Стриптиз — не повод для знакомства (СИ)
Глава 3. Девушке нужно обязательно выпить после секса без оргазма
— Привет, дорогая, давно не виделись.
Нет-нет-нет, пусть это будет не Виктор, только не Виктор. Но стоило мне сегодня о нем вспомнить, как черт явился. Кажется, я так скоро вместе с матерью ударюсь в веру.
А с учетом моей головной боли и накрученного состояния только этого бывшего патолога мне и не хватало. Кстати, точно.
— Вить, а ты что тут делаешь? Разве не улетел в стезю расследований убийств и интересных диагнозов?
— Ох, мечта о судмедэкспертизе оказалась не такой уж реально сладкой. — Последнее слово Виктор сказал с такой ухмылочкой, что меня передернуло. Почему все на меня навалилось вот так сразу? Жила же себе счастливо. Или это стоило мне помыслить о замужестве, как один из моих самых преданных «поклонников» явился по мою душу? Как бы бывший еще не вспомнил о своей великой любви. Такого я уже точно не переживу. Ведь и Марго под боком нет — урезонить романтические порывы нашего Ишака.
Нужно срочно позвонить этому стриптизеру и узнать, все ли у них нормально. Но тут я столкнулась с проблемой — не взяла с собой телефон. Сердце было неспокойно, так что я забежала в ординаторскую, в которой уже сидел Федор Степанович.
— Людочка, как хорошо, что вы с Виктором уже сработались. Я взял его на четверть ставки, а то Ирочка ушла, проверка на носу, а у тебя отпуск скоро.
Я постаралась улыбнуться, понимая, что мой золотой начальник за меня же и беспокоится. Особенно ценно его поведение тем, что ведь знает — мне некуда уходить. Не так уж много мест работы под мою специальность.
Поэтому не стоило и надеяться, что с Витей я больше не пересекусь.
Тут даже не судьба, а закономерность. Ведь предупреждала же бывшего коллегу, что судмедэкспертиза для него слишком грязная работа. А Витя такой педант, он даже волосы себе лаком смазывает, чтобы были симметричные. Перчатки меняет перед касанием к каждому органу. При сильном запахе надевает сразу несколько масок. Ну и как ему в судмедэкспертизу, где трупы не из больнички приходят, а из разных уголков города, иногда в по-настоящему ужасающем состоянии? А выездная работа в грязь?
— Федор Степанович, а можно я вашим телефоном воспользуюсь? Сыну нужно позвонить.
Наш добряк, естественно, сразу отдал и разблокировал перед тем, как вручить в руки.
— О, и как там твой Мишка поживает? Сколько ему лет?
Я проигнорировала и набрала номер. Гудок шел за гудком, а паника разрасталась все сильнее. Набрала повторно. Все, если не ответит, еду домой. Пофиг на работу, тут Виктор оказался, так что выполнено все будет в любом случае. Но трубку взяли, и раздалось тоненькое:
— Алло.
От контраста страха и последующей эйфории моему телу стало настолько неуютно, что рука, держащая телефон, начала мелко трястись.
— Привет, Мишунь, как дела твои? Что делаешь?
— Завтракаю.
Поджала губу, понимая, что убежала, не только оставив своего сына на незнакомого мужика, так еще и не накормила ребенка. Мать года.
— А что дядя делает?
— Ромка? Учит меня варить настоящий кофе.
Так вот как его зовут. Ха-ха, у меня завелся Роман. Наконец-то есть что ответить про свою личную жизнь. Главное, не уточнять, что Роман — это имя. А то получится, как будто он, как таракан какой-то, сам завелся в квартире. Хотя недалеко от истины.
— А ты что делаешь, сынок?
— Дегустирую. Я, может, еще недостаточно ерундированный…
— Эрудированный, — автоматом поправила ребенка.
— Ага, ерундиция мне подсказывает, что варит Ромка какую-ту…
— Эрунду… — хихикнула. Нервы сдают, да.
— Точно. Горько очень.
Почувствовала в голосе сына улыбку. И я подумала о трех вещах.
А так ли случайно ошибается мой ребенок в слове «эрудиция»?
Улыбка — редкий гость у Мишки, а значит, Рому он сразу принял и, более того, как и всегда, с пониманием отнесся, что я не с сыном, а с работой.
И третье…
— Сынок, дай трубочку дяде, пожалуйста, — ласково прошептала, набирая в легкие воздуха, чтобы, услышав знакомый баритон, выкрикнуть:
— Еще раз дашь моему ребенку пить что-то кроме сока и воды, будешь видеть пипидастр только в гугле, уяснил?
И отключилась, потому что… ну, стыдно стало. Не похоже все это на меня. Доверять какому-то стриптизеру сына. Нахамить и наорать на того, кто вызвался проследить за моим ребенком. Я, по идее, благодарить должна. А еще замуж собралась, ха. Кто такую потерпит в отношениях? Истеричка, да и только.
Сжала кулаки, отгоняя голос в голове, зазвучавший мамиными словами и интонациями. Оглянулась. Начальник и Витя в шоке на меня смотрели. У последнего даже впервые пропал какой-либо мужской интерес в мою сторону — это сразу видно по испуганным глазам. Все-таки есть и правда в маминых словах. Действительно, мне не стоит считать себя правой в своих действиях в отношениях, если у меня и сто́ящих-то ни одних не было. Почитать, что ли, литературу какую на эту тему или хотя бы статьи?
Но вначале извиниться. Только сделать это стоит через «спасибо», все-таки ни слова мне не сказали. Наоборот, отворачиваются и стараются делать вид, что ничего не слышали. А с Витей я даже не поздоровалась. Как бы я к нему ни относилась, плохого он мне никогда не делал. Да и помочь вызвался сразу, а за это стоит поблагодарить, если не из-за моего будущего отпуска, так хотя бы за помощь нашему заведующему. Выдохнула и протянула телефон Федору Степановичу.
— Спасибо огромное, у меня возникли сложности с тем, на кого оставить сына, вот я и волнуюсь, что что-то пойдет не так, пока я на работе. — Вернула смартфон и повернулась к Виктору. — Я очень рада тебя видеть. Спасибо, что пришел помочь, работы навалилось столько, что я сама бы не справилась. — И улыбнулась.
Вите многого не надо — дай почувствовать себя героем. Сразу под локоть подхватил, по документам уточнил, в предсекционную утащил. И болтал-болтал-болтал. Я и забыла, что в этих помещениях может вмещаться столько звуков. Уже отвыкла от работы с нашей птицей-говоруном.
— Ты такая сексуальная, Люд.
И от его слащавых замашек тоже отвыкла. Вот неужели мужики думают, что именно это хочет услышать девушка, когда подходит ко вскрытому трупу?
— Как не чувствовать себя сексуальной, если так часто меня имеет жизнь? — ответила, усмехнувшись. Давно поняла, что на Виктора нельзя реагировать серьезно, сразу решит, что им заинтересовались. И начинаются уже настоящие подкаты. Да-да, именно, все бывшие до — это «ненастоящие». Так что мне действительно было чего бояться, чтобы мое чувство юмора в страхе активизировалось.
К счастью, мы разошлись по разным секционным, должны справиться быстро. Я чувствовала себя странно и потеряно, обычно 95 % моей работы заключалось вовсе не во вскрытиях. Это Виктору, как судмедэксперту, привычнее.
Неудивительно, что через пару часов начальник мне сказал:
— Люд, ты иди уже домой, мы с Витей дальше сами справимся. А стеклами в понедельник займешься.
Естественно, я не стала отказываться. За пару часов работы уже успела понять, что Виктор тот еще болтун, что даже во время аутопсии озвучивает каждую мысль, но работает быстро и качественно. Похоже, судмедэкспертиза добавила ему необходимого опыта. Федор Степанович будет прав, если его оставит. Одна у меня надежда, что у Виктора это временное желание вернуться на «скучную работу».
Поблагодарила начальника, что отпустил, и выбежала к Артуру сказать о пирожках, что оставила в тумбочке. Мне уже не нужны, до понедельника они могут и не дожить, а санитар такое любит.
Артур курил и смотрел на труповозку. Я тоже замерла, наблюдая, как тело деда Гришки складывают вместе с бомжами. Стало на мгновение грустно, в голове мелькали, но не цеплялись мысли о том, как можно было до такого дойти, имея родных. Голые тела погрузили, и я повернулась к Артуру, чтобы сообщить о пирожках. Санитар улыбнулся и кивнул, что принял к сведению. Значит, в понедельник шкафчик будет уже пуст, вон как глаза заблестели. Даже на мгновение захотелось напечь пирожков и принести вечно голодному Артуру. Но только тряхнула головой и выбежала. Ишь до чего желание выйти замуж доводит.