Серая сестра (ЛП)

Беги!
Не приказ Кеота заставил Нону повернуться и бежать, а звук бегущих ног. Она останется одна! Нона мельком увидела белое лицо Рули, растянувшееся в крике, в каждой его черточке читался ужас. Джула вскрикнула, выронила нож и бросилась бежать. Ара, мчавшаяся вслепую, врезалась в ближайшую стену. Ужас прорвал барьеры Ноны и затопил ее. Она рванулась за Рули, Кеот требовал, чтобы она бежала быстрее.
Рули перепрыгнула через распростертое тело Ары. Нона последовала за ней. Столкновение Ары со стеной оставило девушку лежать на земле, светлые волосы развевались вокруг ее головы, одна рука была вытянута, как будто указывая путь.
Беги! Кеот убежал в ее глаза, и, внезапно, впереди открылся проход, словно сам камень засветился красноватым светом.
Нона сделала еще пять шагов, каждый медленнее предыдущего, прежде чем Джула, ряса которой развевалась, догнала ее.
Беги! Голос, наполнивший ее мозг, звенел от ужаса, которым страх холотура заразил даже дьявола. Он очень старый. Слишком сильный!
— Она — моя подруга. — Эти слова остановили Нону так же эффективно, как веревка на шее. Она обернулась. Ара со стоном повернула голову, фонарь лежал на боку у ее бедра. Кеот отступил от глаз, не желая видеть того, что следовало за ними.
Бери фонарь и беги!
Нона сделала шаг назад к Аре, потом еще один, наклонившись, словно бросая вызов встречному ветру. Не то, чтобы ее страх исчез, просто ею двигало нечто большее, мысль о костях Ары, лежащих вместе с остальными, медленно пожираемых камнем, постоянное молчаливое обвинение в том, что основа ее собственного существования так же пуста, как Скала Веры.
— Нет... — Шепот. Дрожа всем телом, Нона во второй раз перешагнула через Ару и посмотрела в темноту. — Нет! — Крик.
Она стояла на невидимом ветру. На ее затылке висел Кеот, истекая кровью, пытаясь вырваться из ее кожи и убежать обратно на Путь. Напряжение нарастало: пустая тьма пещеры отдавалась эхом, каменные наросты срывались со стен, теплая кровь текла из глаз и носа Ноны. Она упала на колени под его тяжестью, каждый нерв требовал бежать.
Камни вокруг нее начали кровоточить. Ужасное хриплое дыхание сотрясало темноту. Там была воющая ненависть, и она сгущалась. Темный сгусток тьмы. Ее окружало зловоние разложения. Крики боли были хуже, чем те, что издавала настоятельница, когда ее жгли. В дрожащем освещении появилась послушница с тонкими конечностями и гниющей кожей, она волочила иссохшую ногу, подняв вверх лицо. Гесса!
БЕГИ!
— Нет. — Шепот.
И вдруг страх улетучился. Исчез, в промежутке между одним мгновением и следующим. Тьма снова была просто тьмой. Нона упала на четвереньки, и ее вырвало всем, что в ней было.
• • •
ДЖУЛА И РУЛИ вернулись, пробравшись вдоль стен. Они вышли на свет с бледными лицами и увидели, что Ара стоит на коленях рядом с Ноной, придерживая волосы Ноны и вытирая слюни с ее рта.
— Где это? — Рули наклонилась, чтобы поднять молоток, который она уронила. Он дрожал в ее руке.
— Кажется, ушло. — Нона сплюнула и поднялась на колени.
Что она имеет в виду, говоря «где это?» Голос Кеота звучал слабо, словно издалека, он дрожал под самой поверхностью ее кожи.
Она имеет в виду, что это было?
Вот это и было. Холотур не имеет ничего столь примитивного, как плоть.
— Мне кажется, оно исчезло. — Нона помогла Аре подняться, поднеся пальцы к царапине на лбу. — С тобой все в порядке?
— Ты бы видела другую девочку. — Ара выдавила из себя улыбку. Старая шутка.
— Я понимаю, что ты имеешь в виду. — Джула постучала сковородкой по стене, в том месте, где Ара столкнулась с той, и еще несколько слоев камня треснули.
Ара подхватила фонарь:
— Пошли.
Она повела их обратно.
— А где все кости? — Ара высоко подняла фонарь. На полу пещеры не было ничего, кроме камней и сталагмитов. Дальше маячило что-то большое и круглое.
— Скелеты были частью этого? Как страх? — прошептала Рули. — В наших головах?
 
— Здесь есть один. — Джула указала на известковый скелет, растянувшийся между двумя камнями. — Только один, как те два в нише. Все остальное было иллюзией?
Нона повернулась к объекту на границе света фонаря и двинулась вперед вместе с Арой. Это было кольцо четырех ярдов в поперечнике, стоявшее вертикально, и нижняя его часть была погружена в каменный пол. Само кольцо было толщиной с балку крыши и покрыто натеками камня; сталагмиты и сталактиты украшали верх арки.
— Что это? — Джула остановилась, и все остановились вместе с ней.
— Что-то, что оставили Пропавшие, — предположила Нона.
— Неужели? — Рули посмотрела на нее круглыми глазами.
— Кто угодно мог поставить его сюда, — сказала Джула. — Например, люди, которые построили колонны.
— Сестра Правило говорила, что сталактиту требуется двести лет, чтобы вырасти на один дюйм, — сказала Нона. — И как давно, по-твоему, это произошло?
— Два фута? Три? — Рули шагнула ближе.
— Прошло почти десять тысяч лет с тех пор, как кто-то сбил их в последний раз, — прошептала Нона, тоже подходя к кольцу. — Мы должны двигаться дальше. — Она посмотрела мимо кольца в заднюю часть пещеры, где два туннеля вели вверх, один вниз. — Какой из них, Джула?
— Разве мы не должны... — Джула снова посмотрела на кольцо.
— Оно был здесь целую вечность. Мне нужно посмотреть, где умерла Гесса. — Она видела сомнения остальных. — Это — ключ к поиску Йишт и возвращению корабль-сердца, — добавила она с бо́льшей уверенностью, чем чувствовала.
— Вот этот. — Джула кивнула в сторону туннеля, ведущего наверх.
Ара пошла впереди, время от времени прикасаясь пальцами ко лбу.
— Ты... вернулась за мной? — пробормотала она, когда Нона подошла ближе.
— Я о тебя споткнулась.
Дальше они шли молча.
Твои подруги убьют тебя. Я не понимаю, зачем они тебе нужны. Кеот пробежал по венам ее правой руки, слабый и раздраженный. Особенно две другие. Они слабы. Никакой выгоды.
Нона подумала о тех узах, которые связывали ее с теми, кого она называла своими подругами. Она вспомнила слова Сестры Сковородка, вспомнила, как та описывала Путь и нити, связывавшие каждый предмет с каждым другим, паутину влияния и зависимости, невидимую, вечную, постоянно меняющуюся.
Я провела в этом монастыре пять лет, Кеот, и научилась верить во что-то большее, чем я сама. Все это время Колесо твердила о Предке, обо всех тех, кто пришел раньше и ушел дальше. Но я больше верю в то, что происходит здесь и сейчас. Эти послушницы — мои подруги, и я готова за них умереть. Ради них я сражусь с любым ужасом, против которого у меня не хватит смелости сражаться ради себя.
• • •
НЕСМОТРЯ НА ТО, что Джула могла инстинктивно находить путь под землей, двигаться вперед все еще было трудно. Снова и снова им приходилось возвращаться назад, ища другие пути там, где проход становился слишком узким или слишком крутым, поворачивал или уходил в глубину Скалы. Ноне это показалось днями, а может быть, и часами.
— Я думаю, мы уже близко, — сказала Джула.
— Я думаю, у нас кончается масло. — Ара подняла фонарь и потрясла им, чтобы услышать хлюпанье.
— Еще пять минут. — Джула указала вперед своим ножом ной-гуин. — Мы рисковали жизнью, чтобы забраться так далеко! Другого шанса может и не представиться.
— Если мы потеряем свет, то умрем здесь, — сказала Ара, но пошла дальше.
На пределе их освещенности туннель перед ними сузился, а затем открылся в то, что могло быть довольно большим помещением. Нона понятия не имела, где они находятся по отношению к монастырю, но талант Джулы к навигации ни разу их не подвел.
Их приветствовал шум бегущей воды, воздух был насыщен запахом земли и гнили.
— Что это такое? — Ара подняла фонарь и вошла в комнату.