Закон Тьмы (СИ)
— Ты разговаривать вообще умеешь? — все не унималась спутница по несчастью.
— Что хочешь? — невинно бросил я, пока в очередной раз пытался вырваться из оков. Разумеется, ничего не вышло. Тогда я стал оглядывать все вокруг в поисках хоть малейшей подсказки к моему освобождению.
— Для начала познакомиться. Меня зовут Нора, а тебя?
— Флэйд, — ответил я пленной незнакомке, что наверняка тоже сбежит от меня, стоит нам помочь друг другу. — Вы, Центавры, все такие дружелюбные?
— С чего ты… Нет, не все. Ты последний человек в моей жизни, и перед смертью хочется провести время как можно приятней.
— О какой смерти ты там болтаешь? Сейчас выберемся, не хоронись раньше времени.
Она усмехнулась и повторила мою наивную попытку вырывания из плена. Но цепи, тянущиеся от конечностей к земле под нами, так просто разорвать было нельзя.
— Твой положительный настрой мне нравится, Флэйд. Но даже он нас не спасет. От Арайи еще никто не сбегал. Кстати, за что тебя повязали?
— Мелкое хулиганство. А тебя?
— Ну ладно. Тогда меня за излишнюю проституцию, — лукаво произнесла она, не сводя взгляда с моего лица. Я криво посмотрел на нее, и все понял. — Да ладно, я знаю, кто ты такой. Дракон, Чистильщик, Женоубийца, Потрошитель, Охотник на блудниц. Как тебя только не прозывали во всех уголках мира. Впервые в Доминионе?
— Впервые в Иммортеле. И впервые зимой. Интересные кличи, но «Изувер» мне пока нравится больше всех, — еле выжал я из себя улыбку. Тело по-прежнему не отпускало меня из крепкого охвата болезненных мук. — А тебя что, совсем не смущает моя дурная репутация?
— Ну… судя по разговору, рассудок у тебя вполне вменяемый. Значит ты сам прекрасно все осознаешь, но все равно продолжаешь заниматься своим делом. Следовательно, на то есть достойная причина. А если ты еще и здесь, то не угодил Химерам. Большего и не надо.
«Вот бы всем теперь внушить хотя бы задатки такого здравого смысла. Чтобы не клеймили своего спасителя, а по крайней мере задумались, почему он все это делает».
— Так за что ты здесь на самом деле? Про тебя весь мир, к сожалению, не знает, так что и я вряд ли, — с изменившимся в лучшую сторону отношением к незнакомке невольно изменился и голос, став менее быстрым и грубым.
— За что и все остальные шпионы Вулкана. Он уже давно перестал посылать их, ведь никто не возвращался из Иммортеля. Но я пошла против воли своего конунга. И до вчерашнего дня все было успешно.
— Похоже сама судьба свела нас вместе. Только представь: какова была вероятность нашего одновременного попадания в лапы Химер? И теперь разделяем одну цель. Арайя, как выяснилось, в близких отношениях с теми, кого я собираюсь уничтожить.
За многочасовое путешествие на корабле в компании темноты и крыс у меня было множество времени поразмыслить. И в итоге я понял, что, если и выживу, продолжив бороться против этого огромного и влиятельного синдиката с неутешительными планами на мировое господство, мне понадобятся союзники. Как бы я ни привык действовать в одиночку, находиться еще с кем-то в глубокой заднице было даже лучше. Тьма ощутимо продемонстрировала грязную манеру игры. Кто тогда сказал, что я должен все делать сам? Почему бы не заручиться помощью тех, кто убивает фиолетовых с таким же энтузиазмом? Особенно когда они буквально сыплются мне на голову сами.
— Да уж. Схватила я недавно одну Химеру и долгими побоями выпытала из нее кое-что. Серийный, говорит, убийца, который занимался только никчемными блудницами и другими простолюдинами, обратил теперь взор на их тайных союзников. Сначала я думала, что эта информация не имеет для меня никакого смысла, но…
— Но теперь я здесь. Лежу рядом и разделяю твой досуг. Как ты узнала меня? Плакат с моей жуткой рожей побывал и здесь?
— Да кто еще кроме тебя и меня будет настолько туп, чтобы пойти против них в одиночку?
— Пожалуй. И подумать не мог, что все зайдет настолько далеко. А ведь началось все с одного молодца.
— Все так обычно и начинается. Особенно грандиозное.
Собеседницу прервал многочисленный приближающийся топот сапог. Я вздрогнул от такой неожиданности и почему-то ощутил себя виноватым или даже пойманным на месте преступления. Словно в дни юности, когда прогуливал учебные занятия в академии из-за большого желания отоспаться дома и в неловкий момент слышал, как меня сурово окликает внезапно вернувшийся с работы отец.
Но спустя столько лет появился не отец, а бабка, находиться рядом с которой, тем более обездвиженным, было очень опасно. И вряд ли теперь можно было отделаться краткосрочной лекцией. Арайя вступила к нам в комнату через огромный проход без дверей, держа в руке какую-то сумку. Затем остановилась возле моего камня и повернула шею. Озарив меня сморщенным, с образовавшимся долгими годами проявления ведущей эмоции отпечатком хмурой злости лицом. После нее внутрь неспешно входили еще десятки странного вида людей в закрытых белых плащах и капюшонах. Встав по периметру комнаты в два ряда, эти сектанты начали спокойно наблюдать и ожидать приказов. Арайя попросту стояла и со сжатыми губами наблюдала за моей реакцией, хоть я и старался не показывать легкого переживания.
— Видишь ли, мне приказано особо не трогать тебя, — звук «р» она зачастую произносила растянуто. Это невыносимо раздражало, а вовсе не завораживало, как она, видимо, того добивалась. — И я была бы не против этого, ведь у меня тут есть еще одно подопытное животное, которое не имеет подобной неприкосновенности, — Арайя указала большим пальцем назад, где лежала моя спутница по неблагополучию. — Но есть одна проблема. Из-за тебя погиб мой мальчик. Мой любимый внук. И такое я не прощаю. Ради необходимой мести можно встретить и легкое наказание. Хотя с чего это бы орленок хотел убить тебя собственноручно? Даже мне Скорпионы были дороги куда больше.
«Орленок? Это она так лелеет или напротив, презирает верховного человека?»
— Напомни-ка имя своего отпрыска. А то стольких ваших уже поубивал…
Бабулька затряслась, из последних сил сдерживаясь от порыва напасть на меня и разорвать когтями на куски. Так что лучше бы мне тоже удержаться от порыва высказать ей все в лицо.
— Гарн! Его звали Гарн! Какой огромный потенциал, какая неуемная вера в великую Тьму и наше дело! Его ждало повышение за вытаскивание тебя из тюрьмы!
Я удовлетворенно растянул уголки рта. Меня окончательно осенило. Вот наивысшее наслаждение для меня! Не только планировать, хитрить и бороться, как это было в последние девять Ксенонских дней. Но и многое другое. Видеть, как умирают настоящие враги, как реагируют на мои деяния их союзники и как страдают не менее виновные родные. Как суровые и колоритные главы Тьмы считают меня серьезной угрозой и жаждут остановить. Как обо мне знают и думают сотни людей, и теперь даже не простых людей, а опытных преступников. Кровавое издевательство над обычными жертвами и сравниться не могло с этим ощущением. Вот будет неудачно, если я уподоблюсь остальным жителям мира, и отыщу истинное предназначение не раньше, чем за минуты до смерти.
— Я бы подумал над дальнейшими словами и действиями еще несколько раз, прежде чем отдаваться эмоциям, — посоветовав старухе то, чему решил последовать и сам, я спрятал улыбку, чтобы не спровоцировать ее раньше времени. — Одна конкретная парочка незабываемых и могущественных людей не будет рада, если все их старания пойдут лишь на твое секундное удовлетворение. Просто скажи, что тебе надо от меня.
— Не думай избежать наказания на своем болтливом языке, — Арайя обнажила кривые и редкие, но на удивление белоснежные зубы. Погладила меня пальцами по щеке, на что я в этот раз отреагировал более смиренно, и глубоко вдохнула, перед тем как буквально прокричать неожиданное: — Да начнется суд!
Холодок промчался по всему поврежденному телу, а лицо застыло в недоумении. Похоже я зря притворялся хорошим — она собиралась осуществить задуманное независимо от моих слов. И теперь, судя по всему, меня ожидало подобие того самого суда, который я избежал в Ксеноне.