Вторая волна (СИ)

Рефлекторно посмотрев на небо, я ощутил ответный взгляд и услышал то ли собственную мысль, то ли чужую, внедренную в разум: «Чего желаешь?»
Только я начал размышлять, какое дистанционное оружие мне бы хотелось получить, как… В общем, обдумать серьезно ничего не успел, потому что подсознание тут же ответило за меня, а система приняла ответ всерьез.
Награда: талант «Поглощающий щит».
  
Поглощающий щит
Редкий талант.
Поглощает разовый смертельный урон, нанесенный носителю.
Перезарядка: 1 день.
Некоторое время я тупо пялился в единственную строчку описания. Разово спасет от смерти. Например, от выстрела в голову или «Секатора» Волошина. Все-таки подсознание, где прятался старый, трусливый Рокот, запросило то, о чем я и не думал — не орудие убийства, а второй шанс. Причем шанс ежедневный. Что ж…
Нормально обдумать новообретенный талант помешала затрещавшая рация на поясе.
— Прием, Ден, как слышно? — донесся взволнованный голос Макса. — Ты как там ваще? Че там все затихло, а?
— Прием. Враг разгромлен. Зомби доедают трупы, чтоб нам меньше закапывать. Ловушки сработали — отличная задумка, Макс! Можно покидать посты. Прием.
— Прием. Понял, покидаем посты. Победа, народ!
Донесся радостный женский крик, и связь прервалась. Через минуту выбежала моя команда, во главе нее Сергеич с бутылкой шампанского.
Увидев зомбаков, он растерянно остановился, разводя руки.
— Не ссы, Пролетарий, не тронут! — крикнул я, приказывая бездушным не трогать живых.
Тогда Сергеич потряс бутылку, открыл ее и облил фонтаном Карину, Макса, который, разинув рот, поймал пену. Вика оттолкнула его, хлебнула пены, закашлялась. Рамиз просто забрал бутылку и приложился к горлышку. Эдрик посторонился, но лыба с его смуглого лица не слезала.
— За победу! — воскликнул Рамиз, оторвавшись от пойла.
Сжав кулак, я поднял его вверх.
— За победу!
Рамиз, передав бутылку Максу, уставился на обглоданный скелет Амира.
— Волошин был? — спросил Сергеич. — Где его труп, поссу на него.
— Это, вот, — я пнул скелет, — Амир. Ни Волошина, ни Тетыщи. К сожалению. Втроем они с Папашей — мощная сила. Лучше было бы, если бы еще кто-то пришел сейчас.
Недолго думая, Сергеич выполнил угрозу и воздал по заслугам Амиру мощной струей. Макс одобряюще кивал, видно было, что и он не прочь повторить подвиг Сергеича, но стесняется. Рамиз неодобрительно покачал головой.
— Зачем?
— Потому что собаке — собачья смерть, Рамиз, — сказал я. — Ты этого урода при жизни не знал, а знал бы — возненавидел. Пусть хоть так пар спустят.
Тем временем Сергеич отрывался и от полноты чувств спел частушку:
— Бьет врага моя винтовка! Без отказа, метко, ловко, и губительным свинцом, и брандспойтом, и х. ём!
Вика и Макс запрокинули головы и расхохотались.
— Что делаем дальше? — спокойно спросил Рамиз.
Я задумался. Неплохо было бы нанести Папаше превентивный удар прямо сейчас, когда он не ждет и максимально ослаблен. Но «Сокрытие души» будет работать еще час двадцать, боюсь, этого недостаточно даже для того, чтобы довести орду до места. Пока талант полностью себя не исчерпает, на откат не встанет. Откат — десять часов. То есть атаку на лагерь Папаши можно начинать только под утро.
— Готовимся, — сказал я. — Практикуемся в стрельбе. На лагерь Папаши нападать будем в четыре утра…
— Ночи, — буркнула Вика. — Мы ж овощами будем в такую рань… точнее позднь.
— Нам адреналин не даст быть овощами, а вот они — будут, — сказал я.
— А победу отметить? — с легким разочарованием спросил Макс.
— Рано, это промежуточные итоги. Вот разорим Папашино гнездо, тогда и закатим пир на весь мир, а пока рано расслабляться.
— Ты убил его, — Рамиз кивнул на скелет Амира. — А что ты с этого получил? Он сильный боец, ты должен был что-то получить.
— И то правда… — пробормотал Сергеич, закончивший осквернение скелета врага.
Мне не хотелось, чтобы мои люди знали, что можно убить босса и занять его место. Да и «Поглощающий щит» лучше было держать в секрете, потому я ответил пространно:
— Универсальные кредиты дали, ну, то есть бабло, немного, ничего и не купишь на них.
— Таблетки оздоровительные, например?
— Ага. Штуки на две-три хватит, но их в магазине пока нет, Рамиз.
— Купи, как появятся, — сказал азербайджанец. — Уровни повышать все сложнее, в нужный момент можно и не дотерпеть, и скопытиться.
Сергеич покосился на меня с недоверием, да так, что неприятно стало от его взгляда. Вспомнилось, как из-за него чуть не погиб Макс. Или все-таки люди меняются? Катастрофа раскрывает в одних — лучшее, в других — худшее. Сергеич, получив должность завхоза, почти приличным человеком стал, Макс успокоился и нашел призвание… Черт, лезет же всякое в голову.
— Наконец мы освободим рабов! — воскликнул Макс и посветлел лицом.
О том, что в лагере Папаши сделали с девушкой, которая ему дорога, он, похоже, не задумывался.
— Идите на станцию, — распорядился я. — Я сейчас отведу своих бойцов в берлогу, закреплю их там, и, когда вернусь, в деталях продумаем, что будем делать. Разработаем план «А», «Б» и далее по списку, постараемся предусмотреть все нюансы, потому что это наш единственный шанс.
— Дэдди маст дай! — воскликнул Эдрик, припечатав кулак к ладони.
— Идите, я вернусь через час, — велел я людям и повернулся к бездушным, замершим послушными болванчиками. — На базу, дети мои!
По пути я подумал, что неплохо бы поиграть в солдатики, разделить зомби на отряды и попытаться управлять ими один отдельно от другого, но решил приберечь талант, чтобы сделать это, когда после обсуждения плана появится конкретика.
Один за другим монструозные зомби развернулись и пошли на бетонный узел.
* * *
В семь вечера, перекусив и прикопав скелеты, моя команда собралась в диспетчерской возле куска гипсокартона, которую мы использовали как доску.
Карина прямоугольником обозначила Папашину территорию и держала речь.
— Вот тут, на севере, дозорная вышка. Сидит дежурный и смотрит. Вот тут, — она поставила красную точку маркером, — планировалась другая. — Весь лагерь окружен забором, его уже построили, но он — вообще фигня, если его автовышкой протаранить.
— Автовышкой нельзя, — сказал я. — Тогда будет ясно, что нападением руководят выжившие, а мы хотим, чтобы Папаша думал, что имеет место нападение высокоорганизованной орды. Конгломерата кадавров, как сказали бы они.
— А самый здоровый амбал может повалить забор? — спросил Маск.
— Может, — ответил я. — Мы так и сделаем. А ползун сделает подкоп с другой стороны. Так две группы зомби начнут наступление с двух фронтов, причем это будут самые хилые зомби, но их пойдет вал.
— Ясно, — кивнул Рамиз. — Так ты, Денис, рассчитываешь, что на них враг израсходует инопланетное оружие?
— Именно так. После первой и второй группы пойдет третья, самая мощная, и только потом — мы, вооруженные огнестрелом. У Папаши суперсила — отражающий щит. Ты его бьешь — тебя ответка шарашит. Значит, на него напускаем амбалов, пусть ковыряют защиту, а мы добьем, если они не справятся.
Макс озадаченно спросил:
— То есть, если мы в него выстрелим, прилетит рикошет?
— Думаю, огнестрела это не касается. А как и любое инопланетное оружие «Отражающий щит» не вечен. Исчерпав ресурс, он садится на откат, и Папаша становится обычным человеком. Но не факт, что у него не припасено еще чего-то эдакого. Так что не подходим, просто издали по нему стреляем.
  
— А рабы? — уточнил Макс.
— Рабы в другом здании, вот здесь, так ведь? — спросил я у Карины, показав место на самодельной карте, она кивнула, добавив:
— Сколько их, сейчас предположить трудно, их число все время меняется.