Имперский Курьер. Том 4 (СИ)

— О, тут небольшая промашка вышла. Я не соглашался с вами работать. Работать я буду сам, просто через вас.
— Вот сейчас не понял.
— А я вот сейчас объясню. Как только вы перешагнули порог моего шатра, то попали в поле действия Риоарарнарума. Можете звать его Рио. Это проклятье кошмаров. Нет, ваши часы вас не спасут, мы уже находимся с вами во сне.
Я щелкнул пальцами и шатер сменился кафетерием, потом офисом юриста, а под конец мы оказались сидящими на песчаном пляже, одетые в гавайские рубашки.
  
— Я могу расценивать это к-как нападение на гражданское лицо, — дрожащим тоном произнес Кондрашов, пятясь и не осознавая, что это уже бесполезно.
— Ой, как же мне насрать, вы не представляете. В общем-то, план такой. Вы лежите в моем шатре пару дней, капельницы и жидкое питание я организую, так что за свое физическое тело можете не переживать. Вы тут осмотритесь, отдохните, подумайте над своим поведением. А как будете готовы к серьезному разговору, так и начнем. Первое, что меня интересует, кто третий кит?
— Третий кит? О чем вы вообще.
— Да, вот об этом, собственно. Сейчас вы не осознаете всю серьезность ситуации, поэтому и диалога у нас не выйдет. Третий кит. Первый — владелец юридической фирмы. Второй — вы. Вы на пару предоставляете жертвам иллюзию выбора. Либо пойти на поводу у дорогой фирмы, где люди ходят в приталенных костюмах, пахнут одеколоном, общаются без должного уважения, но зато прекрасно умеют пускать пыль в глаза.
— Я об этом…
— Либо, — прервал я его. — Заграбастать тех, кому все это не нравится. И тут как тут появляетесь вы. Весь такой хороший и добрый, борец за справедливость в мятой рубашке, но зато с прекрасными манерами и горячими напитками в уютном офисе с цветами. Кто третий кит, Всеволод?
— Я все еще не понимаю, что вы несете. Виктор, это возмутительно.
— Виктор? Совсем недавно я был «ваше благородие». А Виктором меня называли как раз в офисе китов. Путаетесь, господин Кондрашов. В общем, наслаждайтесь. Рио, вытаскивай меня.
Через миг я проснулся в кресле и посмотрел вокруг. На раскладушке лежал Кондрашов, его голову держал Костя, а рядом стоял Левша, который и дотащил юриста сюда.
— Уверен, что он подставной? — спросил Левша.
— На все сто, — кивнул я, вставая. — Спасибо за помощь.
— Да пустяки. По сравнению с твоими обычными просьбами вообще не проблема. На чем парень прокололся-то?
Левша был в курсе ситуации с фирмой и исками в суд, так что долгие объяснения не понадобились.
— На кофе, прикинь.
— На кофе?
— Угу. Он прикидывался бедным сотрудником, который пашет ради светлой идеи. Офис в подвальчике, принтер заедает, костюм с протертыми локтями. А кофе в офисе хороший. Очень хороший. Такой даже в империи не продается. Сорт «Копи Лювак» — делается из говна мусангов.
— Мусангов? — хлопает глазами Левша.
— Да.
— Из говна лесных кошек? Кофе?
— Ага.
Левша хватается за телефон, что-то активно там ищет. Видимо, подтверждение моих слов. Судя по округленным глазам, его мир никогда не станет прежним.
Хмыкаю.
— В общем, мужик явно привык к богатой жизни и некоторые привычки все же не смог отпустить.
Просветленный Левша отрывается от телефона, смотрит на меня переосмысленными глазами:
— Звучит… Натянуто, Вик. По запаху говна судишь.
— По чему ж еще судить. А еще у него и у парня из офиса китов одинаковые магические артефакты, через которые я не смог пробиться. Что-то вроде защиты от сканирования, хотя скорее подмены ауры.
Это правда. Я здоровался с обоими, но при этом мой пророческий глаз никак не среагировал, хотя что Всеволод, что Филипп Сазонович были неодаренными. У них не то, чтобы не было будущего, а словно бы этих людей просто не существовало.
— Артефакт — их часы, — пояснил я. — Модели разные, а фирма одна и та же.
— И все равно это похищение и допрос с пристрастием.
— А никто никого не похищал. И допроса не будет. Всеволод просто устал с дороги, и я любезно предложил ему вздремнуть и набраться сил. Побоев нету. Кстати, вон камера висит — как раз чтобы это подтвердить. Плохо, звук не записывает, ну да что поделать. В крови у него никакой химии. Прямого магического воздействия тоже. Рио работает иначе, поэтому я его и пригласил. А то, что во сне у нашего любезного гостя пройдет пару месяцев, так кто ж в такой бред поверит? Юриспруденция — наука, оперирующая фактами.
Рио плюхнулся в свободное кресло и поймал брошенную банку пива.
— Как наш гость? — спросил я.
— О, он будет в восторге. Я приготовил для него отличную программу. Начнем с пространства Мебиуса, затем прогуляемся по детским страхам, потом дадим иллюзию выхода, там он все выложит своим подельникам, — Рио показал пальцами кавычки . — Затем по плану экскурсия на колесо стыда, немного погуляем по тематическому парку «Как я докатился до такой жизни», посетим мамину лавку с пирожками по рецепту «посмотри на себя, кем ты вырос, мы тебя не так воспитывали», а под конец участие в грандиозном шоу-викторине «как могла бы сложиться жизнь, не будь ты таким мудаком».
— Эм… Рио, да? — уточнил Левша. — Ты это, если я где-то когда-то тебя вдруг ненароком обидел, то извини. Про шкета, это я про виконта говорил.
— Да мы не обижаемся, — улыбнулся Костя. — Друзья Виктора и наши друзья тоже. И пивко у тебя зачет.
— А, так вы оба тут, — хмыкнул Левша.
— Рио, не отвлекайся, — вставил я.
— Короче, схема отработанная и безотказная. Но я все еще рекомендую программу «кавайные кошкодевочки», а не это все.
— Давай без всякой жести, понял? Он должен быть в сознании и в своем уме, когда очнется.
— Да нафига?
— У него своя роль. Он мне еще понадобится. Сколько займет по времени твоя работа?
— До завтра управимся. Но мне все равно надо будет проверять как идет процесс. Заодно делать рекламные вставки с тобой в главной роли. Будем впаривать ему первоклассный товар под названием «раскаяние и искупление».
— Я буду нужен?
— Не-а, я ж уже был в твоей шкуре, сам сыграю.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. — Ты очень помог.
— Для того и нужны корефаны. Но вот вчерашний вечер в сауне… Это не было оплатой, если че. А вот от повтора я бы не отказался.
— Решим, — улыбнулся я. — Раз вы с Костей пока застряли тут, то телек и пивной бар в вашем распоряжении.
— Тут есть пивной бар? Я только здоровенный холодильник видел.
— Да, я про него и говорил. В общем, располагайтесь, но следите за ботинками. Ах да, не заглядывай под кровать, пожалуйста. Это единственное правило.
— Да ежкин дрын, что ж ты делаешь-то? И как мне теперь спокойно пиво пить?
— Все, мне пора. А, и не трогать ванночку для ног. Это второе правило.
Рио останавливает руку на полпути к моей ванночке.
Выйдя из шатра, нашел Аркадия Борисовича, и мы вместе поехали в Знаменск. Была еще одна задачка, которой требовалось заняться. Тем более разговор с Костей натолкнул меня на мысль, так что решу сразу две проблемы одним махом.
А именно — посетить местного хитинщика. Раньше это было сделать проблематично, так как он работал на Рубина, но теперь Рубин работает на Светлану, так что и организовать встречу было не проблемой.
Да, Рубина мы пощадили. Вернее, я и не планировал от него избавляться, а Светлана решила, что от живого от него больше пользы будет. Все-таки он родился в Знаменске и знает куда больше, чем мы со Светой.
Хитинщика звали Мамонт. Уж не знаю почему, но по слухам он коллекционировал их шерсть. Работал он в небольшом цеху, расположенном на старой угольной фабрике.
Рубин тут оборудовал для него лабораторию, хотя я бы назвал это полноценной кузницей. Да и сам мамонт походил больше на великана, нежели на ученого.
Встретил меня коренастый крепкий мужчина с телом атлета, голый по пояс, весь в поту. Судя по всему, я оторвал его от работы. А вот голова Мамонта была полностью седая. Волосы собраны в хвост, длинная белая борода до середины груди сплетена в косы, украшенные металлическими кольцами.