Вне подозрений
Льюис поднял руку.
— А вот здесь, на кромке кадра, можно заметить часть крыла светлого автомобиля. Изображение, правда, никудышное, смазанное, все вокруг мелькает, но ясно, что машина или серая, или белая, и еще я сумел различить уголок черного бампера. Видите?
Льюису пришлось дважды прокрутить этот кадр, указав пальцем на его кромку. Он не ошибся — там действительно виднелись часть крыла и бампер автомобиля.
— Возможно, наша машина и ехала следом за «Рендж Ровером» или спустилась по Олд-Комптон-стрит с Тоттенхем-Керт-роад и припарковалась на углу. Этот фрагмент мы тоже увеличим и посмотрим, удастся ли нам определить марку автомобиля. Мне кажется, это был старый «Мерседес», быть может, тридцатилетней давности.
Видеофильм закончился, и Льюис перемотал пленку.
* * *Просмотр наскоро смонтированных частей фильма произвел на команду странное, едва ли не сюрреалистическое впечатление. Мелисса словно ожила и предстала перед детективами, однако они по-прежнему не имели ни малейшего представления о ее убийце и не знали, сумеют ли хоть когда-нибудь выйти на его след. Лангтон с непривычной осторожностью закрыл дверь кабинета, а его подчиненные отправились выполнять задания.
Анна села изучать досье пятой жертвы. В ее предыстории выявилось кое-что новое. Тридцатичетырехлетняя Берил Виллиерс оказалась не только моложе, но и сильнее своих предшественниц. Она сопротивлялась убийце и сдалась отнюдь не сразу. Тем не менее оба ее глаза почернели и опухли, нос был сломан, а два передних зуба выбиты, и их нашли рядом с трупом.
Она тоже была известной проституткой и употребляла наркотики, однако при вскрытии их следы не обнаружились, равно как не обнаружился алкоголь. Берил жила в Брэдфорде, и ее долго не могли опознать — единственным надежным признаком стала имплантированная, силиконовая грудь. После опознания полиция провела расследование и опросила девушек, работавших около станции «Кинг Кросс». Но никто не помнил, какого клиента «сняла» Берил в тот вечер вслед за парочкой завсегдатаев, которых она подхватила у станционной арки. В последний раз ее видели расхаживающей на своем пятачке где-то в четверть одиннадцатого.
Через месяц после исчезновения, в марте 1999 года, тело Берил нашли в Уимблдон Коммон.
Анна перечислила про себя отличия: во-первых, Берил моложе других жертв. Во-вторых, у нее не было детей. В-третьих, она работала по уик-эндам и каждую пятницу вечером уезжала из Брэдфорда, возвращаясь домой в понедельник. Она родилась в Лейчестере, и полиция отыскала там ее мать. Пожилую женщину потрясло не столько известие о гибели дочери, сколько другая новость — она даже не подозревала, что ее Берил проститутка.
Анна сделала несколько коротких выписок из досье и вернулась к архивным полкам, чтобы взять шестое досье.
— Что ты делаешь? — поинтересовалась Мойра.
В сущности, Анна пыталась себя чем-нибудь занять.
— Да так, знакомлюсь с разными досье, — небрежно ответила она.
— Ты ведь дочь Джека Трэвиса?
У Анны загорелись глаза.
— А вы его знали?
— Джека знали все. Другого такого нет и не будет. Мне очень жаль, что он умер.
— У него был рак.
— Да, мне известно. Мы послали цветы. А как твоя мама смогла это пережить?
— Она умерла на два года раньше его.
— О, как я тебе сочувствую. Она была очень красива. Помню, я однажды с нею встретилась. Никто из нас не верил, что старый чудак так долго хранил ее секрет.
— Он перед ней преклонялся, — улыбнулась Анна.
— А мы все преклонялись перед твоим папой. Если бы он вел это дело, то добился бы результата прямо сейчас. По-моему, Лангтон пока что неглубоко копает, хотя умения у него не отнимешь. Знаешь, что я тебе скажу, — у девушки, конечно, была с собой сумка. Почему бы нам этим не заняться?
Анна почувствовала, что должна вступиться за Лангтона.
— А мы уже занялись.
— Да, но работаем до черта бессистемно. Ищем наугад. Взять хотя бы этот видеофильм с реконструкцией событий. Они не засняли ее с сумкой. Дилетанты проклятые. И почему они не спросили у ее мамы, не исчезла ли из дома какая-нибудь сумка?
— Мы проверяли квартиру Мелиссы? — задала вопрос Анна.
— Конечно, проверяли. У нее целый гардероб забит сумками. — Мойра поглядела на фотографии на стене.
— Молоденькая девочка, вся жизнь впереди, не то что у каждой из этих бедных шлюх. Я смотрю на снимки, а потом их глаза преследуют меня, точно бездомные собаки. И у всех одно и то же выражение, верно? А вы заметили, что большинство из них приехало с севера?
Мойра кивнула:
— Да, из Лидса, Ливерпуля, Блэкпула, Манчестера, Брэдфорда…
— Вот я и гадаю, есть ли тут какая-то связь? А вдруг они были знакомы?
Мойра пожала плечами.
— А ты поищи около больших станций — в Итоне, Кинг Кроссе, Паддингтоне. Как правило, они сходят с этих северных поездов и подбирают клиентов на вокзалах. Вьются вокруг них словно осы. А сутенеры ловят их на наживку — либо на наркоту, либо на выпивку. Уж я-то знаю, как-никак шесть лет прослужила в полиции нравов.
Мойра отошла, дав понять, что разговор окончен.
Лангтон открыл дверь кабинета и окликнул Анну:
— Трэвис! Подойдите сюда на минуту.
Анна направилась к нему с блокнотом в руке, а Мойра подмигнула Джин:
— Знаешь, она толковая.
Джин поджала губы и вернулась к компьютеру.
— Может быть, на нее так подействовала «Преступная ночь»?
Анна остановилась перед столом Лангтона. Он, не прерываясь ни на секунду, вертел карандашом и заметно волновался.
— Сегодня утром вы опоздали. Вчера вам стало плохо на месте преступления, а затем при вскрытии. И я уже начал думать, что вы зря заняли это место, Трэвис.
Она насторожилась.
— Но мне только что позвонил Хенсон, — продолжил он. — Похоже, что вы были правы. Отметины на животе Мелиссы — от удара кулаком, но его смягчила ткань топа, и на коже не осталось синяков. Хотя есть следы волокон, совпадающие с фактурой топа. Четкий отпечаток мы все равно не получим, это безнадежно, но Хенсон полагает, что им удастся определить размер кулака, и если мы поймаем убийцу, то они смогут сравнить след с его кулаком.
— Это хорошо, — негромко отозвалась она.
Он косо взглянул на нее.
— О чем вы?
Анна замялась.
— Э-э, я просто думаю, что нам стоит устроить пресс-релиз и предупредить этих уличных девок.
— Бесполезно. Их ничто не остановит.
— Я прочла о пятой жертве и…
— Ее звали Берил Виллиерс, — пробормотал он себе под нос.
— Знаете, она была лучше прочих, не такой истасканной. Ни пьянства, ни проблем с наркотиками и…
— Ничего нового вы мне не скажете, Трэвис, — перебил ее он. — И вскоре у нас состоится пресс-конференция.
Однако Анна упорно стояла на своем:
— А вы не пытались обнаружить связь между жертвами? Я обратила внимание, что все они с севера Англии.
— Вы обратили внимание? — Он откинулся на спинку стула. — Что же, продолжайте читать досье, знакомьтесь с документами, а затем прочтите подробности расследования, тысячи разных заявлений, и вы поймете, что никакой связи между ними нет. Они не были знакомы!
Майк Льюис просунул голову в дверь.
— Хотите, я сейчас приведу Раулинза? Мы еще раз просмотрели пленку и думаем, что там, на кромке кадра, это он.
— Ладно, давайте его сюда. А если еще что-нибудь выясните, позвоните мне.
— Хорошо.
Льюис захлопнул за собой дверь. Какое-то время ничто не прерывало паузу.
Глаза Лангтона были закрыты. Он отдыхал, положив голову на скрещенные руки. Анна уже собиралась уйти, когда он произнес:
— Там что-то не то. Вспомните, как Мелисса бежала в этих кадрах. Да, там что-то не то.
— Но она же поссорилась со своим бойфрендом, — задумчиво пояснила Анна.
— Вспомните, как Мелисса бежала, — повторил Лангтон. — Непохоже, что девочка поругалась со своим приятелем. Скорее ее что-то напугало.