Замкнутый дракон, или Кто съел кулебяку с катикаком?! (СИ)

- Так то дворянским деткам надобно! – возразила Сидорина. – А беднота должна пахать. Иначе кто их кормить-то будет?
- То есть, если детей бесплатно кормили бы, вы бы им позволили делать, что вздумается?
- Понятное дело! – она хмыкнула. – Но никто ж их задарма содержать не намерен, так что…
- Тогда так и договоримся, - я захлопнула ловушку. – Алекс и Нюся перейдут на обеспечение замка, а взамен будут играть с Марком и Соней. Договорились?
  
- Это ж как? – женщина растерянно захлопала глазами. – Чего ж вы, всамделишно задарма их кормить и одевать будете? Расходы же ж.
- Так то уже не ваша печаль. Ну, согласны?
- Как бы да, - она зыркнула на детей и пригрозила кулаком, - смотрите у меня, чтобы жалоб со стороны леди Виктории не было, а не то высеку, не пожалею!
- Мы сами разберемся, не переживайте. А вы идите работайте, скоро уже обед.
Сидорина с подозрением глянула на меня и ушла.
- Спасибо, леди, - Александр отвесил чопорный поклон, в который раз заставив задуматься, откуда у такой, уж честно скажем, хабалки столь воспитанные детки?
- Спасибо, леди! – вторила ему Нюся. Бледные с испуга щечки девочки приятно порозовели.
- Пожалуйста. А где Соня? – спохватилась, запоздало сообразив, что если сейчас ее не слышно и не видно, то долго придется прибираться – потом.
- Так обиделась она, - сообщил Марк.
- На что?
- Ну… - он замялся. – Это по женской части.
- Как это?
- Нюсь, расскажи, ты ж тоже девочка, - он умоляюще посмотрел на сестру Александра.
- Да просто все, - та махнула рукой. – Соня обиделась на мальчишек – за то, что они могут писать стоя. А ей никак. И теперь с ними не разговаривает. - Сидит в комнате и дуется, - добавил Марк. – Сказала, что выйдет оттуда только тогда, когда мы ей такой же, э-эм, - мальчик густо покраснел, - крантик приделаем, какой у нас есть. 
- Беда, - я улыбнулась, качая головой.
- Да, - брат вздохнул. – Что с ней делать теперь, ума не приложу. Она же упрямая, жуть. Прямо как наша мама. Папа всегда так говорил. А она смеялась, - он погрустнел.
- Так Сидорина с мужем вам не родители? – переспросила, ухватившись за его слова.
- Нет, - помотал головой и, понизив голос, попросил, - вы только не говорите никому, она велела молчать об этом. Иначе нас в сиротский приют отдадут.
- Не волнуйся, никому не скажу. – Пообещала мальчику, хмурясь.
На сердце было неспокойно. Что же за тайна за прошлым у этих малышей скрыта? Как они оказались у такой нехорошей женщины? Надо бы мне это выяснить!
  
Глава 22 Крантик
 
А вот и наша хулиганка! Я вошла в детскую и увидела Соню, что старательно раскрашивала стены карандашами. С упоением, высунув кончик языка, она возила разноцветными огрызками по ткани, тщательно муслякая их во рту предварительно.
- Варх, - Барса, что лежала рядом, извиняющимся взглядом недосмотревшей няньки уставилась в мое лицо.
А потом, глянув на несравненные красоты, рожденные малолетним гением, прикрыла глаза лапами.
- Вики! – наша маленькая художница просияла. – Класиво? – осведомилась тут же, встав рядом с размалеванной стеной. – Смотли, это я, это дядя Захалия, Малк и ты, - пальчик ткнул в монстра с перекошенным лицом. Впрочем, остальные тоже не были красавчиками.
- Красота, - подтвердила я. – Только надо тебя теперь умыть, - окинув взглядом перепачканные руки и платье, уточнила, - и помыть.
- Потом, - она отмахнулась. – Скажи, где мой клантик? – она с детской непосредственностью задрала подол и ткнула пальчиком в панталончики. – У мальчишек есть, чтобы писить стоя, тоже хотююю!
- Милая, ты девочка, у тебя нету крантика. Девочкам зато гораздо удобнее, они писают сидя.
- Хочу писун! - девочка разразилась плачем.
И хоть я и знала, что слезы в таком возрасте как летний дождь – набежала тучка, быстренько полила малость, и вот снова уже светит солнышко, все равно захотелось утешить малышку. Она же не виновата, что кругом мальчишки, что имеют наглость справлять нужду стоя, пробуждая в ней зависть. Может, теперь, когда появилась Нюся и я, Соня начнет гордиться тем, что она девочка.
- Детка, когда ты вырастешь и выйдешь замуж, крантик твоего мужа будет принадлежать только тебе! – щедро пообещала ей, выложив «козырный» аргумент.
- Дяяя? - дите заинтересовалось, слезки мигом высохли.
- Конечно!
Не успела оглянуться, как малышка уже унеслась. Лишь топоток ботиночек раздавался в коридоре, стихая. Какая шустрая стрекоза! Мы с Барсой переглянулись и кинулись вдогонку, подозревая, что в ее озорной головушке созрел какой-то план, который нам нипочем не разгадать. Можно лишь попытаться подоспеть на место катастрофы к тому моменту, когда придет время минимизировать урон или разбираться с последствиями катастрофы.
Соню я догнала уже только в кабинете Захарии. Как раз в тот момент, когда она туда ворвалась и тут же радостно выпалила, порадовав дракона, что спокойно пил чай, сидя за столом и разбирая какие-то бумаги:
- Дядя Захалия, а Вики мне сказала, что когда выйду замуф, у меня будет писун! Ну, у муфа будет. И это будет только мой писун!
- Ч-что? - дракон подавился чаем и побагровел.
- Я объясню, - предупредила его, чтобы тот не схватил инфаркт, и сказала возмутительнице спокойствия и уничтожительнице моей репутации, - беги, Соня, поищи Марка и Александра, поиграй с ними.
Но любопытство девочки подкинуло ей еще одну мысль, которую она тут же и озвучила в силу свойственной возрасту сообразительности:
- Вики, тебе надо выйти замуф за дядю Захалию, тогда его писун будет только твой. А то неполядок, его клантик никому не нуфным болтается, так фе низя!
Дракон побагровел еще сильнее. Я сравнялась с ним цветом. А маленькая охальница мигом умчалась, посчитав свою миссию законченной. Правильно, куда уж больше. Все сказала, что могла, занавес, аплодисменты вслед, цветы на сцену и громкие крики «бис!».
- Умеет она наводить шороху, - пробормотала, не смея взглянуть на мужчину.
- Устами младенца, - пробормотал он, промокая документы, которые сам же забрызгал чаем.
- Что?
- Прости, имел в виду, что у них в этом возрасте что на уме, то и на языке, - кажется, Захария готов был покраснеть от стыда еще сильнее, но дальше было просто некуда.
- Это не нарочно получилось, э-э, с крантиком, - я пустилась в неловкие пояснения, теребя свои пальцы. – Вот так все вышло, - подытожила, поведав историю, которая рисковала стать семейной легендой – от которой наша хулиганка будет краснеть, когда вырастет.
- Понял, - дракон кивнул. – Я недооценил необходимость для девочки женского пола рядом. Мать ей не занималась, только брат и теперь, в силу обстоятельств, я. Хорошо, что ты отныне в замке, Виктория.
- Спасибо, - на душе потеплело.
- Тебя все устраивает? – он встал и подошел ко мне. – Может, есть какие-то пожелания? – моя ладонь вдруг оказалась в его руке – такой горячей, что бросило в жар.
Мысли вмиг улетучились. Все вопросы, что оставались пока что незаданными, вдруг растворились, словно сахар в кипятке. Я почему-то смутилась. Странно. Когда Глен брал за руку, ничего подобного не было. Хотя, наверное, это из-за того, что мыс женихом дружили с детства. С этим драконом все не так, совсем!
- Торрри! – вопль Буки спас меня.
Следом послышался топот маленьких ножек в коридоре и крик:
- Попугаааа!
- Это Соня, - Захария усмехнулся.
- Надо спасать «попугу», - осторожно вынула ладонь из руки дракона, - пока его не ощипали догола.
  
Я вышла в коридор, прикрыла за собой дверь и облегченно выдохнула. Так, где мой бедняга Бука?
- Торрри! – прохиндей выглянул из-за шторы, где прятался от шустрой девчушки, выпорхнул из укрытия, сел на мое плечо и сообщил, - ворррровка прррилетела!
- Сорока?
- Соррррока, - подтвердил друг. – Бежим!