Живые и мертвые. Часть III (СИ)
Бросаю на них гневный взгляд, отчего группа наконец привела себя в порядок.
Коротко вздохнул и неспешно двинулся вверх, заодно продолжая размышлять, что всё-таки сделать с Таубером, Волчнером и Фриманом, если… этот самый Альваро их действительно отпустит?
Вот уйдут они, даже на своих двоих, а мы тут, хе-хе, станцию зачистим! Как герои из легенд.
А потом кто-то из заложников откинется и на меня посыпятся шишки. А может и нет. Хрен бы его знал. Хотя не, ежели Брюс останется жив, то они посыпятся в любом случае. «Напал на союзников!» и чёрт ещё знает что пойдёт в длинный перечень обвинений. После такого лишь посыпать голову пеплом и сваливать от греха подальше. Оно мне надо?
Ладно, пока ещё, если это не были самые быстрые переговоры в мире, мы не должны сильно отставать по графику. Не должны…
Поднявшись на второй этаж, оказались в широком и длинном коридоре, немного напоминающим строение первого этажа. Но лишь напоминающим. Оглядываюсь на Жерара.
— Здесь бассейн и залы подготовки, — тихо прошептал он, обдав меня вонью изо рта. — Моя территория, — улыбнулся. — Ещё кабинеты администрации, но там не очень удобно, туда наши почти не заглядывали. Если кто-то и будет здесь, то возле раздевалок и спортивных залов. Парни любили погонять в баскетбол, когда делать было нечего.
— Счастливые люди, — комментирует Чапман. — У них имелось свободное время! Вот у нас, сука, почему-то нихрена его не было!
— Тише ты, клоун, — шикнула на него Маджо.
— У нас есть порядка пятнадцати минут, — выдаю Пелену чуть меньше времени. — Есть смысл пройтись по второму или лучше сразу идти на третий?
Мне нужен был человек, чтобы узнать у него ответы на кое-какие вопросы, которые окончательно превратят эту «локацию» из неизведанной и странной, где каждый миг из-за угла может показаться враг, расстреливающий тебя из пушки, в простую и понятную.
Вдобавок, осталось совсем мало времени до срабатывания будильников, которые заставят зомби начать ломиться в… незапертую дверь, через которую мы прошли. А дальше, не пройдёт и нескольких минут, как они окажутся возле нас, пройдя по специально оставленной «дорожке из хлебных крошек».
По хорошему, мне бы направить эту орду не впустую разбредаться по местности, а точечно на моего главного врага. Для этого не помешало бы узнать, где именно он находится.
— Конечно смысл есть, почему нет? Говорил же, тринадцать человек в группе. Из них четверо женщин. Ещё и дети, трое. Все бродят по корпусу… — махнул он рукой. — Места тут много и оно безопасно. Было.
— Дети? — вскинулась Сара. — Ты не говорил про них!
— Это что-то меняет? — хмыкнул мужчина. — Вы ведь собрались убить их всех?
— Но… что тебе дети-то сделали? — процедила она сквозь зубы. — Тем более, ты жил среди них! Пусть и недолго!
— И что с того? Я их совершенно не знал! Они пробыли «рядом со мной», как ты сказала, всего чуть менее недели, до того, как меня не посадили! И ты думаешь их пощадить? — Жерар удивлённо и с долей раздражения на неё покосился. — Но зачем? Они — копии своих родителей, ведь это очевидно. А раз так, то вырастут такими же отвратительными людьми. Иначе почему у афроамериканцев из гетто рождаются продавцы дури и автоугонщики, с малых лет попадающие в тюрьму?
— Не разводи грёбаную философию, — женщина хватает меня за плечо. — Эйд! Детей трогать нельзя.
— Спасём, если вовремя обнаружим, — мягко улыбнулся, но в глубине души был полностью на стороне Пелена. Куда мы денем каких-то там детей? Ребят, у которых сами же убили родителей? Или кто-то думает, что они никогда про это не узнают? Ха!
Тренер вздохнул и махнул рукой, после чего пошёл вперёд, указывая дорогу. Мы отправились следом. Я лишь мог надеяться, что спор на повышенных тонах не привлёк чьего-либо внимания.
Шли мы недолго. Буквально пара минут и перед нами показались приоткрытые двери, с табличкой «Раздевалка».
— Так-так, — чуть ли не себе под нос шепчу я. И не зря. Разговор. Я слышу чужой разговор! Похоже, есть возможность взять кого-то из этих уродов и допросить. Причём не как этого старика… Ладно, не старика, но… не важно. А прямо по нормальному.
Вытаскиваю телефон, на котором таймер отсчитывает время: семнадцать минут. Успеваю. В крайнем случае есть откат и возможность «бульдозером» промчатся по нужным точкам, заранее зная, и куда идти, и что встретится по пути.
Делаю группе знак приготовиться и достать холодное оружие. Судя по голосам, там двое мужчин. Мы должны взять их тихо…
* * *— Гениально… Шедеврально… — Лэнс пыхтел, как паровоз.
— Не гунди… — улыбаюсь я. — Каким ещё образом предлагаешь его допрашивать?
— А ничего, что мы оставили в раздевалке лужу крови на месте, где ты перерезал глотку второму? — хмыкает Сара, тоже помогающая в переносе некого «Санчеза», от вида которого Жерар улыбался так, словно к нему на дом приехала любимая порно-актриса.
— Мы спрятали тело второго в шкафчик. Надеюсь, это хотя бы на чуть-чуть заставит остальных поверить, что всё хорошо, — отвечаю ей.
— Сам-то веришь в это? — вздохнула она. — Может, пока ещё есть время, отключим телефоны? Если пройдём по нашим следам…
— Успеем, верь мне, — уверенно киваю ей.
— Тц, — хмурится девушка. — Не думаю, что он будет отвечать, даже если…
— Я немного знаком с темой допросов, — уголок рта кривится будто бы сам собой. — Поверь, этот человек не будет долго зажиматься. А полевой допрос проводят быстро и только с подручными инструментами. Мы успеем минут за десять и ещё доведём дорогу из «хлебных крошек» до третьего этажа.
— Блядь, — ругнулась она. — Если всё получится, то… — и замолчала.
— Расскажешь мне это наедине, — дополняю её слова.
— Побойтесь бога, «друзья», — раздражённо бурчит Чапман. — Сейчас не время вести разговоры о потрахушках.
— А о чём время? — Сара обожгла его злобным взглядом. — Время шутить шутки? Натягивать на макушку разноцветные колпаки?
— Жопу твою натянуть, да так и оставить! — сплюнул он прямо на стену.
— Э, — подал голос Том. — Это ведь наша будущая база, Лэнс!
А сам, когда прижимался окровавленной тушей к этой самой стене, что-то ничего не говорил!
Промолчал и я. Не хотел бессмысленного трёпа.
— Вырвалось, — мрачно ответил парень, не став развивать тему.
— Сюда, — указал Пелен на одну из непримечательных дверей. — Это туалеты. Отдалённое от всего чего можно, помещение. Думаю, здесь будет нормально… — он пожимает плечами. — Если хочешь, я мог бы начать…
А то я, сука, не вижу, как тебе этого хочется!
— Ты сможешь закончить, — отвечаю мужчине. Почему бы не дать ему возможность выпустить пар? Просто представляю себя на его месте и понимаю, что имей я возможность тихонько бродить по базе ночью, то уже самолично повырезал бы уродов.
Кстати, а чего это он сам так не сделал? Боялся кого-то разбудить и не справится? Или ненависть к этим людям держалась в узде? Вроде Жерар говорил, что опасается попасться или попросту не справиться. Хм, вроде логично. А, точно, он утверждал, что даже если всех убьёт, будет продолжать оставаться здесь запертым, будто в тюрьме. Пусть даже большой.
— Бросайте, — киваю на отделанный плиткой, кафельный пол в туалете, куда тут же и швырнули нашего пленника. «Санчез» возмущённо заорал, но наскоро сделанный кляп из разорванной рубахи второго, ныне мёртвого мужчины, не позволил крику вырваться из его глотки.
Присаживаюсь на корточки.
— Могли бы и не прямо-таки кидать, — слабо улыбаюсь, — Том, наблюдай за коридором. Лэнс, иди с ним, разбейтесь там так, чтобы держать в поле зрения всё пространство.
— Пошли, здоровяк, — махнул Чапман рукой, выходя с великаном наружу.
Резким движением срываю кусок клейкой ленты, удерживающий ткань во рту пленника, на что он взвизгнул. На светлой полоске остались волосы из его усов и бороды. Эдакая депиляция области рта.
— Ну-ну, — обхватываю его челюсть, удерживая взгляд. — Давай начнём. Ты ведь не будешь говорить?