Замкнутый дракон, или Кто съел кулебяку с катикаком?! (СИ)

- Зачем? – вгляделась в их смущенные и печальные личики. – Вам здесь разве плохо? 
- О нет, что вы, - мальчик помотал головой. – Мы с сестрой очень благодарны вам за все. Вы так о нас заботились. Почти… - он осекся.
- …почти как мама, - нежным голоском подхватила Нюся.
- Но после того, что сделала наша тетка, мы, конечно, не можем больше тут оставаться, - мальчик помрачнел.
  
- О чем ты? – ничего не понимая, я услышала крик.
- Леди Тори, леди Тори! – к нам подбежала Лили. – Тут такое стряслось, вы не поверите!
- Что случилось? – я встала. 
- Сидорина-то, проклятущая бабень, сбежала с мужем своим этой ночью! – зачастила служанка.
- Да и пусть, - махнула рукой с облегчением. 
Надо же, так напугал их Захария, что и ночного ущелья не побоялись. 
- Дак если б только сами они ушли! – Лили сжала кулачки. – Они ж еще и работников всех обокрали, сбережения ихние стащили. Видать, долго присматривались, где у кого тайничок какой. А еще и у вас все покрали! Серебро унесли фамильное, ценные вещички все, какие углядели, даже картину и ту со стены сняли и слямзили, прохиндеи жадные!
- Кухонную-то утварь хоть оставили? – с усмешкой осведомилась я.
- Так да, - растерянно кивнула помощница. – Но даже книги, где золотое тиснение было, и те утащили!
- Бог им судья, - я посмотрела на понурившихся детей. – А вы чего приуныли? Неужели скучаете по бывшим опекунам?
- К стыду своему должен отметить, что ничуть не скучаем, - признался Александр. – Тетя и ее муж – плохие люди, хоть и родственники нам. Уже не в первый раз они такое воровство проворачивают. Я должен был предупредить вас о том, что они могут подобное выкинуть. Ведь вы были добры к нам с сестрой. Но не смог рассказать. Боялся, что вы выгоните их, а вместе с ними и нас. Простите, пожалуйста, леди Тори! – он посмотрел в мое лицо полными раскаяния глазами. – Понимаю, что мое поведение было недозволительным. Мы немедленно покинем замок. Идем, Нюся.
Он взял сестренку, что уже плакала, за руку. Но та вырвалась и, подбежав, обняла меня, уткнувшись лицом в живот. Я и сама ни слова больше не смогла сказать и разревелась. 
- Так, всем отставить плакать! – раздалось сзади.
Захария - без всяких проверок догадалась я, услышав такой родной уже голос. 
- Никто никуда из замка не уходит, - распорядился дракон, подойдя к нам. – Сидорина и ее муж остались в прошлом – для всех. Перед уходом они подписали документ, согласно которому отныне вашими опекунами, дети, - он посмотрел на малышей, - являемся мы с Викторией.
- Вы? – ахнул Александр.
- Мы, - подтвердил мужчина и уточнил с улыбкой, - будете нас слушаться?
- Будем! – хором выдали брат с сестрой.
Как же сияют их глазенки! Я почувствовала, что от нежности зашлось сердце. 
- Но как же… - мальчик посерьезнел. – Воровство?
- О нем забудем, - ответил щедрый Захария. – Я возмещу работникам потери. А вы помните – что вашей вины в том нет, никакой. 
- Вот я сейчас всем расскажу, порадую людей! – Лили подскочила и помчалась в замок.
- Возвращайтесь и вы тоже, - велела я детям. – Сейчас будем завтракать. Только приготовлю сначала.
- А я помогу, - дракон посмотрел вслед ребятишкам. 
- Поджаришь кашку? – уточнила с усмешкой.
- Не только, - он ухмыльнулся. – Еще я в совершенстве умею варить яйца! 
- Ты многое умеешь делать в совершенстве, - признала я. – Решать проблемы, совершать добрые дела, приносить людям счастье. 
- И тебе? – тихо донеслось в ответ.
- Мне в первую очередь, - кивнула, тая под его взглядом.
- Это самое важное.
Тишина, нарушаемая лишь шепотом ветра, проскользнула между нами. Воздух пах цветами. Красота! 
- Жррррать давай! – нарушил всю романтику Бука, упав на нас с небес. – Жрррать! А не то попка похудеет!
- Пойдем готовить, - я кивнула. – А то ведь не дай Бог, попка похудеет. Прохиндей пернатый. – Мы зашагали к замку под раскатистое возражение:
- Птеррродактиль! 
  
Глава 35 Галиматья
 
После завтрака я собралась за покупками. С собой взяла Лили и моего птеродактиля – чтобы не угодил в лапы Леонарда, пока меня нет. Некромант не показывался, что одновременно и радовало, и настораживало, заставляя думать о том, не замыслил ли он снова какую-нибудь пакость. 
Размышляя об этом и заодно беспокоясь за детей, даже не заметила, как мы дошагали до городка.
- А вот и моя любимая лавка! – Лили потянула меня к двери, расписанной цветами.
За ней нас ждала кухонная утварь. Блестевшие зазывно бока новых кастрюль и сковородок манили, будто несметные сокровища. Но я одернула себя и купила только столовые приборы, у нас вечно нехватка их наблюдалась. То ли сорока утаскивала вилки-ложки, когда случай выдавался, то ли сами терялись таинственным образом, как носки при сушке.
Служанка повздыхала и повела меня в другую свою любимую лавку, где на верхних полках красовались перчатки, ремни, сумки, заколки, а на нижних сияли начищенными носами ботинки, туфли, сапожки. Сделала себе в памяти зарубку на будущее, что нужно придти сюда с детками и купить им новую обувку – особенно для Александра и Нюси, им нужнее всего будет. А то ведь на то, в чем они бегают, без слез не взглянешь. Сидорина явно не заморачивалась тем, чтобы у деток ножки в тепле и сухости находились.
- А вот эта точно моя любимая! – заявила Лили, увлекая меня к новой двери.
- В третий раз уже это слышу, - рассмеявшись, последовала за ней. 
Звякнул ябеда-колокольчик над дверью, оповещая владельцев магазинчика, что пора выскакивать из подсобки и старательно уменьшать количество монет в кошелях покупателей. Чем и занялась хозяйка, выплыв к нам. 
Ароматные товары – мыло с травами и маслами, духи, микстурки от всего на свете, средства для волос и от них, леденечики и фигурные конфетки были нам представлены, расписаны в красках и тут же упакованы в красивые бумажные пакетики с задорными бантиками.
- Все, хватит! – взмолилась я, когда голова пошла крУгом от запахов, а корзинка на сгибе локтя начала оттягивать руку. – Еще на рынок за продуктами заглянуть нужно. А коли так пойдет, - потрясла изрядно похудевшим кошелем, - кушать нам придется мыло!
- Красота важнее, - с важным видом изрекла владелица лавки.
- Скажите это голодному дракону в расцвете лет и куче растущих ребятишек! – со смешком парировала я, за локоток утаскивая Лили к выходу. – Они меня съедят на ужин, если не закуплю овощи и мясо.
- Тогда возьмите в подарок, - хозяйка протянула мне синий пузырек. – Мажете ножку и держите минуту. Потом смываете. Гладкая станет, все волоски отпадут. В столице это самый писк моды!
- Спасибо, попищим с удовольствием, - Лили цапнула хваленый товар и сунула в мою корзинку. – Дармовщинку-то все любят. 
- Соррроки! – прокомментировал Бука с высоты своей мужской доли.
- Надеюсь, господину де Сен-Морану понравятся ваши голенькие ножки, - шепнула служанка, когда мы вышли на улицу.
- Ты меня смущаешь, - я зарделась. 
Так непривычно, когда кто-то его называет по фамилии. Привыкла уже к имени. 
- А вот зря краснеете! – помощница рассмеялась, шагая к другому магазинчику. – Все видят, как дракон на вас смотрит! 
- И как же?
- Ух, как смотрит! Будто съесть хочет. – Она расхохоталась. - Ну, вы совсем как помидорка стали! Таким гордиться надо, а не стыдиться. Вам же он тоже по сердцу, верно?
- Лили, идем уже, пока рынок не закрылся, - направилась к распахнутым настежь кованым воротам, за которыми виднелись длинные ряды прилавков.
  
В нос ударила дикая смесь из сырой рыбы и мяса, овощей и фруктов, с громко солирующими тяжелыми нотами специй.
- Чего морщишься? – спросила бабуля в лохмотьях, сидевшая на ящике у створки ворот. – Такая девчуля сильная и запашка рыночного испужалася?
Темно-карие, глубокие и непроглядные глаза глянули, будто прямиком достав до самого донышка моей души.