собиралась ли она когда-нибудь вернуться за ним? Или она решила наказать его, оставив в книге умирать какой-нибудь ужасной смертью в пещере? Читала ли она прямо сейчас седьмую книгу, смеясь над ним?
Или, что ещё хуже, она попала в беду и не могла помочь ему, даже если бы он в этом нуждался, точно так же, как он не мог помочь ей?
Никто говорил, что Оуэн может застрять в книге до конца. Отлично. Он просто проживёт остальную часть истории так быстро, как только сможет, а потом найдёт Никто или Бетани, ждущую его. И если Бетани была в беде, то тем больше причин покончить с этим здесь, чтобы он мог вернуться и разобраться с этим.
Ни одна из этих мыслей не заставляла его чувствовать себя лучше, поэтому Оуэн крепче прижал к груди свою рассерженную книгу заклинаний и попытался выбросить эти мысли из головы.
Казалось, прошли годы, прежде чем они действительно что-то нашли, хотя, вероятно, прошло всего несколько месяцев. Или минут. Одно из двух. Но постепенно они начали замечать странные разломы в пещере. Кое-где вместо камня был лишь намёк на что-то металлическое, как будто камень был каким-то поддельным покрытием. Оуэн постучал по камню, и он показался реальным, но почему за ним был металл? К тому же металл, в Магистерии? Они всегда использовали дерево или камень в своих зданиях. Металл был слишком научным.