Пастушка для дракона

– Перекусим? – предложила мужчине.
– Вы же хотели хозяйство идти смотреть, – мрачно сказал он.
– На сытый желудок это приятнее, – отбрила я, – да к тому же в горячей печи еда засохнет и станет невкусной.
Немного покружив по кухне, я нашла глиняные миски, кружки, новенькие деревянные ложки в укладке на полке и сухари. Свежего хлеба не было – его, верно, забрали с собой, не было и ножей. Это понятно, крестьяне инструмент не бросают, даже если в город едут. Накрыла стол и вопросительно взглянула на дракона:
  
– Дочь сами позовете?
Он как-то вздохнул, щелкнул пальцами, вероятно, развеивая то, что мешало любопытной девочке нас подслушивать, и позвал негромко:
– Мелисса, к столу!
Девочка вышла.
Я невольно залюбовалась аккуратными локонами, бархатным платьицем и всем ее видом. Словно юная барышня на картине девятнадцатого века. Вот только не проживут в деревне все эти одежки долго, да и зима впереди. Вряд ли дракон украл дочь с чемоданом личных вещей и гардеробом. Значит, и это ляжет на мои плечи. Впрочем, мне и самой надо будет переодеться, но позже.
Мы все с аппетитом поели суп и кашу, закусывая сухарями. На сладкое я отыскала горшочек меда. Ржаные сухари с медом – не так и плохо, Мелиссе точно понравилось. Наевшись, она пожелала на прогулку и с разрешения отца побежала надевать шляпу, перчатки и пальто. Потом скрипнула дверью – малышке явно было интересно здесь. Что ж, пусть погуляет, надеюсь, тут безопасно!
Я присмотрелась к одежде, оставшейся у двери на вешалке. Все приличное – теплое, добротное – крестьяне забрали. Остался какой-то замызганный кожаный плащ, обрезок тулупа, похожий на потертый жилет, и совсем уж никчемные обноски. Поморщилась и прямо сказала дракону:
– Мне нужна теплая одежда.
Он открыл рот, чтобы отбрить, и уставился в глубокий вырез рубашки. Вздохнул и махнул рукой на стоящий тут же сундук:
– Прежние хозяева кое-что оставили. Посмотрите тут.
Я смерила взглядом тяжелую крышку и снова уставилась на мужчину. Около минуты он недоумевающе играл со мной в гляделки, потом понял и поднял тяжеленную, окованную железом крышку.
Плащ я нашла – очень тяжелый, пахнущий полынью, и неуклюжий, но зато теплый. Заодно и платок прихватила – тут, судя по всему, тоже осень, уши нужно беречь!
Мы вышли из дома, и я еще раз поразилась тому, как тут все разумно и аккуратно устроено. Дом и все необходимое замыкалось в квадрат, запираемый тяжелыми воротами. Рядом располагалась узкая калитка, но высотой она была равна воротам. Сбоку тянулась полоска забора. Вернее, не забора, а тына с заостренными кольями наверху. Тут же стояла лестница. Я подумала и забралась на нее под удивленными взорами дракона и девочки.
– Сверху лучше видно, – пояснила я, – к тому же мне надо увидеть, какая тут местность.
Вот это мужчина понял и даже одобрительно кивнул, а Мелисса смотрела с завистью – ей отец залезать никуда не разрешал. Маленькая драконочка пыталась возражать, но Лэйран так на нее глянул, что малышка надулась и отвернулась.
Я же отнеслась к такой ситуации одобрительно. Бархатные юбки и шляпка с перьями для лестниц и сеновалов не годятся. Вот переодену малышку в штаны – тогда пусть лазает где хочет!
С лестницы я увидела много интересного. Например, реку и что-то вроде многолучевой звезды, начерченной прямо на земле. Оказывается, хутор был выстроен на холме. С одной стороны текла река, с другой высился лес. Пространство между строениями и лесом было хорошо расчищено, видна четкая тропинка к реке и еще две в разные стороны.
Я посмотрела налево, туда, куда убегала вторая тропа, и ахнула – пасека! Обнесенная легким плетеным заборчиком, это, несомненно, была она. Колоды, накрытые деревянными крышками, а кое-где соломенными «хохлами», стояли красивым кругом. В центре высился вкопанный грубоватый стол. Вместо одного из ульев торчало что-то непонятное. Неужели омшаник? Ай да крестьяне – все продумано и устроено с понятием. Пчелы проде бы и в стороне, а на деле рядом. И заливные луга тут, и сад с плодовыми деревьями, и вон справа распаханная полоса неизвестно для чего. Большое хозяйство, справное.
– Господин Лэйран, – поинтересовалась я, возвращая внимание двору и дракону, – а сколько на этом хуторе было мужчин?
Мой вопрос его удивил. Нахмурился, что-то посчитал и ответил:
– Хозяин дома, два его женатых сына, три холостых и два мелких внука.
– Значит, минимум шесть взрослых работающих мужчин. Интересно, способен ли будет заменить их один дракон? – посетовала я и тут же мысленно хлопнула себя по голове, потому что от моих слов мужчина надулся, и, кажется, в глазах снова мелькнул вертикальный зрачок. Ладно-ладно, верю, что заменит!
Тяжело вздохнув, я спустилась с лестницы. Сад, огород, поле и пасека подождут. Сначала живность!
В хлеву мычали две коровы, бычок и две телушки. Мелисса смотрела на животных с изумлением, словно видела впервые.
Я схватилась за голову:
– Господин Лэйран, это… много!
– Много? – дракон оглядел животных без интереса.
– Коров нужно доить. Телки пока малы, их, наверное, можно продать, но в зиму скотину не покупают, не хватит сена на прокорм, значит, надо держать до весны. Бычок… Мелкий, как телки, можно оставить на откорм, а можно по морозу заколоть на мясо. Но пока все равно придется кормить и убирать за ним.
Дракон пожал плечами:
– Скажете, что нужно сделать, сделаю.
Я только головой покачала. Кажется, дракон плохо представляет себе, что такое хлев. Ладно, если что – это все мясо. Главное – холодов дождаться!
Тут же рядом с коровами стояли овцы и козы. Я опять тяжело вздохнула. Дюжина овец и два барана. Коз всего пяток, плюс козел, козлят не было – или продали, или съели. Но судя по раздоенному вымени, коз тоже нужно будет доить. Овец не успели постричь, коз не успели вычесать – и все это стадо недовольно цокало копытами в небольшой загородке возле стожка сена. С одной стороны – мясо, с другой – доход. Год ведь нужно прожить, а не пару месяцев. Подумаем.
За хлевом расположилась конюшня.
Дракон разрешил крестьянам забрать одну лошадь и телегу, словно они на ярмарку ехали, еще три остались в стойлах.
– Про лошадей я совершенно точно ничего не знаю! – призналась я.
– Зато я знаю, – отмахнулся дракон, – еда и вода у них есть, закончим обход, выпущу в леваду.
Мне стало легче.
 
Глава 4
 
Отдельным сюрпризом стал птичник.
Я даже застонала, а пальцы заныли от фантомной боли, вспоминая, как тяжело и больно их ощипывать. Гуси! Штук сорок, а то и пятьдесят крупных взрослых птиц! Понятно, река рядом, почему бы и нет? Утки – этих вообще под сотню! Куры, вот их было меньше, но тоже хватало. Чем всю эту ораву кормить?
Я заглянула в корыта. Ага. У гусей что-то вроде запаренных отрубей. У уток то же самое, плюс зелень. Что за зелень? Ряска? Неплохо! У кур отруби и трава, плюс какие-то объедки. А где все это готовится?
Оказалось, тут же, в птичнике, стоит кирпичная печурка, а на ней огромный котел с запаренными отрубями. Печь греет птичник и готовит еду на всех. Но сколько ж тут работы!
– Господин Лэйран, – вздохнула я, – у вас точно нет возможности нанять батраков?
Дракон только хмуро на меня посмотрел.
Ладно-ладно, авось передумает! Поживем – увидим!
В птичнике, как выяснилось, тоже была калиточка, вернее, тяжелая утепленная дверь, ведущая к реке. Стоило ее открыть – гуси и утки, радостно гогоча, ринулись вниз. Одной заботой меньше. Отруби есть, надо будет налить в корыта к вечеру, чтобы птицы вернулись. Кстати, крылья у них подрезаны или нет? Пригляделась – даже у кур подрезаны. Вот и славно. Не улетят.
  
Мелисса на птиц смотрела на диво дивное, а уж когда я обошла свитые из прутьев и набитые сеном «гнезда» у куриц, собирая в корзинку яйца, она вообще стала воспринимать меня как волшебницу.
Еще во дворе обнаружилась будка, в которой лежала собака с выводком щенков. Я, правда, думала, это не будка, а птичник еще один или сарай для дров, вот и вломилась туда, не услышав предупреждения дракона. Остановилась как вкопанная, увидев оскал.