Серая сестра (ЛП)

Ара шла впереди, ночь была открыта ее взору. Она отвела Нону за скрипторий, туда, где здание стало убежищем. Они прижались друг к другу у большой бочки, которая собирала стоки с крыши.
— Ну? — спросила Нона.
— Я должна вернуться в общество, чтобы поймать того, кто стоит за этими убийствами.
— В одиночку? — в ужасе спросила Нона.
— Нет, глупая. За нами будут присматривать Чайник и еще одна Серая Сестра.
— Нами? — Нона на мгновение почувствовала надежду. Если бы она тоже могла пойти, Аре не причинили бы никакого вреда.
— Есть еще один рекрут. Мальчик.
— О. — Конечно, крестьянской девушке не место на больших балах Сис. Нона ничего не знала ни о танцах, ни о том, как вести себя в компании денег. Ее визит в дом Терры Намсис в начале года показал, что она даже не знала, как поесть под такой крышей. — Это звучит чертовски опасно. — Нона почувствовала бы себя в большей безопасности, наблюдая, как Ара бросается на патруль вооруженных охранников, чем когда ее бросят на произвол судьбы в шелковом платье среди потоков вечеринки Сис. Мало кто мог сравниться с Арой в играх клинка. Но ножи Сис всегда незаметны, почти до того, как плавно войдут меж твоими лопатками. — Ты ничего не должна есть. Или пить. И постарайся ни к чему не прикасаться.
Ара вздохнула. Красное зарево коснулось крыш монастырей, хотя земли под Скалой Веры все еще лежали во тьме.
— Я беспокоюсь не о яде...
— Ну, ты должна!
— ...а о возвращении ко всему... этому. — Ара покачала головой. — Ты знаешь, для чего все эти сборища людей нашего возраста?
Нона моргнула.
— Еда? — Вот о чем она подумала бы, увидев эти огромные столы, стонущие под серебряными блюдами с виноградом, жареным кабаном, глазированной осетриной, пирожными, изящнее корон. У нее уже потекли слюнки. Вздрогнув, она поняла, как легко ее можно было бы отравить при таких обстоятельствах. — Нет. Тогда для чего?
— Речь идет о том, чтобы выйти замуж. Все мы, юные Сис, знаем, что мы в двух шагах от того, чтобы нас продали какой-нибудь другой семье...
— Продали? — Нону отдали, но всех остальных детей в клетке Гилджон купил у их родителей. Она и представить себе не могла, что Сис поступают так с детьми, рожденными под их золотыми крышами.
— Они называют это ценой за брак, приданым. Это земли, торговые права, союзы или просто подарки. Но да, продали.
Свет луны превратил ночь в черные тени. Нона почувствовала обещание тепла, когда фокус устремился к ним по Коридору. Она распустила завязки на плаще.
— Ну, Чайник не ожидает, что ты выйдешь замуж. — Нона нахмурилась. — Или ожидает?
Ара рассмеялась:
— Нет. Предок запрети!
— Ну, тогда...
— Итак, все юные наследники Сис идут на это, отчаянно пытаясь найти пару по любви. Есть вариант заключения брака, который может одобрить семья, с человеком, который действительно нравится девочке или мальчику. В противном случае, они просто хотят узнать, что такое романтика, прежде чем их потащат на свадьбу по сговору.
Нона кивнула.
— Но ничего из этого с тобой не случится. Ты все еще Невеста Предка, в какую бы игру ты ни играла на следующей неделе. — Она склонила голову набок. — Так о чем же ты беспокоишься?
Ара посмотрела вниз. Усиливающееся свечение луны окрасило ее красным, но Нона могла поклясться, что ее подруга покраснела:
— Поцелуи.
— Что?
— Вот что они делают на таких встречах! — Ара яростно нахмурилась. — Я видела это однажды, когда отец взял меня на бал в поместье лорда Амсиса. Мне было девять, поэтому я осталась за столом с мамой, но более старшие наследники... Они танцевали. А потом были поцелуи.
— О. — Нона тоже нахмурилась. — Ну… насколько это может быть сложно? — Ее пугала мысль о танцах, но она предполагала, что у Ары для этого были бы наставники.
— Кетти говорит, что некоторые мальчики хороши в этом. — Ара прикусила губу. — И это означает, что другие плохи. Я не хочу быть плохой.
Нона протянула руку.
— Ты не будешь! Но если это тебя беспокоит, просто не целуйся. — Ей не нравилась мысль о том, что Ара целуется с какими-то мальчиками, которые почти не знают ее. Или танцует с ними.
 
— Чайник говорит, что мне придется сыграть свою роль. Мне нужно, чтобы мне поверили. И мне страшно, Нона. Я не хочу, чтобы надо мной смеялись.
— Смеялись? — Нона почувствовала, как ее дефект-лезвия впиваются в кожу. Она не позволит никому издеваться над Арой.
— По словам Кетти, Лини показала ей, как это делается. — Ара подняла свои голубые глаза на Нону, когда фокус усилился.
— Что? — Нону окутал жар, но не только из-за луны.
— Кетти хотела сначала попрактиковаться, и Лини...
— Разве Алата жаловалась? — Бледная, рыжеволосая Лини и темная, покрытая шрамами Алата делили одеяла с Серого Класса.
Ара отмахнулась от вопроса. Вокруг них Скала Веры начала поскрипывать от лунного тепла, лужи дымились, черепица на крыше щелкала. С быстротой хунска Ара поднялась, увлекая за собой Нону, их тела выровнялись, глаза на одном уровне, дюймы между их ртами.
— Покажи мне. — Ара взяла Нону за руки.
— Но я сама не умею...
Сладкая мягкость губ Ары заглушила протест Ноны.
Полный фокус луны сиял вокруг них, жар был таким яростным, что растопил ледяные стены высотой в мили. Жар тоже что-то растопил в Ноне. От яркого света у нее закрылись глаза. Холодный огонь языка Ары украл слова, и она крепко обняла подругу, чтобы не упасть.
Нона отпрянула, дезориентированная и сбитая с толку, обнаружив, что находится в слепой темноте.
— Ара? — Поцелуй все еще покалывал ее губы. — Ара? С тобой все в порядке?
— Я промокла, — выдохнула Ара прямо перед ней, но скрытая в ночи.
— Я... — Нона протянула руку, чтобы найти свою подругу. — Я тоже.
Ара вздрогнула. Ее верхняя одежда промокла насквозь.
— Шел дождь?
— Мне кажется. — Нона была такой же мокрой. Каким-то образом она пропустила потоп, который намочил даже ее почти отсутствовавшую одежду. Фокус давно исчез. — Как?.. Как могло пройти так много времени?
— Мы должны вернуться. — Ара казалась встревоженной. — Я не знаю, как долго мы здесь пробыли.
Ара медленно двинулась вперед, шлепая по лужам, которые были глубже и многочисленнее, чем до прихода фокуса луны.
— Это... Это всегда так? — спросила Нона, следуя за ней.
— Надеюсь! — Задыхающийся, слегка нервный смех Ары. — Хотя я так не думаю!
Они добрались до дормитория и прокрались внутрь, дрожа, страстно желая поскорее снять мокрую одежду и лечь в теплую постель.
Никто не окликнул их, и вскоре Нона лежала под одеялом, единственная ночная рубашка висела рядом и сохла, мысли кружились, уверенные, что сон не сможет найти ее до рассветного колокола.
Нона, вздрогнув, проснулась и обнаружила, что ее трясет Рули.
— Ты проспала Брей!
Нона села, зевая, и ей пришлось потянуться к одеялам, чтобы скрыть свою наготу. Все остальные послушницы уже одевались, за исключением Ары, которая, все еще в ночной рубашке, сидела на краю кровати и терла глаза, ее золотистые волосы были в беспорядке.
— Завтрак! — позвала Рули. Словно только еда могла заставить послушниц поспешить.
Нона с трудом влезла в одежду и вышла из комнаты последней, по пятам за Арой. Они добрались до трапезной и обнаружили, что Чайник ждет снаружи. Серая Сестра кивком головы указала в сторону Зала Сердца. Ара свернула, и Нона последовала за подругой, несмотря на тянувшиеся к ней ароматы яиц, бекона и свежего хлеба.
— Только не ты. — Чайник поймала сзади пояс Ноны.
— Это что... — Нона прищурилась, вглядываясь в тени под колоннадой портика Зала Сердца. Спиной к стене стоял высокий мужчина, худощавый и темный. — Регол?
— Другой рекрут. — Чайник кивнул, когда Нона повернулась. — Сис приглашают его на всевозможные собрания. Не как часть их, но как часть зрелища. — Она указала Ноне на дверь трапезной. — Заходи, заходи!