Альтернатива (СИ)
Кстати, Чумак с Кашпировским в этой реальности еще не проявились, только Глоба и Джуна потихоньку отсвечивают. Ну и маги рангом помельче начали активизироваться. По мне, Ленин не все признаки революционной ситуации указал в своих трудах, забыл про оккультизм и семечки. А на самом деле вполне себе признаки, хоть и не факторы. Как увидишь народ, массово лузгающий семечки и бегающий по гадалкам, ищи революционные кружки. Владимир Ильич в своих заграницах просто не мог собрать качественный материал, не совался он в страны на высоком градусе разогрева. Так, всё больше по теоретической части, и неплохо у него получалось. А как на практике начал рулить, так его и того. То на гоп-стоп возьмут, то подстрелят, то из Москвы выселят. Потому как вокруг практики стояли, им его желание порулить было как нож в сердце. Руль один, а пламенных сердец много. Потому и привязали к решетке радиатора как свадьбищенскую куклу. Сначала живого, а потом и труп там оставили. Трупом Ильич даже удобнее оказался, не пытался письма рассылать контрреволюционные, всякие там «Завещания».
Но сейчас аналитикой прирост потребления семечек впрямую через рты не отследить, собранный подсолнечник весь попадает в графу «масличные культуры» без выделения отдельной строкой «слузгано на колени тонн (ошелушенных/неошелушенных)». И экстрасенсы не регистрируют кооперативы, не сдают отчетность в налоговые органы. Так бы всех ясновидящих в кутузку за нетрудовые доходы, но не поймать никак. Они же ясно видят без дураков, что с милицией надо делиться, так что заранее знают о приходе инквизиторов. Те еще костер не запалили, а оборотни уже погоны надели и обратно вернулись из деревни, где живет ими предупрежденная об облаве колдунья.
А вообще, я очень надеюсь, что после очередной поданной мною аналитической записки, это когда я штаны протирал у аналитиков, госбезопасность сможет отвлечь часть своих немалых ресурсов от поиска врагов в трудовых коллективах и начнет искать настоящих там, где нельзя. По отдельным фразам в беседах с руководством я уловил, что декларируемая неприкасаемость партийных органов дала большущую трещину, когда Романову показали часть раскладов по битве за престол. В той битве нынешнему первому лицу была уготована ранняя пенсия и домашний арест с помидорами на даче, как товарищу Хрущеву. В нечастых беседах на достаточно высоком уровне руководители Второго Управления со мной общались не как с шуткой Комитета и безусым лейтенантом, а как с пожилым попаданцем волею Мироздания. Так сказать, сверяли часы и расставляли реперные точки. И именно эта моя функция была основной, а не чтение газет.
Почему вспомнил «Тридцать первое июня»? Ну так ПАЗики стрелой не мчатся, время есть. Опять же темы схожие, там девица вляпалась в разборки сильных мира и нырнула за любимым в чужое время. Так и я куда-то вляпался, хотя и нырнул не по своей воле и не так далеко. Может и мне надо было туда, в Камелот вместо всего этого? Диарея, сквозняки, голод и немытые селянки, нет, нам такого не надо! Уж лучше тут без интернета чем в Камелот без ватерклозета. Мироздание, прости меня дурака старого, не посылай в средневековье! Я лучше тут снова состарюсь.
Зима, солнце, лёгкий морозец щиплет носы, румяные парни выпрыгивают из автобуса и от полноты чувств и просто от радости жизни начинают прыгать и плясать – лепота! Вот она, Русь-матушка, вот он неизбывный дух нашего народа! А нет, отбой по радости жизни. Народ замерз, сидя в неотапливаемом транспортном средстве, а теперь пытается согреться прыжками и элементами боевого гопака. То-то я удивлялся, почему румянец у некоторых с синюшным оттенком, это они дуба давали в салоне. А я в норме, я не замерз. Что значит спорт и молодость. А еще место впереди вплотную к двигателю. Ну дак начальство завсегда впереди на лихом коне, ежели не стреляют. Зато так парни больше похожи на механизаторов из «Напрасного труда», чем на мясников из подвалов Лубянки с руками по локоть в крови.
Налет начали с Универсама с большой буквы. Здоровенная красная буква, небось больше меня, была видна издаля, если выражаться языком побочных потомков Толстого.
- Народ, погнали! Час на разграбление. Хожу среди вас, наблюдаю поведение. Записывать ничего не буду, чтоб вам не обламывать процесс.
- Жорж, а по стопарику можно для сугреву?
- И как это впишется в вашу модель поведения?
- Идеально.
- А чего тогда спрашиваете? Эдак я скоро услышу «Марь-Иванна, я писать хочу!»
Как настоящие русичи мои архаровцы начали штурм цитадели врага с ликеро-водочного отдела. Под неодобрительные, но понимающие взгляды они затарились, скучковались в углу под лестницей и сугрелись. Мне не налили. Да я и сам понимал, что разрушил бы всю маскировку распитием игристого под камамбер. Кстати, ни брюта, ни камамбера в Универсаме не нашлось. Нашелся отдел заказов, где подогретые товарищи буйно выясняли возможность отовариться как-бы заказами с небольшой наценкой. Уболтали тетку и теперь сочиняли адреса своего проживания в столице для записи в книгу заказов. Блин, ничего путного в этом отделе не продавали, только фигню всякую типа конфет-ассорти, растворимого кофе и полусладкого шампанского. Картину завершала сухая колбаса. Ладно, даю попятного, по местным меркам как раз самое то, что народу надо. Восьмое марта на носу.
Курсант Сухопяткин вместо того, чтобы как все отовариваться в отделе заказов, завис в кафетерии на этом же втором этаже. И чего он там хочет добыть, надо посмотреть краем глаза. Ага, начал с коньяка «Белый аист», который тут только на разлив, смелая попытка, гляди-ка, смог чертяка языкастый. Я сижу за столиком неподалеку и пересчитываю деньги, шевеля губами. Бутылка Пепси ждет, когда я долью в свой стакан остатки, а вот нет. Сначала досмотрю театр одного актера. Молодое дарование уже убрало в свою сумку полиэтиленовый пакет с кофейными зернами и сейчас тихонько шепчет что-то на ушко продавщице, красавице между двадцатью и тридцатью примерно полупервой-второй свежести. Похоже, Сухопяткин решил обойти всех по части вживания в роль. Ого, да у него свидание нарисовалось, причем вот прямо сейчас, судя по появившейся на стойке табличке «Перерыв». Не буду смущать голубков, допиваю и ухожу.
Нормально вышло у всех, часа хватило, чтоб отовариться, пошляться по магазину, пособачиться с пенсионеркой на тему «едут сволочи и всё сметают с прилавков, а москвичам двести грамм Докторской потом не купить после них». Приятный такой диспут получился у Никоненкова с применением ненормативной лексики, простой народ на периферии живет. С разной степенью успешности все курсанты показали свои умения в набрасывании чужой шкурки. Кроме Сухопяткина. Этот обалдуй не смог. Он не смог скрыть довольное выражение лица и чувство превосходства над товарищами, когда мы наконец-то дождались его под буквой «У».
- Сухопяткин, оно хоть того стоило? Так рисковать здоровьем ради выполнения задания преподавателя и плюсика в личное дело.
- Вы ж сами нас учили, что в любом коллективе всегда хоть один гандон найдется. У Веры их целая пачка была. А еще вот! – и он показал настоящие дефицитные дефициты вроде коньяка, натурального кофе и шоколадки «Вдохновение».
- Пентюх, это нерастворимый кофе! Его молоть и варить надо. У нас смотри – бразильский растворимый натуральный!
- Сами вы пентюхи, пацаны! Растворимый кофе как безалкогольное пиво и резиновая женщина.
- А разве бывает безалкогольное пиво?
- Всё ясно, резиновые женщины тебя уже не смущают.
- Мне рассказывали, подводникам выдают в дальний поход. Чего такого, Жорж?
- Тебе наврали. Там места нет на лишний груз. И с давлением сложности.
- И что там с давлением?
- Как на глубине давление повышается, так надувная девушка в ребенка превращается. А как к поверхности подвсплывают, её раздувает. Тут во, тут вообще во! – И я показал руками, где и сколько этого «во».
- Круто же!
- Угу, а как под тобой лопнет, да как об переборку башкой долбанешься, тотчас не круто станет. Сразу аварийная звенеть начинает.