Ведьма Альфе ни к чему (СИ)
Сани под нами дрогнули. Секунда, и мои ненаглядные Дымчатые Коряжки... Тьфу ты! Коняжки... понесли нас по заснеженным дорогам. Только пар из под копытцев и видели. Белые Волки. Ну и жители деревни, провожающие нашу рычаще-вопящую кавалькаду с разинутыми ртами.
А всклокоченные Белые Волки, которые на своих взмыленных монстро-конях замыкали наше лихорадочное отступление. И составляли вервольфы ревуще-орущую часть всего этого невменяемого хора.
- Нам не оторваться, - констатировал Дгорон, в то время, как все мои мысли были заняты Китти, подло брошенной в деревне.
- Окуни их в пр-ро-р-рубь! - посоветовал Ворро, после очередного круга над взбешенными вервольфами, которым мой огромный птиц закрывал обзор своими усердными трепыханиями.
- Не могу, - обреченно возразила я, уперевшись взглядом в пышущий огнём лёд в глазах догоняющего нас Солена.
- Что значит, не могишь?! – каркнули мне в макушку. – Очень пр-рр-рекр-расно смогишь! Вон озерце замер-рзшее – всё ррравно что стекло. Ломай давай своей магией, как только мы на снежный бер-рег съедем.
- Спятил?! – негодующе заорал Дгорон. – Она же утопит его!
- Ну и пущай, - выползла Гримуарша из под мехового настила, - на кой он нам теперь сдался? Ишь, разрычался тут. Папаша никудышный!
- Вот именно что – папаша! – с надеждой уставился на меня Дгорон. – Алиса?
- Не смогу, - всхлипнув, опустила голову.
Неужели Солен настолько жесток, что отберет моего малыша? Не хочу в это верить! Но даже, если бы он был способен на подобное бессердечие, разве можно взять и навредить всем им?? – бросила я беспокойный взгляд на вервольфов, заскользивших по гладкой поверхности заледенелого водоёма. – Навредить... Ему...
А мой малыш? – обвила я свой животик руками. – Что если этот лютый упрямец решит, что ведьма не годится в матери его Волчонку? Что если отнимет у меня новорожденное дитя, прогнав затем не только из своего замка, но и из жизни ребенка?
Окинула быстрым взглядом окружающий монохромный пейзаж изо льда и снега и поблёскивающего то тут, то там прозрачного кварца. Этот природный минерал заменял в Пустоши декоративные растения и кустики, представляя собой массивные соцветия самых невероятных форм и оттенков! Чистых, прозрачных, своевольно-опасных...
Солен не простит. Не примет обратно даже в роли забытой бывшей, - стучало сердце, оплакивая мою слабость. – Прогонит, оставив себе лишь покинутого сына, лишившегося матери...
Нет...
Ну уж нет! – затряслось вдруг внутри негодование. - Я не брошу своего мальчика. Никогда! Пусть даже нам вечно придётся скитаться по бескрайней Пустоши. Со мной ему всё же будет лучше и в сто раз теплее, чем с этим замороженным истуканом! Прочь сомнения! – скомандовала внутри пробудившаяся сила тысячи ведьм – предшественниц моих. И безжалостно отбросив колебания, я мысленно потянулась к сверкающим на солнце "цветкам кварцевых кустов".
Всего несколько мгновений ушло на то, чтобы заговорить непослушные прежде кристаллы. По всей видимости, в состоянии паники ведьмовская сила становилась в разы мощнее. И обычно капризные стекляшки, разом сорвавшись с насиженных лож, понеслись в сторону наших преследователей.
Секунды превратились в часы...
А Время – в вязкую субстанцию, деформирующую смутные намерения в зловещую реальность.
Подняла перед собой руки, растопырив пальцы и... СОЛЕН.
Широко раскрытые в неверии глаза, колющие горьким серебром. Приоткрытые в шоке тонкие губы. И остолбенело притормаживающий кортеж его всадников...
Приблизительно так же на меня смотрел Матлер, прежде чем ошеломленно ретироваться.
А после моё внутреннее трио сущностей принялось нашептывать, что Серый вервольф выдаст нас агентам Безопасности при первой же возможности.
Однако Белый Альфа поразил прямо противоположной реакцией! Утробно зарычав, он пришпорил оробевшее животное, заставив сорваться в бешеный галоп.
Навстречу неминуемому.
Вервольфы неуверенно дёрнулись на вздыбленных скакунах и шатающейся рысцой последовали за своим вожаком.
«Они ополоумели?!» - захотелось мне закричать.
Как вдруг осколки, переливающиеся радужной угрозой, застыли в нерешительности. Уже через мгновение полетев в прозрачные объятия друг друга.
ДЗз-ЗЫ- нНь!!! – разнеслось над ледяной гладью, создавая стену, трепещущую бездушным мерцанием между нами. Стеклянная преграда, возникшая из волшебного Ниоткуда, встала непоколебимым стражем между нашими санями и Белыми вервольфами. Между мной и Им...
Я смотрела на чудо, сотворенное моей магией, на небывалую красоту, которую сумела создать силой собственного желания, а видела... Его.
Того, чей разочарованный взгляд не перестанет преследовать меня, даже если сегодня я спаслась от реальной погони.
Глава 34. Солен.
Ведьма.
Нечисть, способная создавать нечто из несуществующего.
Хрустальные многоцветы, которые она сегодня использовала как первичное вещество, представляли собой лишь малую толику в составе той стены.
Остальное же стекло она сотворила из невидимого глазу Ничего.
Но не это бурлило в сознании Белого Альфы, гремучим сплавом разъедая разум.
Ребёнок.
Дитя, что она прятала во чреве.
Чей он? – вот что сейчас волновало Солена больше любой запретной магии и порождений скверны, вновь проникших в мир Вервольфов. - Чей??
Он не учуял. Слишком далеко. Волчонок? Вне всякого сомнения. Самозванка в теле Элис назвала его так в мыслях!
Впервые за все то короткое время, что он знал её, Измененная Элис приоткрыла перед Соленом плотную завесу своего сознания. Но самая начальная, неразборчивая мысль, проскочившая в ту заветную щёлку, чуть не выбила Альфу из седла на всём скаку!
«Малыш», - отзвучало раскатистым эхом в голове вервольфа, сумевшего наконец поймать отголоски размышлений этой таинственной незнакомки, ставшей самой значимой частью его жизни.
Но чей? Чей он?!!
Его, Солена? – захлестывали Альфу волны исступленной надежды. – Или того... другого? – смыкалась над ним толща неистовой ревности, затягивая в черное отчаяние.
Она зачала еще до сближения с Соленом? Жалела? Поэтому Альисса отвергла Солена? Потому сбежала от него, что считала – не простит?.. Выходит, тогда, во время погони, призвав тёмную магию, она полагала, что спасает ребёнка... Аллисия не стала нападать, она защищалась. Альисса... Алисса. Лисса. Лисичка...
Белый Альфа уже который день перебирал в уме различные варианты схожих имён. Список был длинным.
Судин, обескураженно выслушавший требование своего правителя, лично взялся вести учёт всех созвучных с «Элис» женских имён, которые Омеги днями и ночами выискивали отныне в рукописях и трактатах о других мирах.
Всё, что начиналось на злокозненное «Э», Солен почему-то отмёл сразу. Буква, связывающая Лунную с родом пропавшей Северной Волчицы, не подходила Лисёнку никаким боком!
Были еще несколько на «Я» и на «Йа» или «Йё», но так назывались народы Болот. А пришлая никак не могла быть связана с местными расами...
Оставалось «А». Ализия, Аллиссия, Ализая... Ализзи, Ализ? Алис, Алисс...
Последние нравились Солену особенно сильно. Внутренний Зверь, облизываясь, смаковал их на языке, приходя в неописуемый восторг от сочетания гордой «А» и мягкой «С»:
- Альисса.
- Вообще-то правильнее произносить – "Алиса", - послышалось насмешливое у входа в избу.
- Эрик, - мгновенно подавил Солен удивление, не выдав своего замешательства из-за неожиданного прибытия Главы Безопасности.
В итоге имя Альфы Севера прозвучало лишь как бесстрастное приветствие.
И Эрик, слегка кивнув в ответ, лениво прошел в глубь помещения. Он продолжал вести себя так, словно отвечает на прерванный раннее разговор.
- Лунная, значит, - сказал Безопасник с превосходством того, кому известно гораздо больше других.
И, ухитрившись вальяжно разместиться на единственно-свободном поскрипывающем стуле напротив Белого вожака, он с интересом уставился на непроницаемое лицо Солена.