Миссия Эскарины Ставо (СИ)

- Стыдно, — проворчала я, послушно заливаясь краской. — Но я полагала, что после всей этой истории с несостоявшейся помолвкой тебе понадобится время, чтобы… — я запнулась.
Время, чтобы остыть? Охладеть к женщине, которая так и тосковала по другому? Если бы здесь был Сергей, мы бы услышали множество интересных вариантов того типа, что не стоило бы упоминать в приличном обществе, и уже дружно мечтали провалиться сквозь землю.
Причём, возможно, именно это и помогло бы нам примириться с тем, что не все идёт так, как нам хотелось бы.
- Ты снова недооцениваешь скорость моего мышления, — с укоризной заметил Лаури. — Мне оказалось вполне достаточно трех недель. Но, когда я собрался с духом и вышел на контакт, то выяснилось, что ты в это время находилась недалеко от Главного астероидного пояса.
- Я вернулась позавчера, — призналась я и, заткнув собственную совесть, наябедничала: — И обнаружила, что никто из комцентра не собирается выполнять контракт по распределению задач для "Ганапати".
- Приказ сверху, — пожал плечами Лаури. — Строго говоря, мне тоже запрещено делиться с тобой информацией о работе, но, будем честны, у стороннего спонсора маловато рычагов давления на семью Тагор.
Я вцепилась пальцами в подлокотники капитанского кресла.
- Тайвер Кано?..
- Намерен любой ценой вернуть тебя, — кивнул Лаури. — После твоего увольнения и тюремного приговора лорду Морангу акции "Фрегата" ощутимо просели, да и на отмене рекламной кампании "Норденшельда" он потерял немало. Ему нужен хоть один проверенный капитан, но после скандала с двумя предыдущими никто не рвётся под его крыло.
- Поделом, — заметила я.
- Разве леди твоего ранга подобает быть такой мстительной? — подначил Лаури.
Как раз мой ранг обязывал быть коварной, мстительной и злопамятной. Добродетель, мягкость и всепрощение могли позволить себе только те леди, которым не приходилось день за днём отстаивать интересы своих людей. Общаться с ними было приятней, но куда менее выгодно, и уж наследник владетельной семьи эту разницу чувствовал тоньше, чем кто-либо ещё.
- Поговори с Тайвером, — посерьёзнев, велел Лаури. — Пусть он не самый приятный человек на свете, но если "Фрегат" разорится, нам будет обеспечен и дефицит воды и минералов, и скачок безработицы. Не хочешь возвращаться — не нужно. Просто помоги ему восстановить репутацию компании. Это, на мой взгляд, лучшая альтернатива, нежели взаимные подлости.
Я поморщилась. Вот он, типичный подход будущего владетеля. Прагматичный, циничный и беспринципный.
И, что самое отвратительное, правильный.
Я действительно могу из мести развалить "Фрегат". Но стоит ли перевоспитание зарвавшегося интригана миллионов поломанных судеб? Гибель крупнейшего спонсора исследовательского флота никому не принесёт пользы.
- Словами не описать, как меня раздражает, когда ты прав, — призналась я.
Он картинно заломил бровь.
- Следует ли это понимать так, будто я раздражаю тебя постоянно?
Я пристально всмотрелась в его лицо — породистое, гладко выбритое и ухоженное — и обречённо вздохнула:
- Именно так.
В головном офисе "Фрегата" на меня смотрели так, как будто увидели привидение, явившееся со зловещим пророчеством на мёртвых устах. В моей власти было лишить работы всех сотрудников компании — причём для этого не требовалось никаких усилий. Достаточно ничего не делать, и" Фрегат" быстро пойдёт ко дну.
На счастье сотрудников компании, после разговора с Лаури я уже не могла так поступить с ними ради банальной мести.
— Тайвер у себя? — уточнила я у секретарши в приёмной.
Судя по тому, что она не удосужилась даже взглянуть в сторону коммуникатора, прежде чем кивнуть, о моих перемещениях начальству докладывали с того момента, как я переступила порог фойе. Тайвер, должно быть, уже на месте подпрыгивал от нетерпения, но я не дала ему и рта раскрыть.
— Нет, я здесь не ради униженных просьб и всепрощения, — сообщила я, прикрывая за собой дверь его кабинета. — И уж тем более не ради того, чтобы вернуться на работу.
 
Тайвер отложил ручку, которую вертел в руках. На его лице ходили желваки, и глаза были злыми и расчетливыми.
На кону оказался труд всей его жизни. Он не мог позволить мне высказать свое "фи" и просто уйти.
Я и не собиралась, но Тайвер об этом не знал — а потому припас весомый аргумент: молча выложил на стол свой лайтфон и щёлкнул пальцами. Гаджет послушно выбросил вверх объёмный луч голограммы, который мгновением позже трансформировался в полупрозрачный силуэт взъерошенного мужчины.
Я привалилась спиной к двери, словно его взгляд мог пригвоздить меня на месте, и стиснула зубы. Что ж, наивно было надеяться, что Тайвер не попытается заручиться поддержкой Сергея…
Голограмма не двигалась, и я запоздало поняла, что Тайвер нарочно выставил воспроизведение на паузу, чтобы проверить мою реакцию. Разумеется, я выдала себя сразу же, когда завороженно уставилась на мужчину, который так и не попрощался со мной — и из-за этого будто преследовал меня в каждой мысли и каждом сне, никак не желая остаться, наконец, в прошлом.
— Чего ты хочешь этим добиться? — ровным голосом поинтересовалась я. Момент, когда ещё можно было разыграть равнодушие, чтобы лишить оппонента этого козыря, я безнадёжно упустила, но ещё надеялась изобразить прохладное удивление с достаточной достоверностью, чтобы Тайвер уверился, что давить на меня с помощью своего подельника не выйдет.
В противном случае я рисковала выйти из этого кабинета действующим инженером компании "Фрегат".
— Я? — странным голосом переспросил Тайвер и запустил воспроизведение.
— Когда увидишь её, передай… — Сергей отвлёкся: на заднем плане зазвучала характерная порыкивающая речь. Я узнала голос Лехи. Похоже, сказал он что-то не очень приятное, потому что Сергей выразительно нахмурился и выдал экспрессивную раскатистую фразу на русском, прежде чем снова повернуться к камере. — Передай, что её не хватает. — Он помолчал, со страдальческим лицом игнорируя очередной комментарий, и добавил: — Всем нам. Мы движемся быстрее первоначального графика, но все равно слишком медленно. Астероид — всё-таки не корабль, он тяжеловат даже для трех пар преобразователей, но… Проследи, чтобы она не наделала глупостей. Я… — он снова запнулся и беспомощно отвёл взгляд. — Буду благодарен. И за новости о ней, любые новости, — тоже.
Где-то на этом моменте комментарии на заднем плане пересекли черту, и Сергей, закатив глаза, просто оборвал запись. А я осталась стоять, будто оглушенная, беспомощно глядя на погасший экран лайтфона и напрочь позабыв, что там нужно было изображать.
Три месяца. Я не слышала о Сергее почти три месяца. Кого-то другого, наверное, уже и вспомнить бы не смогла, но он…
— Я ещё не говорил ему ничего, — признался Тайвер. — Ни про твоё увольнение, ни про помолвку с наследником Тагоров.
— Не было никакой помолвки, — хрипло отрезала я.
Тайвер только выразительно приподнял брови, намекая, что источник информации обо мне у Сергея один, и на Карпатии узнают лишь то, что им сочтет возможным сообщить господин Кано. Которому, по стечению обстоятельств, позарез нужен проверенный капитан…
— Я не вернусь во "Фрегат", — твёрдо сказала я. — Ни один мужчина не стоит моего самоуважения. Я здесь только потому, что Лаури переживает о сотрудниках твоей компании, которые не виноваты в том, что соучредитель забыл о совести и чести, и уж точно не должны поплатиться своей работой за твою беспринципность. Я готова подыграть тебе, чтобы восстановить репутацию "Фрегата". Тогда ты сможешь найти другого капитана для "Норденшельда". В обмен я прошу оставить в покое комцентр. Пусть выполняют свою работу.
 
Тайвер медлил так долго, что я напряглась и приготовилась к долгим унизительным торгам: как бы я ни акцентировала речь на своем самоуважении, у меня был и куда более приземленный интерес, и уж делец уровня Кано прекрасно это понимал.