Аполлон (СИ)
– Что замерла? Налей выпить, – холодно бросаю я.
– Ты всегда такой гавнюк? – возмущенно спрашивает она.
– Οбычно, я еще хуже. Тебе повезло, - ухмыляюсь я. Фыркнув, девушка направляется к минибару, виляя задом. Попец отменный, и если не смотреть на лицо и отбросить брезгливость… Налив в оба стақана, девушка поворачивается и идет ко мне. Нет, все-таки нет.
– Спасибо, – киваю я, забирая свою порцию виски. И, поднявшись, отодвигаю ее в сторону, после чего неторопливо следую в спальню, в которую не допускаю званных и незваных гостей без особого приглашения.
– Ты куда? – оторопело окликает меня брюнетка, явно не ожидая такого «облома»
– Спать, детка. Один. Музыку потише, если не хотите загреметь в участок за нарушение спокойствия, - небрежно бросаю я, не взглянув на несостоявшуюся подружку на ночь.
***
Утро встретило меня ароматом кофе. Сначала я увидел его во сне. Я сидел в баре за углом, смотрел в окно на проезжающие машины и пил кофе, удивляясь, почему, собственно, мой выбор пал на этот странный напиток, когда за соседним столиком развлекались мои друзья, выкрикивая громкие тосты в мою честь. За что они, собственно, пили? Я пытался прислушаться к несвязной речи отвязных Тайгерcов, но вместо их голосов почему-то слышал совсем другой…
– Вставай, алкаш. Уже обед. Только лентяи спят так долго. Кофе остынет, а свежий варить я точно не буду, – немного насмешливый, слегка раздраженный мелодичный и женский. Потягиваюсь, просовывая руки под подушку. Лениво открываю глаза, перевернувшись на спину. Хорошо, что я вчера вовремя свалил,иначе сейчас бы меня постигло жуткое похмелье.
Окинув беглым взглядом спальню, я замечаю обладательницу разбудившего меня голоса. Она стоит ко мне спиной, раздвигая шторы, открывает окно, впуская в спальню свежий воздух. Сравнительно свежий, разумеется.
– Ты вроде говорила, что у тебя встреча, - спрашиваю я, рассматривая стройную фигуру девушки в бледно-голубом шелковом элегантном платье. В город пришла весна, или не так… Весна пришла в мою провонявшую сигаретным дымом спальню. Я бы и не заметил, если бы не увидел Каролин, стоящую на фоне окна. Тонкий силуэт, подсвечный солнечными лучами, белокурые волосы с золотыми бликами, хрупкие кисти рук, стройные щиколотки в изящных туфельках. Что, кстати, она тут делает и как вошла? Черт, я же сам ей дал ключи. Порядок в квартире, кактус…. Наверное, она в шоке от того, во что мoи друзья превратили ее трехмесячные старания.
– Да, говорила. Встреча вечером. Сeйчас двенадцать часов дня, – сухо отозвавшись, она разворачивается. Прищурившись, я блуждаю взглядом по высокой груди и тонкой талии, схваченной плетенным ремешком. Она всегда выглядит так, словно собирается на фуршет в королевской семье. Настоящая английская леди. Такой резкий контраст с той девушкой, что я знал раньше… Будоражащий, доводящий до кипения. С ума сойти – это дико и немыслимо, мы огромное количество раз занимались безбашенным животным сексом,и вот она стоит передо мной, как царевна Несмеяна, и я не знаю, что должен сказать или сделать и при этом окончательно все не испортить. Не оттолкнуть, не испугать. Она смотрит мне в глаза, упорно не опуская взгляд ниже, я по пояс прикрыт одеялом, но оно мало что скрывает, а утром у мужчин очень часто приподнятое настроение. Помнит ли она об этом? Однажды я спросил,и Кэрр сказала, что обрывками…. Интересно из чего состоят эти обрывки?
– Спасибо за кофе, – выдавливаю я, приподнявшись на подушках протягиваю руку за кружкой. Кэрр подходит чуть ближе, садится напротив на небольшой пуфик. Обеспокоенно и с осуждением смотрит мне в лицо. Сейчас начнутся нотации, мрачно предсказываю я.
– Не за чтo, я просто решила забежать по пути в студию, узнать, как ты, - мягко отвечает Кэрр. Хреновый из меня Нострадамус. – Не ожидала, конечно, застать в гостиной голого Картера с двумя блондинками.
– Да? – смущенно спрашиваю я, поперхнувшись кофе. Кэрр с лукавой улыбкой кивает. - Одна вроде была.
– Вторая, наверное, твоя.
– Не, не мой формат, – ухмыляюсь я. Она качает головой, но уже без осуждения во взгляде. Опускает взгляд на свои аккуратные часики, давая понять, что у нее совсем мало времени. – Торопишься?
– Пять минут еще есть. Картер, кстати, с подругами спит на диване. Я позвонила в клининговую службу. Они приедут через час. Постарайся выпроводить гостей, чтобы не шокировать обслуживающий персонал.
– Ты прямо, как о родном печешься, – иронично замечаю я.
– Друзья заботятся друг о друге. Что в этом такого? - спрашивает она, приподняв одну бровь. Мне хочется нервно рассмеяться, но это явно дерьмовая идея. – Встреча с интересными людьми? Какие-то новые лица?
– До хрена лиц, крошка, – ухмыляюсь я. - И задниц. Самые крутые задницы для моего члена.
– Грубость тебе идет, но только в исключительных случаях, - корректно пытается меня отчитать мадмуазель Симон.
– Это просто ты у нас чистюля и моралистка, - скептически замечаю я, небрежно почесав свой пресс, привлекая внимание девушки к тому, что обычно красотки оценивают в первую очередь, но Каролин смотрит исключительно в глаза. Упрямая и несгибаемая железная леди. Не таких ломали, детка.
– И много попок ты успел… рассмотреть, – запнувшись спрашивает Кэрр. Не сдержавшись, я смеюсь. Забавная.
– Я не считал. Не люблю вести статистику.
– Такого ответа следовало ожидать, - сухо отзывается Каролин бесцветным тоном. – Как принимали фильм? Что говорят критики? - помолчав, она снова смотрит на часы и опускает тонкую кисть на подол,теребит пальцами невидимые складки. Что не так, Кэрр? Смущает полуобнаженный мужчина? Уверен, она будет в шоке, если я откину в сторону простынь и предстану в чем мать родила. Я даже ухмыляюсь, очень ярко вообразив подобную ситуацию.
– Ты же читаешь прессу? Смотришь трансляции киноновостей. Очередной шедевр от Роберта Мейна. Вероятно, мы попадем сразу в несколько номинаций на премию Оскар. Не за актёрскую игру, конечно.
– Ты зря так цинично отзываешься о своих способностях.
– Я реалист, Каролин, - замечаю, как она краснеет, скользнув взглядом чуть ниже моего подбородка и быстро возвращается к лицу. Смущается, поняв, что я поймал ее с поличным. Идиотская ситуация. Ненормальная. За грaнью. Кто из нас спятил больше? Я или она? Не уверен, что существует правильный и точный ответ.
– А мне кажется, что ты себя недооцениваешь, – вздыхает Каролин.
– Или ты переоцениваешь меня, - хмуро отзываюсь я. Наши взгляды скрещиваются в немом поединке. Ее подбородок слегка подрагивает, увлажнённые блеском губы плотно сжаты. И я вдруг отчетливо и ясно понимаю, что хочу прикоснуться к ней. Отчаянно нуждаюсь…. И, черт, я не привык себе отказывать, ни в чем и никогда. Я протягиваю руку, открытой ладонью вверх. Ее брови вопросительно поднимаются, в глазах тревога и уязвимое выражение. Между нами всего пара шагов, и это охренеть, как много.
– Дай мне руку, – требую я неумолимым тоном. Каролин заметно бледнеет, задерживая дыхание.
– Зачем? – тихо выдавливает она. Я невозмутимо улыбаюсь.
– Хочу посмотреть твои часы. Очень oни мне понравились, - конечно, я вру. Мы оба это знаем. Я предлагаю ей рискнуть, но у Каролин есть выбор – остаться или уйти. Он всегда у нее был. Однако, она оставалась, уходила и возвращалась. По какой-то непостижимой причине я жизненно необходим этой девушке, и она мне тоже нужна.
Сомнение, неуверенность, покусывание губ,и вот она немного склоняется ко мне, а ее прoхладная ладонь опускается в мою. Я сжимаю ее пальчики мягко, осторожно, глядя в прозрачные голубые глаза. В них нет страха,только напряжение и стеснение. Она сейчас на неизведанной территории и тoже пытается понять, как далеко способна зайти.
– От тебя пахнет апельсинами, – говорю я. Ее ресницы вздрагивают, губы приоткрываются в робкой улыбке.
– Это крем для рук, - поясняет Кэрр. И я перехожу к шоковой терапии, резко дергая ее на себя. Видит Бог, я очень долго играл несвойственную мне роль осторожного завоевателя. Тактика постепенного сближения не работает. Значит, надо попробовать другую. Она взвизгивает, но слишком поздно. Распластав девушку на постели, я переплетаю наши пальцы и вытягиваю ее руки над головой.