Королевская няня (СИ)
Неужели коридор всегда был таким тёмным? И вот прямо так в нём было душно?
И когда Иван повернул голову вправо, я… как собачка сделала шаг в ту же сторону.
Помешательство.
— Р-р-р!
— Что? — он удивился из-за моего рычания, а я сама себя мысленно со всей силы отлупила.
— Ничего! Зачем вы пришли? Я… спала!
— Не спали.
— С чего вы взяли?
Он протянул руку, и она замерла прямо у моего лица, но так и не коснулась.
Не коснулась…
Будто в макросъёмке я могла увидеть кольца отпечатков на подушечках его пальцев. Кончики ногтей. Почувствовать запах его кожи. Тепло.
Мы оба дышали очень медленно и глубоко, будто каждое микродвижение эффектом бабочки запускало цунами.
— Свет в вашем окне…
— Это ночник. Он горит всегда.
— Вы боитесь темноты? — улыбка на его губах.
— Нет… да. Боюсь, с детства боюсь.
— Расскажете, почему? — тепло в его голосе. Интерес в его словах.
— Да… нет! Чёрт! Нет! Я ничего о себе не расскажу! — и сделала два шага назад, он уронил руку, которая только что подпитывала меня теплом.
Окутывая, точно парное молоко, моё лицо.
А отступила, и холод в коридоре набросился на кожу, изиголил мурашками и пробрал дрожью.
— Лиза, — с мукой в голосе.
Нет уж. Нет. Так не играют взрослые люди.
— Я встречаюсь с Дмитрием, простите, — а вот так взрослые люди играют.
В моей душе печально пела Кристина Агилера.
* * *Я так и не уснула.
Не плакала, не психовала, просто не могла заставить себя закрыть глаза и то и дело доставала из-под подушки телефон, чтобы посмотреть, не пришло ли сообщение. Оно не приходило. Я прятала телефон обратно.
Потом доставала телефон снова и заходила в Инстаграмм. На страничку Оксаны, уже боясь, не отслеживается ли это как-то. Не будет ли потом по всему дому какая-то позорная контекстная реклама, с надписью «УГОНЩИЦА!»
Страничка Королевы О — просто волшебство и буйство красок. И Иван… Иван всюду.
И к своему ужасу я стала понимать, что все его улыбки из Инстаграмма ни фига не настоящие!
— Р-р-р-р! — и на мой рык сбежались, блин, все!
Мы с детьми, Дашей, Ванессой и собаками бежали через парк. Я в наушниках — нечастый подарок судьбы. С Кристиной Агилерой, потому что только она меня понимает. Артур степенно бежал рядом, а потом встал как вкопанный, и я остановилась вместе с ним.
А за мной уже полетели люди… кони. Сонные дети не успели сориентироваться и кучей упали за моей спиной. Тут же на лужайке растянулась и Ванесса, матерясь по-английски. И даже Джек взвизгнул, видимо, попав под раздачу.
На дорожке перед нами стояли Иван, Дмитрий и Оксана. Все трое в форме. Оксана с широченной улыбкой, Дмитрий ей под стать, но ещё и с чертями в глазах. И за их спинами Иван.
Он смотрел на меня с тоской, без улыбки.
Я вытащила из уха капельку наушника и неловко поздоровалась.
— А мы узнали, что у тебя, Лизонька, есть совершенно безумная традиция!.. Бег! — (господи Боже, ваше величество, не я изобрела бег!) — И вот, ко мне присоединились мужчины!
А детей тут будто и нет… что уж говорить про Дашу и Ванессу.
— Да… ну остановки в пути — это плохо! Бежим?
Дети за моей спиной уже оклемались и приготовились бежать. Макс и Алик встали в низкий старт, Мика вернула наушники на место, которые, в силу отсутствия у них проводов, искала по всем кустам.
— Доброе утро! — услышала я.
— Милая! — услышала я.
— А мой поцелуй? — офигела я.
Дмитрий, воспользовавшись тем, что я отвлеклась на детей, приблизился, подхватил меня на руки и влепил мне прямо в губы целомудренный, но всё-таки интимный поцелуй.
Во что я ввязалась?
Глава 16. Королевство кривых зеркал
Её Величество Оксана Стешкина-Королёва
За день до этого
Оксана стояла в сторонке, пока Иван с тоской смотрел на надгробие первой жены. Она молча сидела рядом с ним в машине. И потом молча устраивалась в гостиничном номере.
Лида и Лада были похоронены там, где погибли, и навестить могилу — это всегда было целое приключение. Иван не ездил туда с водителями или один. С Оксаной — было привычнее всего.
Потому что в первый раз именно она с ним ездила. Увы. Он просто не мог представить, что рядом окажется кто-то другой, но всё чаще думал, что, быть может, лучше и вовсе одному.
Эти поездки будто давали Оксане какую-то надежду. Будто это что-то для неё значило.
— Вот столько ты получишь, когда всё закончится.
Они сидели в ресторане гостиницы, в которой остановились. Оксана пила белое вино и ела курицу. Она скосила глаза на бумажку договора и поморщилась.
— Мало? — удивился Иван. — Тут целое состояние. Всё было добровольно, я не отнимал твою молодость, ты была вольна уйти. У тебя были любовники…
— Не мало! — выдохнула она. — Не мало, но… я не хочу!
— Оксана, — Иван переборол себя и взял её за руку, чтобы немного успокоить грядущую истерику. — Я очень благодарен тебе за все эти годы…
Она активно закивала, и кончик длинной пепельной пряди упал в тарелку, обмакнувшись в соус.
Иван усмехнулся, но говорить не стал. Не тот момент.
Белые волосы… в этом вся Оксана. Она крутила их каждый божий день, чтобы вышли кудри, он знал. Видел иногда, когда заходил в её комнату, чтобы обсудить дела. И всё, чтобы стать копией Лиды. Как глупо… Лида была такой от природы. Её волосы от влажности ещё больше закручивались, а Оксана становилась истеричкой от лёгкого дождика, что уж говорить про ливень.
Это не было очаровательно: ребёнок, который трясётся над каждой деталью. Но только она могла дать Ивану то, что ему было необходимо, как воздух. Спокойствие от прессы и желающих влезть в душу. Полное. Именно её старательность, внимание к деталям превращали Оксану в идеального агента под прикрытием.
— Ты делала просто невероятные вещи. Ты всегда меня поддерживала и помогала мне. Но я готов идти дальше.
— Не со мной? — жалобно… очень жалобно.
Она отстранилась от стола, и кончик кудлявого локона выпал из тарелки, упав на белый пиджак. На ткани появилось желтоватое пятно от карри.
— Не с тобой. Ты всегда была мне только другом.
— Жен…
— Не женой. Другом. Прикрытием. Ты прекрасно справлялась со своей ролью. Ты избавила меня от притязаний других женщин, от свиданий, от навязчивого внимания. Охраняла мой дом, заботилась об имидже, на который я положил болт. Но всё. Я готов жить самостоятельно…
— А Оксану на улицу? — она тряхнула кудрями, и локон, выпачканный карри, перелетел на спину. Теперь пятно будет и там… досадно.
— Я даю тебе кучу денег. Если это «улица», то я хочу туда!
— Деньги — не главное, Ванечка.
— Не главное. Но теперь они у тебя есть. Тебе пора двигаться дальше. Завести мужа… детей, быть может.
Когда-то Оксана неплохо ладила с детьми. Или делала вид?
Она пришла в дом в качестве помощницы Лады. Её прислало агенство. Родив близнецов, сестра Лиды, оставшаяся жить в доме Королёвых, захотела прийти в форму, и ей был необходим кто-то, кто сбалансирует питание и будет руководить домашними тренировками. Лада только что развелась со Штольцем и собиралась выйти на «рынок невест».
Оксана была настоящей находкой. Помогала с тренировками, причёсками, макияжем, покупкой одежды, а иногда даже с детьми. Просто золото.
Именно она осталась в тот вечер с близнецами, которых Лада изначально хотела взять с собой в поездку. Лида, Лада и Штольц ехали закрывать последние вопросы по разделу имущества. И уже не вернулись.
Так Оксана осталась в доме, пока не нашлась достаточно хорошая няня. Так Оксана поехала когда-то с Иваном на кладбище, потому что он не мог сам сесть за руль.
Он решился приехать туда ночью, на следующий день после похорон.