Альтернатива (СИ)
Глава 15 Встречи и долги
В жизни человека, проживающего в Москве, есть просто вокзалы, а есть те, которые в его судьбе занимают особое место. Допустим, с этого вокзала он на дачу ездит или в деревню к родственникам, а то и к родне на малую родину. А может, с этого вокзала он уезжал служить срочную службу или возвращался на дембель. У меня таких призывально-дембельских вокзалов два – Киевский и Белорусский. Три раза служил срочную, и всегда увозили с Киевского. А сейчас и на дембель сюда попал. Опыт не пропьешь, первый раз тянул лямку два года, а крайний - всего два месяца. Вона, я стал суеверным каким – уже говорю слово «крайний» вместо «последний».
Такси до дома, помыться с дороги под душем, лежать в ванне некогда, проверить квартиру на предмет протечек, поломок и проникновения, переодеться… Короче говоря, есть дома, чем заняться, прежде чем на службу рвать когти. Кстати, служебное удостоверение и оружие я перед командировкой сдал, а пропуск у меня в сейфе лежит. А сейф вмурован в стену за шторкой и не бросается в глаза, если вверх дном квартиру не переворачивать. А квартира на охране в милиции, так что насчет взлома не шибко переживаю. Да и не врывается никто в квартиры дуром, только по наводке лезут. Совсем уж шелупонь иногда выжимает замки там, где почтовые ящики переполнены, но у меня такой вариант не пройдет. И не выписываю ничего один из всех своих знакомых, и дверь с замком с кондачка не вынесешь: под листом тонкой фанеры стальное полотно, и сама дверная коробка стальная. На заказ делали, в магазинах такого пока не предложат. Получилось так неплохо, что гуляла мысль самому заняться выпуском, но частная лавочка пока под запретом, ежели не по одной двери в месяц за бутылку.
И на службу на такси, потому как без служебного удостоверения кататься на машине без документов нежелательно. Ага, в Ясенево такси поймать… надо было попробовать по телефону заказать, но тоже из другой области, из фантастики. Ночью еще приедут, особенно в аэропорт отвезти на дальняк. А днем – только частники, останавливающиеся по мановению руки. Особенно, если упакован как я, в фирму, с ударением на последнем слоге. «Привет, братишка! В центр! Пятёра!» - конкретный адрес назову на полпути, а то некоторые пугаются от такого словосочетания как «площадь Дзержинского». В Детский мир ехать готовы, а на площадь Дзержинского опасаются, хотя вроде одно и то же место.
А меня на службе не ждали, оказывается! По их пониманию, сначала должен звоночек прийти из Черновцов о том, что засланец обратился к ним за эвакуацией, а уже потом постепенно, как на черно-белом фото, и я проявлюсь в видимости начальства. Угу, а еще есть вариант, когда разведчик возвращается по кусочкам. Не готов я доверять заботу о сохранности моей тушки посторонним. Паранойя, она мне как совесть на ушко постоянно что-то шепчет, только волнуется за меня, а не за посторонних. Выбирая между ними двумя, пожалуй, за командира в отсутствие здравого смысла я бы оставил паранюшу мою. А вот жаба с хомяком даже не рассматриваются в качестве кандидатов на управление – эти хуже совести, заведут в такие дали, откуда не вынесешь. Правда, в этот раз они отличились, и с той машиной вовремя подсказали, и с барахолкой во Львове.
Рапорты и рассказы, снова рапорт, потом отчет, потом аналитическая записка, потом… пожрать мне дадут?! Да никуда ваша дивизия не денется, я пошел в столовую! Вот плюс организации, жирный плюсик ей: о людях думают, людей экономят как критичный ресурс, и столовка работает весть день, а ночью буфет для особо зашибающих, то есть для трудоголиков. Охота помереть от работы – так пусть дохнет сотрудник от работы, а не от гастрита или истощения.
Вернули меня, получается, в аналитический отдел, откуда начинал. Стоп, начинал службу в органах я не с отдела, а с поля, то бишь, удостоверение выдали в Минске, когда я мечом махал на благо министерства обороны, будучи одновременно зенитчиком-ракетчиком. Мне иногда даже забавно, вдруг я не сверхразумной жабе в радиоактивном болоте снюсь, а какому-нибудь западному писателю-прощелыге, который меня сочиняет за длинный доллар? Оттого и кидает так по жизни. Бред какой-то в башку лезет, видимо от усталости. И ведь спал в поезде двое суток, добирая все те часы, которые упустил, когда на рывок пошел. Пора домой, ночь уже. А завтра еще на службу к девяти. Так даже лучше, завтра все срочняки подобью, и в отпуск, я на службе уже больше года числюсь, в отпуске не был ни разу. Смылился весь, штаны болтаются, и это не фигура речи.
На следующий день выяснилось, что подбить все бабки за один день нереально. Видите ли, составленные рапорты пошли наверх, появились вопросы, и их надо решать не через месяц, а сейчас, и Милославский как непосредственный участник событий не может не участвовать и не давать пояснений, ага, в письменном виде и под аудиозапись. Сучок Онегин это всё знал заранее, он просто не хотел меня расстраивать раньше времени. Я бы сказал честнее, отдача эффективнее, когда лошадка видит конец пути, а ослик морковку перед носом.
- Петр, может хоть на завтра дашь мне денек в честь отпуска?
- Категорически нет, Жора. Завтра суббота, твой законный выходной, послезавтра тоже. В смысле, послезавтра не тоже суббота, а воскресенье, но ты продолжай отдыхать.
- Ну хоть так, а то вымотался. Петя, ты вообще в курсе, что человек не может пахать без отдыха два года подряд. Что ему отдых нужен, а то он выгорит морально.
- Так то человек, а ты сотрудник комитета госбезопасности, тут другие СНиПы и правила. К тому же, ты у нас работаешь не два года, не трынди.
- Да? А не забыли ли вы, уважаемый исплататор, что меня призвали в мае позапрошлого года в ряды Советской Армии, и с тех пор я как раб на галерах служу на благо Родины без отпуска? А уже июнь начался, позавчера, между прочим. Нет, я готов в отпуск и зимой, но тогда на Кубу. Кстати, а почему у нас туризм в этой чудесной стране не развит?
- Знаешь, не задумывался. Может, дорого?
- Так мы этих чернозадых и так дотируем в полный рост, пусть за те же денежки хоть что-то делают. Доминиканцы амеров принимают на своем острове, а эти пусть наш народ восстанавливают после ударного труда.
- А почему ты их чернозадыми зовешь? Там же мулаты живут в основном. И эти, потомки испанцев. У меня много знакомых кубинцев. Даже кубинки есть, красивые девушки, не при супруге будет сказано. Все или светленькие или смугленькие. Не черные ни разу.
- Размечтался. В нашу страну учиться едут только потомки испанцев и светлые мулаты. На высокие должности во врачи они же попадают, и в телевизор с речами, это верно. А остальные примерно девяносто пять процентов населения на Кубе – чернокожие. Расизм там, мягкий и вежливый, но расизм. Там архипочетно, как говорил дедушка Ленин, быть светлым. И чем светлее, тем круче.
- Зашибись, у них социализм.
- Угу, там ежедневно четверть автобусов на линию не выходит из-за прогулов, а ты говоришь социализм. Прогрессивный строй за наш счет там. Место зачетное, вот они им и торгуют. Так пусть продают его с нагрузкой, то есть с пляжами. Эх, там такие пляжи! Вот только восстанавливать надо всю инфраструктуру, то есть отели и структуру обеспечения.
- А Сочи? У нас же там отличные курорты!
- А Сочи считать курортом — это как шесть соток дачей назвать. Смешно и убого.
- Кстати, Жорж, за тобой долг тянется на несколько месяцев. Мне Голов всю плешь проел: дай ему соавтора разработки «Лешего», куда вы его сослали, верните немедленно! Прикинь, кричит в трубку, вот прямо угрожает!
- И что теперь? Он же не по нашему Управлению, его дело четвертое или пятое даже.
- Нет, товарищ Милославский, мне сверху намекнули отправить тебя в понедельник в Балашиху, на эту дату уже и комиссию назначили.
- Весело! Без меня меня женили, получается. А подготовиться?
- Тебе-то чего готовиться, рот открыл, трепаться начал, вот и вся готовность. Ты ж у нас этот, оратор-балабол, речей дома заранее не пишешь. Так что отдыхай два дня, а в понедельник с утра в КУОС, я уже пообещал.