Альтернатива (СИ)
Глава 18 Бугурт
Несколько дней мозгового штурма, направленного на вспоминание всего, написанного ранее рифмованного бреда дали великолепный и неожиданный результат: меня отпустило. Начав перекладывать листы, читая рукописные строки, я понял несколько вещей: большая часть моих стишат неформат для существующей литературной традиции, слишком резко, слишком ярко. Кроме того, это в принципе немногим интересно, тем более что сейчас и так издается достаточно всякого бумажного мусора. Ну и наконец, мне самому это зачем? Захотелось слегка потешить своё эго или даже не слегка? Лучше я отнесу кое-что в какую-нибудь «Юность» или другой литературный журнал. Захотят – пусть печатают. А нет, так и хрен с ним.
Вечером успокоил родителей, объяснив, что попытки литературного штурма признаны неудачными. Мол, больше такого не повторится, отбой поэтической тревоги.
Перед сном отец улучил минутку пообщаться без мамы и по-мужски:
- Жора, я видел, как ты приехал. Ты ходишь с оружием. Всегда?
- Не всегда, но часто. Привык уже, без плечевой системы как голым себя чувствую.
- И что, это так необходимо? Ты меня пойми, я волнуюсь.
- Пап, не так, чтоб прямо очень, и, естественно, не всегда есть такая потребность. Но лучше «Беретта» у меня будет болтаться и не пригодится, чем понадобится и её не будет. Как-то так.
- И пригождалась?
- Наган однажды очень вовремя подвернулся под руку. Думаешь, старлея мне дали за красивый отчет?
- Смотри, чтоб мама не узнала.
- Угу. Приложу все усилия.
Расплевался с литературой, и сразу руки дошли до доспехов. Вытащил своё железо и тряпочки из-под дивана, где они хранились два года с момента моего призыва – всё в приличном состоянии. Не сопрел поддоспешник, не заржавела сталь. Так, слегка кое-где, надо будет вычистить и салом протереть. Попытался померить – облом. В ранней молодости, то есть лет до двадцати пяти, а то и позже у некоторых, физические кондиции скачут. Занимаешься интенсивно, организм распирает в разные стороны, бросаешь это дело – скукоживаешься. Знакомый парнишка полуфехтовальщик-полубодибилдер жаловался, что то не влезает в свой комплект, то выпадает из него. Я на армейской пайке сбросил массу, но всё равно в старый комплект не влезаю, а подкачаюсь, совсем мал будет. Но тем и хорош мой зерцальный доспех, что кольчатые соединения можно раздвигать, вплетая новые ряды колец. Шлем не жмет, наручи регулируются. А вот стеганый поддоспешник придется расставлять, вшивать клинья на боках. Хорошо, что у него рукава не вшиты, а привязаны шнурком, меньше мороки.
Полного дня мне хватило, чтобы привести доспехи в достойное состояние, благо в папиной мастерской, которая у него в гараже оборудована, было и место, и инструмент. Почему-то мне не хотелось заниматься ремонтом на базе в «Арсенале», а именно для похода туда я и готовил свой комплект. Так давно не дрался, что аж плечи чешутся.
Конспирация конспирацией, но на себе я доспехи в «Арсенал» не потащил, подкатил на Шерхане ко входу на стадион и поставил машину рядом с вечно запертыми воротами. Закинул баул на плечо и пошел на нашу базу. На нашу? Хм. Естественно, обошлось без внезапного драматического вступления в свою бывшую епархию – я заранее дозвонился до нового тренера, до своего очень-очень старого знакомого и договорился о времени прихода.
- Александр Алексеевич, привет! Как жизнь молодая!
- Жорж, здорово! Ты уже дембельнулся! Поздравляю! – А по голосу чувствуется, побаивается бывший учитель меня. И я вполне его понимаю, из Узловского Дома спорта бывший физрук попал в областной центр, тренирует неплохую команду, которую я ставил на крыло… Для учителя физкультуры Нижнеподпопинской школы карьера супер. А вдруг Милославский пришел забрать то, что принадлежит ему по праву? Тем более, что Александр знает, какой у меня авторитет в Федерации фехтования. С другой стороны, он уверен, Тульская команда уже не мой уровень.
- Александр, заранее предупреждаю, на твоё место не претендую, я в Москве уже работаю.
- Во как! Только уволился, не погулял лето, и уже впрягся? Признавайся, куда тебя переманили?
- Пока не скажу, чтоб не сглазить. Будем считать это военной тайной.
Пока трепались на разные спортивные темы, прогулялись по базе. База не выглядит заброшенной, значит шефы-оружейники не бросили команду. Это радует. Тренер расцвел прямо от известия о моём невозвращенчестве, правда сетовал, что в Минске я напортачил с командой БелВО, слишком хорошо их натаскивал. Пришлось объяснять, что родные мне не только туляки, а вообще все истфехи страны. Вот сейчас на слуху десять команд из крупных городов, а я мечтаю, чтоб было тридцать. И чтоб чемпионат по центральному телевидению собирал полстраны как хоккей. Что мне вообще по барабану, кто побеждает, главное сам процесс не заглох. Принцип «делай добро и бросай его в воду» в чистом виде.
- Жорж, сейчас тренировка будет, парни обрадуются, когда тебя увидят. Ты же останешься?
- Саш, какой может быть разговор! Кстати, ничего, что я тебя по имени, а не как в школе, по батюшке величаю?
- Хорош подкалывать, Жор. Нормально всё. Это по началу приятно было – только после института, а уже по имени-отчеству. К тридцати наоборот, хочется молодым оставаться.
- Понял, учту. Саш, а Сумрачный Гений как там, не развелся еще?
- Отстаешь, он уже снова женился. Директор межшкольного цеха исторического костюма и снаряжения. Считай, самая уважаемая марка по снаряге в Союзе у нас в Узловой клепается.
- Этот момент мне известен, сам белорусов в неё паковал в прошлом году.
- Жора, ты так и не ответил, ребят дождешься?
- Александр, где твои глаза? Вот же баул мой валяется, я его чисто для прикола волок? Я твоих Гавриков не просто дождусь, я их еще и побью конкретно.
- Жорж, наших Гавриков.
- Принимается поправочка – наших. У тебя какой план тренировки на сегодня?
- Разминаются по-легкому, потом пакуются и избивают тебя.
- Хороший план. Вовремя я подвернулся. А то бы даже не знаю, как ты выкрутился, кого бы им подсунул.
Я встречал бойцов в тренировочном зале, стоя рядом с их тренером. Старички меня не просто все знали, а знали как облупленного, да и сами были биты много раз в целях достижения высоких спортивных результатов. Так что совершенно нормально было то, что наобнимался со всеми. Шум, смех, крики и приветствия смолкли только с началом тренировки. Как-то на автомате я тоже подключился к группе и разминался вместе с ними, словно принимая главенство тренера в этом зале на это время. Пока всё выглядело так, словно я тоже его подопечный. А вот, когда мы упаковались, всё изменилось, я взял процесс в свои шаловливые ручки. С Александром мы этот момент согласовали заранее.
- Парни, сейчас я буду вас тестировать.
- Это как?
- Месить он нас будет!
- За что, я только жить начинаю! – вот собрались балаболы.
- Отставить юморок! Некоторых я хорошо знаю и так, а кое-кому проведу тест на устойчивость моральную и физическую. Ну и навыки посмотрю. Те, кого вообще не знаю, могут расслабиться, их сейчас бить не буду. Ты, ты, ты и ты: по очереди спарринги со мной по одной минуте без счета. Очередность сами определите. Первый на ристалище! Александр Алексеевич командует.
Ученики люди подневольные, дисциплина у настоящих спортсменов вбита под кожу тренером. Так что без эксцессов и шума на ристалище вышел первый кадр
- Бойцы меня слышат? Бойцы к бою готовы? Бой!
По команде тренера первый спортсмен бросился в бой без раскачки и разведки. А чего качаться, всё равно я его буду бить быстро, больно и с фантазией. А так, может он ритм мне собьет или комбинацию разрушит, если повезет. Наработанные рефлексы никуда не делись, техника тоже со мной, только выносливость не на уровне. Я считаю, что этот параметр вообще никогда не бывает достаточным. А еще скорость можно наращивать до бесконечности. В смысле, нельзя, но очень хочется. Именно эти два параметра, скорость и выносливость помогают биться бесконечно долго, а техника делает движения эффективными.