Закон Тьмы (СИ)
— Не знаю, я… решила избавить мир хотя бы от одной из верхушек Тьмы. Подумала, это хороший шанс. И чуть было не провалилась, подставив под смертельную угрозу не только себя, но и тебя, — смотря куда-то в сторону, неуверенно ответила Рейн.
— Ни силен в этом, но… Ты совершила героический поступок, пока совершала другой героический поступок. Смерть Арайи привнесет те еще перемены. Веришь или нет, но преступники Телдриса попросту закопали себя поглубже в страхе после нашего потрясающего выступления там. Так стоит ли мне даже начинать говорить о лишенных командования и численного преимущества Химерах? Я горжусь тобой.
Рейн усмехнулась и поблагодарила меня. В награду я даже получил кусочек тонкого стебля микуры, чтобы пожевать его и очистить затхлые уже целой неделей различных лишений свободы зубы.
«Нужно еще обязательно побриться. Слишком молод для запускания щетины».
Мы полностью обогнули забор с внешней стороны и наконец-то увидели хоть что-то на полускрытом снегопадом горизонте помимо возвышающегося вдалеке парапета Иммортеля. Высокий холм, с которого должен был быть прекрасный обзор на обстановку.
— Итак, давай начнем почти с самого начала. Почему по пробуждению в том уютном домике я с удовольствием обнаружил приготовленный завтрак и чистую выглаженную накидку, но не самого главного? Тебя.
— Да-а, представляю, сколько не очень приятных вещей ты обо мне тогда подумал. Но в этом и был смысл. В тот день я не спала — не доверяла тебе. Поэтому и не торопилась с рассказами о себе и о том, что знаю. Лишь внимательно слушала твою историю. А после удалилась, чтобы найти Маркела. Доложить об успехе операции и неожиданном союзнике, который не такой уж и психопат, как можно было бы подумать. А на случай, если он запретит впредь с тобой контактировать…
— Лучше оставить без надежды, чтобы потом эффектно появиться, чем наоборот? — на удивление восприняв все нормально, включая большую преданность родной общине, чем едва знакомому серийному убийце, заключил я ее историю. — Полагаю, Маркел — это твой суровый начальник? Настоящий. Просто так говоришь, как будто я его должен знать.
— Не такой уж и суровый, раз после долгих переговоров все же согласился с моим доводом: гораздо лучше держать тебя в союзниках, чем во врагах. Заранее узнала от одноразового источника, что они вот-вот собирались прижать твою, как ты выразился, тушу. Но не хотела рисковать опозданием или сражением с ними в одиночку. Так что привлекла кавалерию в блистательных латах на всякий случай.
— Умно. И удачливо, ведь прямо перед этим я их серьезно разозлил, чем заставил бежать ко мне еще охотнее. Хоть впоследствии и перечеркнул твои старания, вынудив спасать меня еще один раз… Слушай, а ведь я все примерно так себе и представлял, — осветил я ее повернутую ко мне непострадавшую половину лица лучезарной улыбкой из-под мехового капюшона, не прекращая неспешный подъем на холм. И не без нотки энтузиазма, уже совершенно не робея и не сдерживаясь в чувствах, добавил: — Теперь я куплен полностью. Просто скажи мне, что делать.
— Можешь начать с уверения, что воспользуешься каждой подаренной минутой с пользой. Направишь свою умную голову и недурные навыки на действительно важные вещи. И ты прекрасно знаешь, что это значит.
Едва она закончила говорить, ничуть не задыхаясь от подъема на приличную высоту, хоть и по пологому склону, мы достигли вершины. И закружились вокруг своих осей, внимательно осматривая каждый подворачивающийся в поле зрения объект посреди снежной пустыни, прекрасно освещаемой закатом даже через густые облака. Первым, что бросилось в глаза, стал глубокий и широчайший ров. Похожий на раскрытую пасть какого-то удивительного монстра, пресекающего любые попытки переступить через себя. Он начинался с одной точки горизонта и заканчивался на противоположной.
Но я раздумывал над этим не дольше трех секунд и вновь переключился на молчаливое обдумывание ее слов. Спутница сначала вопросительно посмотрела на меня, но затем решила немного перевести тему:
— Смотри, — она указала на один из редких ледяных мостов, пересекающих ров. Прямо у него расположилась застава с невысокой башней и бродящими рядом черными точками. — Один из путей к землям Центавров. Есть еще океан по краям, но вместе с ним и куча проблем: трата времени и отсутствие даже лодки. Пересечь незаметно не выйдет, как и вернуться в Иммортельский порт, где после сегодняшнего все наверняка охраняется куда серьезнее. Придется прорываться с боем. И прорываться здесь. А затем сесть на корабль в одном из Центавровых портов или нанять караван до лесов Тиберии. К Вайперам.
Я выступил вперед и задумчиво уставился на расстилающуюся свободу выбора. И думать долго не пришлось. После озвученного названия клана перед глазами незамедлительно всплыла Нора с ее предсмертными словами.
— Или отправиться к Вулкану, где ты расскажешь ему, а заодно и мне, все, что знаешь. Размеры Тьмы-то оказались титаническими. Так еще и Химеры, оказывается, уже давно подключились в игру. Почти что армия целой страны в сумме. Не совсем то, против чего я начал войну. Нам необязательно делать все в одиночку.
— Он уже в курсе. Маркелу удалось пробиться сквозь его лютую неприязнь к наемным убийцам и поведать о союзе двух наших любимых общин, об их планах. Насчет планов, разумеется, не поверил, даже после демонстрации украденных нами у солдат Тьмы Сфер Тиберии. Но касаемо остального заметно так напрягся.
Уже давно стало ясно, не я один активно поджигаю праведным светильником один сгусток Тьмы за другим. Наверняка и на Скорпионов-то не было никакого контракта. Маркел просто внедрил лучшего агента к лучшему отряду синдиката. Но почему вдруг решил сделать их врагами? Да еще и украл несколько Сфер — главной задачи Тьмы. Чем бандиты могли так обидеть наемных убийц?
— И что в итоге? Почему я не вижу несущуюся сюда армию Центавров?
— Пока что Вулкан не рискует, пытается только привлечь правителей других стран на свою сторону. Но те видят это лишь как очередную попытку вернуть абсолютную власть в Доминионе. Мне кажется, пока его лично не вовлекут в конфликт, конунг не будет жертвовать воинами.
— Либо пока Арайя не подохнет… Думаю, он увидит в этом прекрасную возможность. Именно это я и имел в виду, говоря про масштабные изменения. Ты просто умничка, — повернулся я к ней лицом и ненароком засмотрелся на обожженную кислотой рану.
— Так что насчет моего предложения? Переключить все усилия на Тьму и помочь мне наконец в ответ, — Рейн вернулась к очевидно самой трепещущей для себя темы. И я снова повернулся к уже темнеющему в надвигающемся сумраке горизонту, прямо ощущая затылком ее томный взгляд.
Как просто было бы сейчас преодолеть последнюю заставу Химер и вступить в прежний мир. Вернуться из непродолжительного отпуска к моему… ремеслу.
«Как бы то ни было… Забыть о Тьме, как будто ничего не произошло? Забыть о двойном пленении и пытках? Подавить распирающую изнутри жажду новых приключений и порыв к мести? Выйти из игры, когда она только начала набирать обороты? Когда главный соперник еще даже не объявился? Предать рисковавшую ради меня воительницу и ничем не отплатить ей?
Забыть об этом реалистичном и поучительном кошмаре, в конце концов?»
Глубоко вдохнув и расплывшись в улыбке, я без капли сомнений развернулся и миновал Рейн, начав спускаться торжественными шагами с холма. Обратно, на заставу Химер, где нас ожидал пленник.
— Идем. У нас много работы… Необходимой работы.
Едва я это сказал, как краем уха услышал сзади едва различимый выдох облегчения.
* * *— Мой конунг! Вы прибыли вовремя. Мы под тяжелой атакой неизвестного врага, — капитан местной стражи задыхался и говорил очень быстро, хотя в бой еще не вступал. Он привык к спокойному времени, где никто не нападал, и оставалось лишь только болтать с подчиненными на посту да отгонять мух с большой стеклянной колбы, наполненной водой, в углублении стены этого подземелья.