Закон Тьмы (СИ)

— Я не предлагаю это, и мы здесь потому, что я совершенно на твоей стороне по поводу Тьмы. Я лишь хочу сказать, что разврат — это не такой уж отвратный аспект общества, как твое разбитое сердце вырезало в твоей голове. И есть гораздо больше случаев обдумывания своих действий и возвращения к умеренно скромной жизни.
Я был ошарашен таким нежданным потоком оправданий в сторону этих созданий.
— Именно та цель, которую я пытаюсь достичь. Однако за последний пять лет глубоко погружения в огромную яму всей этой блевоты я не встретил ни одной персоны, кто поступил бы подобным образом. Так что если даже необъятная сторонняя мотивация в образе кровавого устрашения Изувера не может заставить их, как они, по-твоему, способны на такое даже до моего выхода на сцену?
— А как ты проверяешь результаты? Лишь находя разных потерянных проституток, ты все еще вдалбливаешь себе в мозг, что и все остальные тоже продолжают? Это попросту…
Я перестал слышать. Это обсуждение придется перенести на другой период. Потому что главное сосредоточие моего внимания только что появилось в поле зрения. Время словно замедлилось, язык примерз на полуслове, а недонесенный до едва приоткрывшегося рта бокал замер в руке. Без поворота головы мои глаза устремились на балкон второго этажа в боковой части зала. Воздух сам по себе вырвался из легких с беззвучным и почти незаметным смехом от восхищения увиденным. То, что живописно и по-разному представлялось в моей голове с самого начала этого фиолетового приключения, этой странной войны одного человека против целого синдиката, на деле оказалось куда более потрясающим.
Три величественных пастуха вышли к перилле балкона надо всеми и начали осматривать пирующее стадо своих овец вокруг. Хроно был единственным, кого я видел прежде, но узнал я каждого из них. Узнал бы даже без данного пленником описания, ведь они оказались весьма похожими на собственные образы в вещем кошмаре.
Умудрившийся удивить меня не только наяву, но и в кошмаре человек стоял со сложенными за спиной руками и светил особенно виднеющимися в темноте огоньками глаз из-под суровой прилегающей маски. Судя по тому, что он до сих пор не повернул на нас взгляд, телепатия, как я и предполагал, не была такой всемогущей. А может быть он даже и не пытался найти нас, ведь не ожидал, что мы появимся. В любом случае, если не высовываться, то все будет идеально.
Красивая девушка с белоснежными длинными волосами, завязанными в пышную прическу, предстала с бокалом чего-то в руке и периодически лакала из него. Роба алого цвета на ней походила на одеяния Хроно, но только без брони. Видимо, в бою она ни разу не бывала, а лишь управляла всем из охраняемого кабинета и иногда трепала языком перед этими многочисленными изменниками мира. Будет премного интересно послушать, что она скажет, если мы вдруг останемся с ней наедине.
Ну и конечно же, посередине, между своими преданными правой и левой рукой, громоздился он. Ведущий претендент на должность моего заклятого врага. Лидера бело-фиолетового сада послушных одним лишь этим воспитателям детей. Вживую он оказался куда массивнее и повыше, чем в том сне, да и несколько иное обмундирование повторно впечатлило меня. Но главным отличием оказалось присутствие густой растительности на видимой части лица. Она еще больше подчеркивала его зрелость, мудрость и значимость. Вкупе с беззаботным испусканием дыма из трубки, борода отвергла ту вырезающую глаза нереальность, что я увидел вместо его лица. Он все же человек.
Однако даже с обычным человеком не все будет так просто. Как верно предостерегала меня Рейн, планировать похищение Серенити из-под лап группы неудачников — это одно. Но сделать подобное с лидером огромного преступного синдиката, когда вокруг него сотни солдат, а рядом стоит Хроно — уже совершенно другое. Поэтому мы решили обойтись без похищения, сделать все на месте. Не уводить эту мускулистую тушу из Иммортеля, чтобы потом не встречаться на утомительных и опасных переговорах с Евой или кем-нибудь еще из них. Более того, продумали штук пять самых вероятных сценариев развития событий и кое-как подготовились к каждому. Минусом было то, что этих преступников, нацелившихся на бессмертие, нельзя было ни подкупить, ни заставить что-либо сделать под угрозой расправы над их близкими. Если таковые у них и имелись, то либо родственничку будет на них наплевать, либо они были надежно защищены. Или то, что мы не могли проникнуть сюда заранее, дабы подлить долгосрочного яда в общие котлованы, а может и смазать постепенно действующей кислотой все маски — здесь постоянно находились враги. Поэтому в планах имели место огромные пробелы, которые должны были заполниться нашей смекалкой. Рискованно, но оправданно. Как и каждый шаг против синдиката. Только вот здесь, если все удастся, награда будет просто бесценной.
 
Спустя лишь минуту или вроде того я все же одолел себя и оторвал взгляд от балкона. Вернулся туда, где во мне никто не признавал убийцу благодаря маске. Где я мог спокойно участвовать в беседе, наслаждаться музыкой, выпивкой и бутербродами, сидя в людном месте. И пусть это были такие же убийцы со многими добавочными достижениями. Мне уже давненько не хватало подобного.
— Ты сам не находишь это странным? — с натянутой улыбкой произнесла Рейн, абсолютно не мешая мне до этого. — Ставишь блудниц и преступников на один уровень, однако реакция на этих господ и на ту танцовщицу совершенно противоположная.
— Хорошее наблюдение, — рассмеялся я. — Но один уровень — это в общем, то есть расправляться и с теми, и с теми нужно одинаково. Лично для меня отвращение вызывают только одни. Другие же представляют определенный вызов, испытание.
— Ты поосторожней. Раз уж мы и решили играть с огнем, то как минимум не должны обжечься своим же, — заключила она и тут же припала губами к бокалу, отведя взгляд.
— Не бойся, не сорвусь. Не подставлю нас под удар, — выдержав паузу, я торжественно добавил: — Идем танцевать?
Рейн чуть не поперхнулась.
— Я тебе про что сейчас сказала?
— Брось, когда мы еще получим такую возможность? — я уже растирал ладони под активную композицию, так и манящую дико потрястись всем телом. — Разве тебя не заводит осознание того, что вокруг сотни врагов, а мы спокойно можем даже сплясать? Кроме того никто не будет ожидать подобного от шпионов.
— Ладно, — как-то быстро сдалась она, сменила задумчивость на легкую ухмылку и даже первой стала подниматься: — В этом, пожалуй, ты прав. Идем.
— Есть! — победно взмахнул я кулаком, вскочил с места и опустил ладонь на спину напарнице, начав задавать ей направление вглубь толпы.
Не снимая с себя предвкушающей улыбки и не переставая продвигаться через толпу, я поднял глаза сквозь брови снизу вверх и еще раз уставился в то самое место. Король недвижно опирался локтями на перила, скрестив пальцы рук и опустив мрак капюшона на какую-то область первого этажа прямо перед собой. И хоть мы шли чуть поодаль от нее, щекотливые мурашки по телу будто подсказывали, что смотрит он именно на меня.
— «Складывается ощущение, что ты уже знаешь, кто из них Изувер», — Хроно не повернул голову на находящегося вблизи лидера. А продолжал осматривать веселящуюся напоследок половину их собранной долгими трудами армии, которую скоро постигнет неизбежная гибельная участь на поле боя.
— Уже научился читать мои мысли? — потирая рубиновое кольцо на среднем пальце, громко проговорил Нерон, точно так же не взглянув на генерала. — Откуда я могу знать. Располагаю лишь описаниями от разных источников. Это ты здесь уже встречался с ним лицом к лицу.
— Вы тут общайтесь, мальчики, а мне пора выступить с речью, — оставив допитый бокал на широкой деревянной перилле балкона, Ева деловито сделала несколько шагов и достигла круговой лестницы, ведущей на первый этаж. После чего на мгновение задержалась и слегка трясущейся рукой поправила себе прическу.
— «Удачи. И не переживай насчет любых блуждающих серийных убийц в толпе. Если что и направится в твою сторону, я мгновенно пресеку это».