Не боярское дело 3. Пять лет спустя. Часть 2 (СИ)

— Видишь ли в чём дело, дорогая, — довольно ловко обнял я жену, пользуясь нашей разницей в росте, — Сыновья у нас с тобой подросли, и не первый раз задают мне очень интересные вопросы. В том числе и собственной сестрёнкой интересуются. А у нас с тобой в этом вопросе ещё конь не валялся.
— Давай завтра. Сегодня у меня что-то голова вдруг разболелась, — нерешительно отозвалась жена, начав дышать чуть чаще.
— Голову я сейчас тебе подлечу. Не настолько я плохой маг, чтобы с такой мелочью не справиться, а завтра в больницу отвезу. Пусть тебя всю проверят, чтобы такого больше не было. Ты нужна всем нам здоровая и красивая, — положив руку чуть ниже талии, мягко направил я Дарью к дверям её спальни, заодно отвлекая её разговором.
— Но у меня сейчас опасные дни!
— Вот сыночки-то сестрёнке обрадуются, — затолкнул я её в двери спальни, — А то ведь ждут не дождутся. Алёнкина мелкая их так строит, что они ей порой уже не рады. О своей сестре мечтают.
Вот так, потихоньку — полегоньку, заговаривая зубы, я начал выполнять свой стратегический план.
Вся наша семейная жизнь состоит из взаимных соглашений и ограничений. Пусть не сразу, но они появляются. Реальные рано или поздно приживаются, а те, что с перебором, могут и до развода довести.
Как по мне, с Камышиным мои жёны слегка перебрали. Могли бы и оставить мне хоть какую-то иллюзию свободы. А то, если рассудить, то мне не позволяют того, что другим князьям запросто. И причина лишь в том, что в Камышине у меня дочки купца...
В том-то и беда, оказывается, что я не с балеринками или звёздами полусвета зажигаю. Не использую то, что уже под сотню раз использовалось до меня, но отчего-то всё ещё стоит значительных денег. Такие связи у аристократов за измену не считаются, более того, в светских салонах со смаком обсуждают, к кому и когда перешла та или иная звиздёнка.
Кому бы другому это можно было бы запросто объяснить и на пальцах, но я со своими жёнами, предпочитаю другой способ выяснения отношений.
Если коротко — то меньше слов, больше дела. Чем я сейчас и занимаюсь...
  
Глава 20
 
— "Ох, чую, что-то темнит эта парочка", — думал я про себя, допивая утренний кофе и поглядывая на Степана и Игоря Усольцева, которые заявились ко мне с утра пораньше и терпеливо дожидались, пока я закончу завтрак. 
Что характерно, сами перекусить отказались и ограничились чаем.
Вид у обоих довольный, как у котов, дорвавшихся до крынки со сметаной, когда хозяйки нет дома.
— Ну, рассказывайте, что у вас произошло? — спросил я, поднимаясь из-за стола.
— Пойдём на крыльцо выйдем. Сейчас Игнат подъедет, — позвал меня Степан на улицу.
Ага. Они ещё и моего главного агрария умудрились к делу припрячь. Утро точно перестаёт быть томным.
Накинув куртку, так как по утрам уже становится свежо, я вышел вслед за своими друзьями на крыльцо.
Хм-м. 
Игнат въехал через широко распахнутые ворота моего двора... На тракторе...
— О, никак юбилейный какой выпустили? Дайте-ка угадаю, неужели тысячный? — обрадовался я неказистому на вид колёсному тракторёнку, который бодро подъезжал тем временем к крыльцу.
Оба моих друга лишь фыркнули в ответ и уставились на меня во все глаза.
Что это они так смотрят и скалятся? Сделав шаг вперёд, чтобы не видеть их гадкие ухмылки, я лишь услышал у себя за спиной сопение, словно кто-то сдерживается, не желая нарушить утреннюю тишину бессовестным смехом.
А ведь действительно! 
Тишина-то какая! 
И трактор... 
Вообще-то трактора ещё те тарахтелки и с тишиной у них всегда нелады. Тишина и работающий трактор — однозначно слова — антонимы.
Первой моей мыслью было, что на трактор поглотитель шума поставили. 
Есть у Усольцева в арсенале такой техномагический прибамбас. 
Но уже пристально вглядываясь в подъезжающий колёсный агрегат я нашёл ещё несколько отличий. Например, у этого не было выхлопной трубы. Вместо решётки радиатора стоит гладкий лист. И трактор совсем не шумит. 
 
Вообще. 
Лишь хруст листвы, попавшей под колёса, да едва уловимое подвывание электродвигателя.
— Электрический! — повернулся я к паре интриганов, довольный своей догадкой.
Степан в ответ лишь иронически сморщил нос, а Усольцев помотал головой и этак выразительно покрутил в воздухе кистью руки, явно неудовлетворённый моим полётом мысли.
— Ваше Сиятельство, дровишки не нужны? А то я прицеп за воротамиоставил. Там верных пять кубов хороших берёзовых чурок будет, — спрыгнул с трактора Игнат и одобрительно похлопал трактор по капоту, — Добрая техника получилась. С полным прицепом ехал, а он прёт так, словно груза не чувствует.
— Ну, пойдём смотреть, — спустился я с крыльца.
Вид сбоку тоже был необычный. Так то у наших тракторов ни мотор, ни топливный бак сбоку ничем не прикрыты, а тут опять же стоит сплошной лист металла, а сам топливный бак попросту отсутствует. 
— И как внутрь взглянуть? — так же, как и Игнат, похлопал я по капоту, мимоходом отметив, что он вовсе не горячий, разве что слегка тёплый.
Значит, мотора там нет. Ну-ну...
— Можно болты открутить, но зачем? — поинтересовался Степан.
— Хочу на аккумулятор посмотреть, — состроил я хитрое лицо, ожидая реакцию собеседников.
Нет, ну в самом деле. Пора уже им расколоться. Сколько можно над целым князем прикалываться.
— А нет в тракторе аккумуляторов. От слова вообще. Ни одного не поставили. Может, забыли, — якобы виновато развёл Степан руками.
Вместо ответа на его лицедейство я начал закатывать рукава куртки.
— Похоже, дело идёт к мордобою, — тоном спортивного комментатора заметил Усольцев.
— Электродвигатели где? — бросил я, приступая ко второму рукаву.
— С утра на задних колёсах стояли, — покаянно склонил Степан голову.
— От чего они питаются? — продолжил я вопросы, засучивая второй рукав.
— От генератора, — продолжил Степан усиленно изображать из себя жертву княжеского произвола.
Ишь, навострился как роли играть. На него посмотреть со стороны, так того и гляди вот-вот слезу пустит.
— А генератор что крутит? — задал я очередной вопрос, уже предполагая, что услышу в ответ, но боясь этому поверить.
— Движок техномагический поставили. По принципу тех, что раньше для мотоциклеток в Коврове делали. Но наш в разы мощней, — вмешался Усольцев, и тут у меня руки опустились.
— Так что же вы, ироды, сразу не сказали! И зачем нагородили столько? Не проще ли было сразу вращение на колёса передать?
— Вовсе не проще. У предков был громадный карьерный самосвал БЕЛАЗ. Так вот у него тоже был дизельный электрогенератор и электродвигатели. С ними всё управление намного проще получается, да и надёжней выходит. 
— А накопитель какой использовали? — уже ради приличия поинтересовался я, приводя рукава куртки в порядок.
— Пока стандартный. Из тех, что раньше на "Медведях" стояли. У нас на заводе по ним задел хороший остался. Сотни две, а то и три из старых заготовок можем собрать.
— Осталось только понять, имеет ли такой агрегат право на жизнь. Сдаётся мне, он намного дороже выйдет, чем обычный трактор, — для чего-то попинал я ногой заднее колесо.
— Если наши изобретатели с ценой ничего не напутали, то этот трактор за два года полностью только на одной солярке окупится, — вклинился в разговор Игнат, отстаивая понравившуюся ему технику.
— Это каким же образом? — услышав нечто дельное, я развернулся к нему так резко, что мой аграрий даже смешался было, но тут же взял себя в руки.
— У обычного трактора бак сто тридцать литров. Если он на пахоте работает, бака часов на семь — восемь хватает, а если на перевозках, то на десять — одиннадцать. А солярка нынче чуть ли не каждый месяц в цене то на копейку, а то и вовсе на две растёт. Говорят, не справляются нефтяники. Не ожидали они такой спрос на горючее. Но нам-то от этого не легче. Последний раз по двадцать восемь копеечек соляркой закупились, и то чудом успели. Теперь, в следующий раз, по тридцать уже платить придётся. Вот и идёт дело к тому, что скоро полный бак будет сорок рубликов стоить. А у нас бывает, что трактора и в две смены работают. А в посевную и уборочную, так и вовсе круглые сутки. Вот теперь и помножьте-ка сорок рублей да на пятьсот смен в году.