Ведьма Альфе ни к чему (СИ)
"Хорош все таки, - пронеслось в мыслях. – Жаль, что не герой моего романа. Мне вообще сейчас не нужны никакие герои. Только безопасность и покой. Еще бы это внутренним пассажиркам своим втолковать".
- Боюсь, тоскливые дни в Белой Пустоши – слишком высокая плата за наши недолгие беседы, - надеюсь, Серый верно поймет мои слова.
Не могу обещать ему больше, чем ничего не значащие разговоры. Увы...
- Тогда потанцуйте со мной, - не растерялся Матлер, протягивая крупную ладонь с довольно изящными для вервольфа пальцами.
Жаль, ценительницей утонченной мужской красоты я тоже не являюсь. Но приглашение все же приняла. Почему бы и нет? Всего один танец, зато перестану чувствовать себя бедной родственницей на этом празднике жизни. И потом мне было приятно порадовать единственного, кто не воротил презрительно нос при виде меня.
Музыка как по заказу тихо перетекла в нежные, щекочущие душу медленные переливы, ознаменовавшие начало второй партии в этом долгом танце.
«Ну что ж? Вторая часть Марлезонского балета?» - окинула я насмешливым взглядом придворных, с любопытством окруживших танцевальную площадку залы.
Матлер повел уверенно и, я расслабилась, позволяя кавалеру управлять нашим невесомым полетом по гладкой поверхности белого мрамора. Мы плавно перебирали ногами узоры снежинок, словно имитирующих зимнее поле в такт легкой музыке. Только вот зачем незатейливому дизайнеру вздумалось оформлять бальную комнату так же, как и весь унылый пейзаж Пустоши – лично для меня остается загадкой. "Лучше бы травинки и цветочки пририсовал!" - капризно думала я, не зная, к чему придраться.
Пусть и понимала, что причина моего недовольства совсем в другом. Опираясь на твердые плечи вервольфа, я вяло рассуждала, отчего не вызывает во мне этот прекрасный экземпляр мужественности эмоций, хоть сколько-то схожих с тем снежным ураганом, который накрывает меня от самых легких касаний Солена.
Необъяснимо, но даже Алекс в свое время производил на меня более сильное впечатление. Несмотря на то, что "моя ошибка номер 1" из нашего мира уже на начальных этапах сравнения с Матлером уступает оборотню с большим отрывом.
Может, меня тянет к отрицательным персонажам? – пришла я к неутешительным выводам. Ведьма как-никак…
Но какая-то я неправильная ведьма. Позволяю относиться к себе как к пустому месту. За весь унылый вечер Белый даже взглядом меня не удостоил, не то, что танцем! И чем же я ответила на пренебрежение со стороны Солена? Осколками стекляшек? Лишь в ничтожной мере отразившими оглушительный звон вдребезги разбитой гордости. Нет, это не поступок сильной магички. Так, легкое ребячество по сравнению с тем, как улыбается та же Вулидия, переступая через кусочки... нет не стекол на полу! А моей растрескавшейся от обиды души.
Но должна ли я бороться? Стоит ли наша отравляющая связь с Соленом того, чтобы держаться за нее? Может, правильнее наоборот - бежать без оглядки? Скрыться, исчезнуть…
Кажется, я так уже поступала… В той - в другой жизни. И в то же время точно такой же. Жизни, откуда я, собрав остатки уязвленной гордости, сломя голову полетела в неизвестный мир. И для чего? Чтобы кинуться уже тут в новый виток своих унижений?
Нет, не дождетесь! Вскинула голову, безошибочно определив местонахождение Солена. Лишь его плотно сжатые челюсти и леденящий взгляд, которым он буравил нас с Матлером, сумели вернуть мне равновесие. "Все в порядке" - отметила моя тройственная натура. Никто мной не помыкает. У нас тут всего-то противостояние с упрямством наперевес и притворным равнодушием наголо. Ничего, прорвемся!
"Бедный Матлер", - с сочувствием окинула я Серого Альфу, галантно проводившего меня присесть. Вервольф рассыпался в комплиментах и благодарностях за чудный танец. А я думала о том, как низко пала, используя несчастного. Особенно тяжко оттого, что теперь я точно знаю - время приворота вышло, а значит, чувства Матлера искренни. Конечно, кто-то скажет: на войне, как на войне. Но совесть у ведьмы тоже где-то припрятана, нужно лишь вытянуть ее из глубокой кубышки. "Это было в последний раз. К Матлеру обращаемся теперь, только если точно решимся бежать!", - пообещала я самой себе, незаметно избавляясь от кусочка надкусанной Хэшинки. Этот местный фрукт, довольно вкусный и сочный обычно - сейчас показался мне чересчур пахучим и горьковатым. Гнилой попался, что ли? Фу, аж замутило! Или это меня уже от вервольфов просто тошнит!
Глава 19.
Чувствовала себя и вправду неважно, а потому стоило инструментам стихнуть, как я одна из первых покинула зал. А вот на подступах к покоям, моя Волчица навострила ушки. Меня вновь кто-то поджидает в комнате? – с досадой прислушалась я к ней.
Однако будь это Солен, оборотница во мне сейчас бы счастливо визжала, а не настороженно подкрадывалась. Вернее, вынуждала меня крадучись продвигаться к дверям.
Злоумышленники? Хм, странно дверь заперта. Ключ все еще у меня. Да и потом, Судин обещал, что артефакт слежения над входом мигом предупредит Гамм Безопасности, если кто-то из мохнатиков попробует сунуть нос в мои покои.
Помню, я тогда еще усмехнулась про себя при мысли, что в эту мышеловку вполне может угодить зверь покрупнее – в лице их воровато подкатывающего ко мне Альфы, повадившегося проскальзывать в эту самую спальню.
Представляю шок на лице ребят, когда они прибегут схватить нарушителя, а там – сюрпри-и-зз! Альфа Солен, кхи-кхи.
Ладно, шутки шутками, а ключ уже в замке повернут. Открываем. Надеюсь, это Ворро прилетел внеочередной раз.
Однако в полумраке спальни птиц меня ожидал повнушительнее. Прямо на полу, свернувшись пьяным калачиком, валялся мой блудный фамильяр. То есть Дгорон собственной охамевшей персоной! С беспорядочно разбросанными по комнате крыльями, хаотично раскиданными волосами и плотно сложенными в позе эмбриона лапками.
Он лежал, что-то неразборчиво бубня в тусклом свете Луны, с любопытством светящей в открытое настежь окно.
- Дгорон? Ты что творишь?! – зашипела я на него. - Вставай немедленно!
Молчание.
- Слышишь? Поднимайся!
Невнятное мычание в ответ.
- Дгорон! – рявкнула я, уже стоя у него над головой.
- Па-па... ма... па-ма...
- Ну нет, только твоих мам и пап мне тут не хватало! – наклонилась я в попытке приподнять парня и замерла.
Рука окунулась во что-то мокрое и теплое. Я неверяще поднесла ее к окну и с ужасом признала кровь в липких пятнах.
- Дгорон! – уже совсем по-другому вскрикнула я, бросаясь к включателю артефакта освещения, а затем обратно к раненому. – Очнись, я сейчас... сейчас помогу!
Так вот что он бормотал: «па-ма-ги». А я...
Осмотрела рану: глубокие параллельные порезы, будто нанесенные громадными хищными когтями. Но похоже не волчьи. С последними я тут часто сталкивалась, и они хоть и основательно повреждают кожу, но не настолько глубоко. Укусы.. Следы зубов тоже непривычные. Две кровавые ямочки от длинных клыков сразу бросаются в глаза. Даже знать не хочу, что за тварь его так... Видимо, одно из тех существ, насчет которых предупреждал меня в хижине Солен.
Спешно достала все заживляющее, что только было в комнате. Мази, порошки, повязки с нитями особых целебных заклинаний, чье таинственное поблескивание, вшитое в структуру ткани, видела только я сама. Промыв порезы специальной губочкой, смоченной в магическом растворе, я обработала и перевязаны раны Дгорона, беспрестанно проговаривая вслух заживляющие скороговорки.
Китти беспокоить не стала. Хоть усердная помощница и готова была в любое время дня и суток прибежать на выручку, едва заслышав звон магического колокольчика, с помощью которого здесь вызывали прислугу. Однако мой переволновавшийся мозг все еще не выдал достойную легенду, способную объяснить мою связь с Тёмным ночнужкой. Это так тут расу Дгорона называют.
А про свою вероятную парность с Соленом я пока распространяться не хотела. Дружба дружбой, а служит Китти все же своему Альфе в первую очередь. Кто их знает, какие они тут присяги дают и насколько ограничены в хранении тайн, касающихся напрямую Белого Солена.