Мужья для ведьмы, или Покажите мне всех! (СИ)

Вряд ли.
Зная женщин хотя бы немного, любой здравомыслящий мужчина мог впитать их догмы в подкорку, отталкиваясь не от своих, а от чужих принципов. Хвала богине-кошке, но уж это мать вдолбила в него еще с грудным молоком! И если применять знания на практике, то Даре будет мало его необходимости в ней. Она не кошка, чтобы с легкостью принять и понять привязанность пары.
— Я не должен говорить об этом в одиночку, — честно признался он, не став лукавить. — Это касается всех нас, и отвечать на твой вопрос мы тоже должны вместе.
— У меня такое чувство, что вы от меня что-то скрываете.
— Так и есть, — согласился Коул, покрепче обхватывая руками тонкую женскую талию.
Он рассчитывал, что ведьма возмутится, стряхнет с себя его руки и вскочит на ноги, гневно стреляя глазами. Но девушка, напротив, еще расслабленнее разомлела в его руках, молча вглядываясь в зеркало водной глади.
Ее дыхание было ровным, спокойным. Сердце не отбивало нервозные ритмы и стучало громко, но чисто. Пытаясь ухватиться за ощущения своей пары, Коул ловил только тишину и покой, испытывая непередаваемые чувства.
Его пара! Доверчивая! Нежная! Так спокойна и тиха, что гордость за свою кошачью морду брала верх, подталкивая опустить подбородок на темную макушку и шумно втянуть сладкий ягодный аромат. Кот это и сделал.
Дара отреагировала быстро, слегка погладив костяшки мужских пальцев на своем животе, и к витающему в воздухе запаху добавился еще один. Не менее сладкий, но более острый, словно горячая специя, тянущийся и тягучий, будто расплавленный мед.
Коул уже знал, что это за запах. Это чистая концентрация его пары. Так она его желает, так она дает ему согласие на любовь и ласку.
— Коул?
— Мм?
— А ты братьям сам рассказал?
Мозги в голове усердно заработали, пытаясь понять, о чем речь, и выдергивая кота из сладкого дурмана. Но, сообразив, он поторопился оправдаться:
— Нет, они сами догадались. Рассел не дурак, а Дормун ничего другого и не ожидал.
— Точно?
— Дара, ты видела меня в тот момент? Мне кажется, на моей морде большими буквами все было написано.
— И то верно, — хмыкнула девушка. — А как… они отреагировали?
— Спокойно. Все были к этому готовы и знали, что час придет. Головомойку мне, конечно, устроили, за то, что договор не придерживался, но…
— Какого договора?
Внутри все вывернулось наизнанку и вернулось обратно. Длинный язык! Кто за него тянет все время?!
— Коул.
В ощущениях ведьмы затанцевало раздражение. И от того, что договор вообще существовал, и от долгого молчания пантеры, который не спешил делиться подробностями.
В принципе, ничего страшного они не сделали, и, наверное, это единственное, что могло спасти сейчас его шкурку от того, чтобы чародейка сдержалась и не шарахнула его от всей души.
— Когда Дормун застал в твоей постели Рассела, — пантера шумно сглотнул слюну, а девушка на мгновение смущенно втянула голову в плечи, — он настоятельно рекомендовал нам держаться от тебя подальше, хотя бы какое-то время. Пойми его, он не желал ничего плохого! Просто хотел дать тебе возможность привести мысли в порядок!
— А в итоге я покувыркалась с тобой в холле, решив не терять времени.
Интонация, с которой это прозвучало, немного царапнула кошачью гордость, но Коул промолчал, не став оправдываться.
— Я тогда попросила у мамы рецепт успокоительного для разговора с вами, но она, видимо, не так меня поняла и прислала возбудитель. У меня голова трещала по швам от того, как я хочу сейчас хоть кого-нибудь, и ты так удачно вернулся в Эл-Истон.
Шум в голове кота нарастал. Паника начала затапливать шлюзы, угрожая потоплением, и перед глазами замельтешили красные точки. Сейчас она скажет, что это была ошибка. Что она обдумала все произошедшее и убедилась: у них ничего не выйдет. Он не нужен ей ни сейчас, ни потом, и его парность, проснувшаяся так некстати, сгубит его в печальном и горьком огне одиночества.
Он же кот! Он зверь! Ему чуждо одиночество! Но именно оно задерет его и сожмет в своих холодных лапах.
 
— У нас так и не было ничего… на трезвую голову. Меня это немного тревожит.
— Ты хочешь повторить?! — удивление невольно вырвалось из горла слишком громким звуком для манеры их ленивой беседы.
— А ты нет?
Обернувшись через плечо, девушка, вероятнее всего, видела слегка дернувшийся глаз и перекошенную улыбку. В ней было всё — страх, паника, гнев на себя самого, но, проговорив ее слова в своей голове еще несколько раз, Коул сумел выдохнуть.
— Не хочешь? — не услышав ответа на свой вопрос, Дара задала его еще раз, и взгляд пантеры тяжелым камнем опустился на розовые губы, чуть припухшие от покусываний.
Начав по-звериному пыхтеть через нос, Коул собрал свою соображалку в кучу и сделал то, что так давно хотел: прижался в поцелуе к женским губам и упал на спину, потянув сладкую ведьму за собой.
  
Глава 36. Дара
 
Дара
Реакция Коула не заставила себя ждать.
Уронив себя и меня заодно, он со всей своей страстью, присущей его горячей и откровенной натуре, запустил ладонь в мои волосы, чтобы притянуть лицо еще ближе и целовать так, что пальчики на ногах поджались от восторга!
Да, сейчас все было совершенно иначе. Я полностью отдавала себе отчет в происходящем, и меня одолело сожаление, что я много пропустила, наглотавшись маминой настойки в тот единственный раз.
Сейчас все было почти так же, но что-то в этом было совершенно иным, кардинально меняющим суть. Не разрывались вещи, не слетала одежда, руки с жадностью голодного путника не бродили по телу. Кот был столь же напорист и решителен, но целовал меня так обстоятельно и планомерно, что уже через пару минут в моих ушах зашумело.
— Обожаю, как ты пахнешь, ягодка, — прошептал мне в губы, удивительно откровенно облизнув свои. — Я обещал вылизать тебя до потери пульса.
— До потери пульса не надо, — не сдержав смущенного хихиканья, ответила я. — Не торопись, хорошо?
— Всё, что захочешь.
Убедив меня в своей позиции относительно терпения, Коул принялся плавно опускаться поцелуями ниже, без разбора припадая горячими губами к шее, ключицам и тому, что было видно в вырезе на рубашке. Все прикосновения пантеры светились на моей коже ожогами, распаляя и раздувая огонь желания еще ярче.
Сухая ладонь скользнула по ноге и поднялась к колену, мягко его сжав. Посчитав мой сдержанный стон за правильную реакцию, Коул прочертил полосу до самого бедра, плавно оказавшись сверху и опираясь всем телом на колени и свободный локоть.
Темные волосы, и без того торчавшие рваными прядками, окончательно разметались и взъерошенными петухами подчеркивали близость момента.
Желтые глаза смотрели на меня выжидающе, словно подначивая. Поймав мой осторожный взгляд из-под опущенных ресниц, пантера улыбнулся, вытягиваясь надо мной во весь рост.
— Расскажешь мне, что с тобой делали Рассел и Дормун?
— Тебя это заводит? — хриплым голосом уточнила я.
Вот уж не думала, что пантеру может заинтересовать столь щепетильный вопрос!
— Не хочу повторяться, — не скрывая улыбки, ответил он. — И не смей смущаться!
Закатила глаза, вспомнив, что у кота на мои эмоции настроен локатор.
— Ты должна доверять нам всем, так что выкинь эти мысли из головы, хорошо?
— А если я не смогу?
— Я помогу тебе.
— Как?
Кот на секунду замолчал и мягко провел ладонью по маленьким пуговицам на моей груди, незаметно для меня расстегнув парочку. Осторожно сдвинув ткань в стороны, он подушечкой пальца погладил холмик груди, что виднелся в узком лифе из черного кружева, и перехватил мои руки, уводя их наверх.
 
— Я буду говорить, а ты слушай мой голос. Постарайся расслабиться, — шепот буквально утопал в тихих звуках природы, но я слышала каждое слово, словно лязг стали. — Тебе нравится, когда я делаю так?
Мужчина склонил голову и слегка прикусил укрытый тканью сосок, прокатившись по нему горячим языком. Мой рваный выдох и то, как напрягся прикушенный участок кожи, выдали меня с головой.